Талант новичка (СИ)

Ага. После дождичка в четверг...
— Тогда просветите меня, что такое это ваше Оружие.
— Это засекреченная информация, — рявкнул генерал.
Уважаю. Сказал, как отрезал. Словно гусеницы лязгнули.
— Подведём итог, — закинув ногу на ногу, я обхватил колено ладонями и широко улыбнулся. — Вы хотите, чтобы я занял трон Заковии, активировал Оружие и помог победить ваших давних врагов.
Царедворцы синхронно, как болванчики, кивнули.
— Это ваш долг, милорд, — кротко сказал Капканс.
— Как последний отпрыск короля Зиновия, только ВЫ можете активировать Оружие, — надо было видеть, какие мучения доставило генералу сие признание. — Если вы этого не сделаете в самое ближайшее время, на ВАШЕЙ совести будут смерти восемнадцати миллионов подданных.
А вот это — удар ниже пояса. Прекрасно рассчитанный и срежиссированный. 
Вот только я и сам мастер наносить эффектные удары.
— А почему так случилось, что это могу сделать только я?
Генерал с графом вновь переглянулись. Затем Капканс чуть опустил ресницы, а Мортиферус сказал:
— Никто не знает, ваше высочество. Пути магии неисповедимы.
— Был ещё один принц, который мог управлять Оружием, — подал голос Капканс. — Но Золтан погиб двадцать лет назад, при весьма загадочных обстоятельствах.
И он многозначительно тряхнул толстыми брылями.
Ага. Они прекрасно знают, что папаша угробил старшего братца из-за меня. Но не знают, что об этом знаю я...
— А какие версии у вас по поводу исчезновения моего отца?
Я делал вид, что искренне увлечён созерцанием ногтей. Но осторожно, исподволь наблюдал за реакцией царедворцев. Капканс не вздрогнул. Не закатил глаза, не вздохнул и даже не пошевелился.
Но кончик его носа вдруг приобрёл такой вид, словно его только что пребольно укусили.
В глазу Мортиферуса лопнул сосуд.
Они уверены, что отец умер, — подумал я. — И считают себя — отчасти — в этом виновными.
— Мы знаем то, что и другие, — наконец произнёс граф, едва разжимая похожий на щель почтового ящика рот. — Неделю назад, вечером, проведя весьма успешный раунд переговоров по поводу продажи золота в сопредельное дружественное Заковии измерение, король Зиновий отправился к себе, напоследок сообщив, что хочет поработать над соглашением в тишине, и приказав разбудить себя в шесть тридцать утра. Это было около девяти, сразу после ужина. Но уже в полночь принц Захария срочно вызвал охрану. Зайдя к отцу пожелать спокойной ночи, он не застал того в спальне.
Я кивнул, принимая заявление графа к сведению. А потом задал следующий вопрос:
— А у принца Захарии в порядке вещей заходить к папочке на сон грядущий?
Капканс слегка поморщился от моей формулировки, но всё же ответил:
— Принц Захария редко бывает во дворце. Мы ничего не знаем о его привычках.
Дипломатичненько.
— А сколько вообще родственников в данный момент находится в Златом Замке?
— Э... Точно это неизвестно, — Капканс внезапно заинтересовался вылезшей из позумента на рукаве золотой ниточкой. 
— Члены королевской семьи вольны приходить и уходить, когда им вздумается, — громыхнул генерал.
Судя по тону, это ему очень не нравится.
— Вы подозреваете кого-то из них? — задавая этот вопрос, я старался выглядеть МАКСИМАЛЬНО невинно. 
Я не был знаком с остальными родственниками, и не хотел никого настраивать против себя... А впрочем, это могло случиться и так, само по себе.
Капканс занимался ниточкой. 
Прямолинейный генерал только крякнул.
— Лично я подозреваю ВСЕХ, — наконец буркнул он.
— Король Зиновий — не самая лёгкая мишень для кого бы то ни было, — откликнулся Капканс. — Вряд ли у ВСЕХ был хотя бы шанс подобраться к нему на удобное для нанесения удара расстояние.
Я вспомнил свою первую и единственную встречу с отцом, и наш с ним магический "поединок".
Я почему говорю в скобках? 
Хорошенько подумав на досуге, я понял, что он мог уделать меня, как Винни-Пух — Пятачка. Несмотря на мою браваду, батя меня просто ПОЖАЛЕЛ.
Неожиданно мне стало очень интересно: а ДЕЙСТВИТЕЛЬНО, кто мог справиться с таким мощным колдуном, как Зиновий Золотов?
 
— Мы на месте, — отрапортовал, появившись в салоне для знати, гвардеец.
Что б вы понимали: "салон для знати" — это круто сказано. Просто между лавками, на которых разместились два десятка гвардейцев, и лавками, на которых отбивали зады мы трое, располагалась то-о-оненькая переборка.
Но судя по мурашкам, которые напрыгнули на меня, когда я проходил в салон, от лишних ушей нас защищала ещё и магия.
— Раз уж вы с нами, принц... — Капканс поморщился, как от зубной боли. — Разрешите дать вам совет. Держитесь в тени. Не открывайте рот, если к вам не обратятся напрямую. И даже в этом случае тщательно обдумывайте КАЖДОЕ слово, которое захотите произнести. Этим — я очень надеюсь, — вы не слишком затрудните задачу по сохранению вашей жизни, а также наших собственных.
И меня пригласили на выход.
Впервые граф говорил со мной без полагающегося августейшей особе пиетета. Впервые в его глазах мелькнуло настоящее чувство: отчаянный, но тщательно скрываемый страх.
И как-то сразу он стал мне ближе, симпатичнее.
Если человек чего-то сильно боится, но всё равно продолжает выполнять свою работу — это заслуживает уважения.
Неожиданно мы оказались на каменной, окруженной со всех сторон скалами, площадке.
Вокруг, сколько хватало глаз, высились заснеженные вершины. Откуда-то из-под земли шла дрожь. В морозном воздухе отчётливо пахло порохом.
— Прииск Надежда, — пояснил Капканс. — Король Зиновий выделил эту территорию под дипломатическую миссию измерения Благор. Золотоносные копи — наиболее защищенные от нападения объекты, их охрана выше всяких похвал. И прекрасно владеет огнестрельным оружием.
Граф повёл рукой, я проследил за его взглядом... На каждой скале, окружающей площадку, стояло какое-то орудие. Угрожающе длинные стволы размещались шеренгами по шесть, одно над другим.
Сами скалы пестрели чёрными провалами дотов.
Наверняка в них прячутся пушки, гаубицы, или что там ещё родил военный гений людей, тысячелетиями сражающихся с громадными чешуйчатыми чудовищами?..
Морковка перед мордой осла, — я нахмурился. По-моему, не слишком дальновидно помещать драконов там, где они постоянно будут чуять золото, но не смогут до него дотянуться. 
Или... пощечина. "Смотрите, что есть у нас, и чего никогда не получите вы"...
А мой папа был довольно жестоким человеком.
Поймав себя на мысли, что думаю о нём в прошедшем времени, я огорчился. Но тут же удивился тому, что меня это огорчает: ведь я и так всю жизнь считал его мёртвым. Неужели одна бурная дискуссия по поводу моего будущего и один "учебный" магический поединок НАСТОЛЬКО меня изменили?
Похоже, что да.
Во всяком случае, тогда я с пеной у рта убеждал папашу в том, что никогда не взойду на трон. 
А вот поди ж ты...
Каменную площадку, у её дальнего конца, перегораживала магическая сеть. Я уже научился чуять её по характерному неприятному ощущению за ушами.
— Граф хотел сказать, что вступая на территорию драконов, мы попадаем в полную власть врага, — тихо пояснил генерал, проходя мимо меня. — Там нас могут попросту сожрать.
И всё равно вы пошли, — подумал я. 
Граф Капканс махнул рукой, магический щит подёрнулся рябью, стал видимым, а потом в нём открылся проход — величиной с обыкновенную дверь.
— После вас, милорд, — коротко поклонился генерал.
И я шагнул в брешь.
Я не волновался. 
Спокойная гавань, подойдя к краю которой, ещё можно передумать, остановиться и повернуть назад, осталась позади.
И сейчас я плыл в бурном море ПАНИКИ.
Откуда, как вы понимаете, никакого возврата нет.
Но ведь... но ведь мне уже приходилось иметь дело с драконами. Некоторые из них — мои лучшие друзья. Думаю, с местными мне тоже удастся найти общий язык.