Волчья печать (СИ)

Слова, произнесенными незнакомцем, будто сделались осязаемыми. Ночные тени сплелись в давно минувшие события, заставляя переживать их по новой. Вспомнить каждое мгновенье странного ритуала, связавшего меня с мужчиной, от которого так и не удалось убежать. Нет, не меня, – Лиаль. Но ее здесь не было, а именно я ощущала боль в связанных руках, когда-то имевшую место. Чувствовала ярость жадных губ, терзающих меня при каждом восходе луны, но так и не насытивших. 
Муж… Мне нравилось, как звучит это слово. И нравилось представлять лицо мужчины, которого когда-то давно, кажется, я видела во сне. Глупо было отрицать то воздействие, которое он оказал на меня. За то недолгое время, что он находился рядом, я ощущала свежее дыхание ветра, неукротимого, дикого, одновременно понимая, что попала в шторм, грозящий смести на своем пути любую преграду. Это был водоворот, тянущий за собой в пучину, из которой нет намерения спастись. 
Я покрутила в руках отданное мне украшение, горько усмехнувшись. Он ведь принял меня за другую. Следовало бы признаться, рассказать правду… но я не могла этого сделать. Не хотела. Напоминающий хищника мужчина заворожил своей мощью и красотой. И еще я откуда-то наверняка знала, что сила древнего амулета, который находился сейчас на моей шее, и впредь могла удержать эту стихию, подчиняя ее моим желаниям. Но хочу ли я видеть рядом с собой домашнего пса, ласкового лишь в том момент, когда ему кидают вожделенную кость? И сколько продлится любовь, скованная магической цепью?
  
Глава 7
 
Было что-то еще, ускользающее от моего понимания. Во внешности мужчины, в его движениях, грациозных и дерзких одновременно. Будто я и впрямь наблюдала за хищником. За царем зверей, вышедшим на охоту и демонстрирующим свое превосходство. Он не был красив в классическом понимании этого слова, но притягивал взгляд, завораживал, волновал. 
Таких людей не существовало в реальности, во всяком случае, я не встречала. Как чья-то ожившая фантазия – высокий и статный. Густые брови, сурово сходящиеся к переносице, лежащие волнами темные волосы. Широкий лоб, насыщенно-карего, почти черного цвета глаза. Губ идеальной формы. Не слишком пухлые, не узкие. Выступающие скулы, придающие мужественности. Природа явно оказалась щедра, создавая его лицо. 
Если бы увидела такого в фильме, даже не читая ролей, точно приняла бы за самого главного. Короля, правителя, властелина мира. Именно так, вот с этим налетом старины. Загадочный мир, затянувший меня в свои сети, не предполагал иного. Я не знала, где  и какое время мне видится, но с современной жизнью у него точно не было ничего общего. 
Внезапно осознала, что жду его возвращения. Давно уже отошла от окна, но даже толком не рассмотрела ничего из того, что находилось в комнате. Затаив дыхание, невольно прислушивалась к звукам за дверью. И надеялась услышать шаги. Его шаги. 
Но одновременно понимала, что незнакомец не нарушит данного обещания. Следующий шаг – за мной. Другая женщина, та, за которую он принял меня, начала с ним эту игру. И я должна ее поддержать – или лишиться сразу всего. 
Но что мне было терять? Что будет, если я признаюсь? Расскажу, что на самом деле никакая ему не жена, что мы никогда не встречались прежде? Я обычная библиотекарша, над которой слишком жестоко подшутил странный старик. И сейчас не то пьяна, не то больна, раз вижу то, чего не может быть на самом деле. 
В моей привычной жизни в подобной ситуации меня отправили бы к врачу. В лучшем случае прописали бы успокоительное, в худшем – вообще заперли бы в психушке. Стали бы лечить от неведомого недуга, вызывающего столь непонятные галлюцинации. Но ведь больные таковыми себя не чувствуют? Вот и я не ощущала, что потеряла рассудок. Да, я ничего не понимала, да, с каждым мгновеньем мир вокруг становился все более удивительным. Но разве можно сойти с ума, сохранив при этом такую остроту чувств? 
Стоило лишь подумать о том, как незнакомец смотрел на меня, – и снова окатило жаром. Я никогда не ощущала ничего подобного и не хотела избавляться от сладкого наваждения. Слишком желанным, слишком волнующим оно было. 
 
Да и потом, нигде поблизости вроде бы не находились спецы в белых халатах, готовые наброситься на меня со смирительной рубашкой. Вообще казалось, что здесь больше нет ни души. Только я… и ОН. Столько властности, силы и уверенности звучало в его голосе, что я не сомневалась: никто другой просто не осмелится приблизиться без позволения. А ожидая меня за порогом комнаты, он вряд ли это позволение кому-то даст. 
Я толкнула массивную дверь, не выходя наружу, и почти сразу оказалась лицом к лицу с мужчиной. Даже почти в полной тьме увидела, как пылают его глаза. Если б и захотела сейчас, вряд ли сумела противостать ему. Руки невольно коснулись витой цепочки, удерживающей медальон, но я заставила себя отбросить прочь даже робкий намек собственного сердца об этом действе. Незнакомец ждал ответа, и мне вдруг показалось, что не сомневался в том, каким этот ответ окажется. Но сказать могла лишь одно:
– Я готова остаться с тобой, но лишь тогда, когда ты убедишь меня, что умеешьлюбить.
Черты его лица, скованные напряжением, на глазах смягчились. С губ сорвался вздох. Неужели облегчения? Несмотря на все, что мужчина сказал прежде, мне было трудно поверить, что для него это значит так много. 
Ведь я находилась полностью в его власти. Крепкий, сильный, в несколько раз сильнее меня, он мог бы сделать со мной, что угодно, если бы захотел. И ничто в этом мире не остановило бы. Да и потом, он странно действовал на меня. Слишком странно. Сдаться в такой плен я вряд ли бы отказалась. 
Если бы тот огонь, что полыхал в его глазах, вырвался наружу, сомневаюсь, что захотела бы противиться ему. Позволила бы… утонула бы в жарких объятьях, поддалась на любые убеждения. Откуда-то знала, чувствовала, что его напористость и сила окажутся более чем желанны. Я точно бы не устояла и оттого была бесконечно благодарна ему, что к такому способу он не прибегнул. 
На жестком лице мелькнула тень улыбки. 
– Давай начнем еще раз. Ты являешься моей женой – это непреложный факт, поэтому везде, где мы будет появляться вместе, станешь вести себя, как моя жена. У тебя будет время привыкнуть к этому статусу, но не рассчитывай, что я буду выпрашивать ласку или поцелуй. Хочешь увидеть зверя любящим, научись принимать его любым. 
Зверя? Я опешила от этих слов, не понимая, что он имеет в виду. То, что жесток и может подчинить себе любого? Или было что-то еще, о чем я пока не догадывалась? Но всей логики и даже немыслимых предположений мне не доставало, чтобы осознать это. 
Погрузившись в размышления, машинально следила взглядом за тем, как назвавшийся моим мужем незнакомец вернулся в спальню, на ходу расстегивая рубашку. 
– До утра осталось совсем немного времени. Лучше им воспользоваться, чтобы отдохнуть, потому что завтра нас ждет поездка в город. Нужно купить тебе одежду. А вечером мы отправимся в форт Ураса, где я представлю тебя своему клану. 
Слушала и не слышала. Вернее, его слова значили куда меньше, чем зрелище, открывающееся перед моими глазами. 
Мужчина разделся донага, но очевидно, совсем не с целью заняться моим соблазнением. Он собирался… спать? Иначе зачем бы еще двигался так размеренно и уверенно? Сложил одежду, вывешивая ее на спинку кресла, подошел к широкой массивной кровати в глубине комнаты и вытянулся, укладываясь на живот. Позволяя мне лицезреть совершенное, точеное тело во всей красе.
Я нервно сглотнула, не в силах оторвать от него взгляда. Бугрящиеся мышцы на спине, сильные бедра, даже на ощупь упругие ягодицы. Весь покрыт равномерно бронзовым загаром. Губы внезапно пересохли, и дышать стало тяжело. Под каким солнцем он разгуливал в таком виде? И с кем? Да, он назвал меня женой, но ведь это не имело никакого отношения к реальности. И если даже с той, за кого принял меня, расставался на несколько лет, значит ли, что рядом находился кто-то  другой? Находилась…