Талант новичка (СИ)

Если не сгорю в первые же секунды переговоров.
Первое, что я ощутил — это смена силы тяжести.
Она навалилась, как мешок с мукой, вдавливая голову в плечи а ступни — в мелкий песок, которым был покрыт... Пол пещеры.
Тёмной, мрачной, и такой громадной, что эхо терялось где-то в глубине, не оставляя по себе даже следа.
И в этой глубине, в чернильной тьме, поблёскивали светящиеся глаза.
Почувствовав, как за моей спиной дышат Капканс и Мортиферус, я сделал шаг вперёд.
Гвардейцы остались где-то там, на той стороне защитной сети. Оно и понятно: что могут сделать два десятка людишек против драконов? Даже против одного дракона, если на то пошло. 
Это не Заковия, — догадка всплыла сама собой. — Другой воздух, иная гравитация... Мы прошли через портал! 
Я оглянулся на спутников, послав им свирепый взгляд.
Нет никакого посольства. Мы перешли в измерение Благор — туда, где испокон веков обитают драконы. 
Почему мне об этом не сказали?.. Может, не хотели волновать. А скорее всего, хотели проверить, не затрясутся ли у меня коленки.
Поймав мой взгляд, Капканс едва заметно пожал плечами. Генерал негромко хрюкнул.
Ладно, господа. Хотите играть краплёными картами — их есть у меня.
Я ведь тоже не спешу выкладывать всё, что знаю...
Пара светящихся глаз приблизилась.
Это происходило ме-е-едленно, с леденящей неторопливостью.
Так Смерть шествует по миру, гася, один за другим, светильники жизни.
Я почесал бровь. Не слишком ли много театральности?..
И вдруг подул ветер.
Он дул ниоткуда, подтягивая меня вперёд. И так как глаза уже привыкли к пещерному полумраку, в непосредственной близости от себя я разглядел две громадные дыры, в которые втягивался воздух.
Ноздри.
Дракон ПРИНЮХИВАЛСЯ.
— Хм... Знакомым духом повеяло, — голос не был громким. Но таким гулким, что завибрировали кости черепа. — Зиновий? Это ты?.. Извини, ты же знаешь: мы не слишком хорошо различаем вас, недолговечных гуманоидов.
Ага. Начинаем со шпильки.
— Я не Зиновий, — сказал я, как можно увереннее, — все рекомендации, данные царедворцами перед тем, как мы сюда заявились, пошли по боку. Не то, чтобы они вылетели у меня из головы — от страха, или удивления... Просто я решил их игнорировать.
Как только я увидел, в непосредственной близости от себя, громадную драконью морду, мной овладел кураж. Весёлый пофигизм, который помогал справляться и не с такими ситуациями.
Вру. Таких у меня ещё не было. 
— Сын? — вопросил гулкий голос. Кости черепа снова заныли. — Это который? Золтан?.. — на этом имени в голосе пробилось недвусмысленное удивление.
— Всего лишь Макс, — я улыбнулся. — Для друзей — Безумный Макс. Я, так сказать, неучтённый отпрыск. Восьмой по счёту, если не ошибаюсь.
— Восьмой сын, — грохотнуло у меня над головой. Словно гром, поженившись с молнией, отплясывали камаринскую у меня в ушах. — Значит, тот самый...
Вперёд шагнул генерал Мортиферус. Он явно собирался что-то сказать, но граф Капканс ухватил его за рукав и утянул назад, мне за спину.
Я не стал оборачиваться.
— Не знаю, что вы имеете в виду, — сказал я. — Но там, откуда я родом, принято беседовать лицом к лицу. Невежливо, знаете ли, нависать и дышать дымом, — я демонстративно помахал ладошкой перед носом. — Когда другие этого не могут.
— И откуда же ты родом, малыш? — теперь в голосе слышалась тихая, вкрадчивая агрессия существа, которое вот-вот взорвётся.
Я хотел сказать "из Москвы". Но буквально в последний миг передумал и брякнул:
— Из Сан-Инферно.
На полу, буквально в метре от меня, послышался шорох. Такой могла бы издавать крупная и очень металлическая тёрка, снимающая стружку с каменных плит. 
Сзади, из-за спины, послышались два коротких вздоха. Я так и видел, как граф Капканс закатывает глаза и мысленно обещает по возвращении придать меня самой изощренной порке, которую только сможет придумать. Если мы останемся в живых, конечно. 
А потому я поспешно собрался с мыслями и заявил:
— Кстати! Вам большой привет от дона Вито. Супруга его, прекраснейшая донья Карлотта, тоже велели кланяться...
 
Я даже не успел договорить, как в пещере вспыхнул свет.
На минуту я зажмурился.
А когда открыл глаза... Всё преобразилось.
Мы стояли в необыкновенной красоты чертоге. Стены и купол покрывала затейливая резьба, и если задержать взгляд на какой-то отдельной завитушке или листике, они сами собой начинали двигаться и будто расти, выпуская новые побеги.
Дерево Гофер, — вспомнил я замок Влахерна. — Вот почему я всё время чувствовал тонкий, всепроникающий знакомый аромат... Вероятно, он-то и придал мне такой запредельной уверенности.
В центре чертога, рядом с обычным чайным столиком, на обычном резном троне, сидел красивый пожилой человек. Волосы его были зачёсаны назад и абсолютно белы — той белизной, которой не добиться ни одной краской.
Такую белизну даёт лишь возраст. А ещё мудрость, вынесенная из огромных потерь, и опыт — неизменный спутник мудрости.
— Подойди, — приказал человек, и я повиновался.
У него были орлиный взор, изогнутый, как турецкий ятаган, нос и тонкие чувственные губы. 
Царственность сквозила во всём: в его взгляде, в том, как небрежно опирался он на узкий тонкий клинок, используя его вместо трости, в его осанке, развороте плеч и даже блеске высоких начищенных ботфорт.
Одет господин был в чёрный камзол без единого цветного пятнышка.
Пошевелив пальцем, дракон вырастил из пола ещё одно кресло и указал мне.
— Садись.
Я сел.
Мои спутники так и остались стоять. Выпучить от удивления глаза им мешала лишь многолетняя дипломатическая выучка. А ещё — пронзительный драконий взгляд, который мазнул по ним, как по пустому месту.
— Ты не врёшь, — произнёс дракон. 
Он не спрашивал. 
— Не имею такой привычки, мессир.
Дракон скупо улыбнулся.
— А вот тут ты прокололся, парень, — голос его смягчился, утратил рыкающие нотки и стал довольно приятным баритоном. — Ты такой же проходимец, как и твой отец.
— Это вряд ли, мессир, — я тоже улыбнулся и устроился поудобнее. Что было довольно проблематично сделать на жестком седалище с высокой прямой спинкой — его родной брат, помнится, стоял в кабинете у Патриции... — С отцом я виделся всего однажды, и о его повадках не имею никакого представления. Меня воспитала бабушка.
— Как её имя? — участливо поинтересовался дракон.
— Княгиня Златка. Я знал её под другим именем, но вам, скорее всего, известно именно это.
— Достойная женщина, — кивнул дракон. — Но это не отменяет факта того, что ты — сын своего отца, малыш. Кровь — это такая штука... — он пошевелил в воздухе длинными узкими пальцами, а потом облизнулся. — Расскажи мне о моих родственниках в Сан-Инферно, — приказал дракон.
— Всему своё время, мессир, — я вежливо наклонил голову. — Сначала я хочу, чтобы вы позаботились о моих спутниках. Согласитесь: невежливо заставлять их ждать на пороге, пока мы тут с вами чаи гоняем.
— Чаи? — брови дракона изогнулись удивлёнными луками. — Какие ещё чаи?
— Которые вы нам предложите, — с лёгкой укоризной произнёс я.
— Но мы в состоянии войны! — в голосе дракона вновь послышался грохот далёкой горной лавины.
— Война — войной, а обед по расписанию, — строго сказал я. — Во всяком случае, так говорила моя бабушка.
— Так она ещё и мудра, — понимающе кивнул дракон.
— Была, — я скорбно склонил голову. — Была мудра, мессир. Она скончалась несколько лет назад.
— Как быстро летит время, — без всякого сожаления, словно констатировал факт, высказался дракон.
— И тем не менее, — я улыбнулся и повёл рукой в сторону царедворцев. — Согласитесь, мессир. Когда люди — и драконы — вместе пьют чай, как-то уже не хочется говорить о войне.
— А... о чём тогда говорить? — опешил красивый мужчина.
— О мире, конечно, — я улыбнулся так широко, как только мог. — Лично я пришел говорить именно о мире.