Волчья печать (СИ)

Мужчина помолчал, продолжая пристально рассматривать меня, а затем добавил, изумляя своим рассказом еще больше: 
– Год назад я выкрал тебя во время конной прогулки. Мы перенеслись в Фускор, где нас уже ждали. Бракосочетание прошло по законам клана, за исключением лишь одного: невеста молчала всю церемонию. Она не смогла произнести ни «да», ни «нет», потому что ее рот был завязан. Кольцами мы тоже не обменялись: невеста укусила жениха за руку и надеть кольцо на окровавленный палец не было возможности. 
Это все напоминало… какой-то бред. Фантастическую историю, в которой не было ничего общего с реальностью. Я даже в фильмах не встречала подобных сюжетов. Но незнакомец по-прежнему оставался серьезным и не сводил с меня глаз. Только теперь в его взгляде отчетливо читался голод, не прикасаясь, он будто раздевал меня, смотря так жадно, словно от этого зависела его жизнь. 
Я сглотнула подступивший к горлу ком. Мужчина определенно с кем-то путал меня, но это не отменяло того факта, что рассказ будоражил. Вызывал чувства, аналогов которым я не знала. 
– В последующие ночи я пытался консумировать брак, но невеста оказалась строптивой, – до черноты потемневший взгляд опалил жаром, вызывая мурашки по всему телу. – Она так и не стала женой. 
Его выдавали только глаза – горящие, наполненные какой-то животной страстью. Голос же оставался почти бесцветным, звучал монотонно и даже холодно. Но этот контраст тоже волновал ничуть не меньше. Казалось, мужчина делал так специально, понимая, что, добавь он немного чувства в слова, это окажется для меня непосильной ношей. Я и так балансировала на грани между изумлением и страхом, готовая сбежать в любой момент. Было бы еще только куда… 
– Я перенес тебя в Фускор, преследуя две цели. Знал, что оттуда ты не сможешь скрыться и хотел осуществить твое желание стать королевой. 
У меня рот приоткрылся от услышанного. Может, он актер? И сейчас репетирует какую-то роль? И делает это настолько правдоподобно, что невозможно не поверить? Я ведь в самом деле поверила услышанному. Поверила и в кражу, и в то, что нас связывают невероятные и одновременно самые сильные  в мире узы. Но как такое могло быть? 
– Но случилось непредвиденное, – его лицо внезапно омрачилось. – Среди моих слуг оказался предатель, и это стоило нам двух лет забвения и потери власти в Фускоре. Все это время я считал, что ты погибла. До сегодняшнего дня оплакивал не то жену, не то невесту. 
Он поднялся на ноги, и  я невольно отпрянула. Но его губы тронула легкая улыбка, и мужчина покачал головой. 
– Не бойся. Я не причиню тебе вреда. Сейчас выйду отсюда и оставлю дверь незапертой. Тебе решать, что будет дальше. С нами, с нашим браком. Если ты выйдешь из комнаты одетой, я позволю тебе уйти. Но если останешься здесь… – в его глазах снова полыхнуло пламя желания, – разделишь со мной ложе, признавая себя женой. Выбор за тобой. 
*** 
Казалось, я целую вечность провела у окна, а ночь все никак не заканчивалась. От стен веяло холодом, в бледной россыпи звезд чудилась чья-то злая ухмылка. Тусклого блеска свечей недоставало, чтобы рассмотреть мое новое пристанище, но мне не хотелось добавить даже немного света. Слишком сильно окружающая тьма была созвучна с мраком, наполняющим сердце с того самого мгновенья, как мужчина вышел из комнаты. 
Поначалу я лишь растерянно смотрела ему вслед, на закрытую, но незапертую дверь. Замок в самом деле остался нетронутым, да только что толку? Почти уверена была, что мир за стенами этого помещения окажется незнакомым. Или, того хуже, пугающим. Как и все, что уже удалось увидеть и услышать. Туман, лес, волчий вой. Все – кроме незнакомца. Он тоже пугал, но и завораживал неимоверно. 
Перед тем, как выйти из комнаты, мужчина снял с шеи серебряный медальон. На мгновенье удержав в широкой ладони, протянул мне. 
– Он поможет тебе вспомнить. Таких медальонов всего два в целом мире. Второй хранится у твоей сестры, княгини Ильис Лэн. А этот вернешь ей, когда снова встретитесь. И расскажешь обо мне. Как – выберешь сама. Представишь заслужившим смерти похитителем или же достойным любви мужем. 
 
Я долго держала украшение в руке после его ухода. Просто рассматривала причудливый узор на крышке, не в силах отделаться от ощущения, что когда-то уже видела что-то подобное. Вот только где – вспомнить никак не могла. А потом решилась – опустила на шею. 
В приоткрытое окно ворвался ночной ветер. Зашелестел в комнате, задевая тяжелые шторы, и его движение напомнило легкий, едва различимый шепот. Будто кто-то невидимый произносил мне на ухо то, что я должна была вспомнить. Перед глазами, будто кадры из фильма, стали проноситься странные картинки. 
Незнакомец оказался прав. Лишь коснувшись кожи, металл медальона принес воспоминания, плеснув их мне в лицо обжигающим откровением. Я в самом деле вспоминала, но как это могло быть, если приходящих в сознание событий никогда не происходило со мной? Что все это означало? 
Я видела воинов, спешащих вслед за своим предводителем. Тем самым, что совсем недавно стоял передо мной. Только в сценах, мелькающих перед глазами, он был на коне. А перед ним в седле сидела… я? Или кто-то очень сильно похожий? 
Пока пыталась это понять, картинки сменили одна другую, и я увидела просвистевшую в воздухе стрелу с темно-изумрудным оперением. Она оказалась близко так быстро, что от ее скорости перехватило дыхание. И вонзилась в грудь сидящей на лошади девушки… или меня? Прошла навылет, задевая воина, находящегося сзади. 
Почему-то заныло сердце. Вернулась боль, что довольно часто беспокоила меня уже почти два года, после перенесенной тяжелой простуды. Врачи не находили никаких отклонений, ни иногда было так трудно дышать, что я едва держалась на ногах. Закрывала глаза и ложилась, сворачиваясь в клубок и подтягивая колени к самой груди. Лишь так становилось немного легче. Вскоре все проходило, но только до нового приступа, который мог вернуться в любое мгновенье. И такие приступы не поддавались воздействию. Ни лекарств, ни физиопроцедур. Один из специалистов, к которым я обращалась, даже пытался сослаться на психосоматику, но не привел никаких вразумительных объяснений. 
А сейчас, после неожиданно увиденной сцены, я впервые подумала, что так сильно могла болеть старая, не долеченная до конца рана. Вот только ничего подобного никогда не было в моей жизни. Как не было ни похищения, ни мужа. 
Тогда что я вспоминала? Что видела перед собой? Начиная с того самого момента, когда неожиданный вопрос странного старичка-посетителя повлек за собой целую цепь событий, одно удивительнее другого. 
В работе библиотекаря были и другие плюсы, помимо доступа к любимым книгам. Читая, я научилась анализировать события. Находить ответы. Словно клубок с перепутанными нитками распутывать то, что лежало совсем не на поверхности. 
И сейчас, раз за разом прокручивая в голове все, что произошло и продолжало происходить со мной, я внезапно увидела невероятную параллель. Немыслимую, ту, которой быть просто не могло. Но которая все-таки была. 
Ведь не случайно история, что мне поведал мужчина, показалась отдаленно знакомой. Я читала что-то похожее… в той книжке, которую пожелал взять Тихон Митрофанович. А потом… потом он спросил, хотелось бы мне оказаться на месте героини. 
Только разве такие вещи случаются в реальной жизни? Разве существует в мире сила, способная перенести меня на место лесной красавицы Лиаль? Но если нет, почему тогда меня… принимают за нее? 
Эта мысль так отчетливо вспыхнула в голове, что я вздрогнула. Будто откровение снизошло. Незнакомец не обращался ко мне по имени, не представился сам, но разрозненные картинки внезапно стали сливаться воедино. 
Я снова погладила холодный металл медальона. Назвавшийся моим мужем мужчина сказал, что эта вещица поможет мне вспомнить. И что-то в самом деле происходило. Были ли это воспоминания, или передо мной ожили сцены некогда прочитанного, но теперь случившееся воспринималось иначе.