Твои атомные дирижабли (СИ)

Но кто сказал, что спящий агент был всего один? Как можно гарантировать что уже завтра кто-нибудь другой, может быть твои друзья, Нава и Добронрав, или кто-нибудь ещё не выпадут на полчаса — час из реальности и не забудут всё, что они делали в это время?
Это страшная и подлая магия и мы пока не знаем, как можно ей противостоять, хотя работы уже ведутся. В программу твоего обучения добавятся основы одержимости и управления внутренними сущностями. Может быть это как-то поможет. Может быть даже окажется ключом к решению. Ты ведь поможешь нам Виктус?
— Всем чем только могу, — пылко завил юноша.
— Спасибо, — серьёзно поблагодарил координатор. — Никто не собирается тебя отсылать, но и без постоянного, круглосуточного наблюдения ты теперь не останешься. Прости.
Виктус кивнул: — Я понимаю.
— Ты крайне разумный молодой человек, — похвалил его координатор.
— А то существо в моей голове. Кто его туда подсадил? Кто это сделал?
— Мы пока не знаем, — честно ответил координатор. — Есть определённые подозрения, но распространятся о них я лучше пока не стану.
— Понятно, — кинул Виктус. — Всё, что вижу и слышу я — видит и слышит он.
— Главное, чтобы он не смог передать всё, что увидит и услышит своим хозяевам, — улыбнулся координатор. — Не бойся Виктус, люди всегда побеждают. Рано или поздно мы справимся и с твоей проблемой. Иди сюда.
— Что? — он сразу не понял.
— Иди, я обниму тебя, — пояснил координатор. — Тебе страшно. Ты чувствуешь себя потерянным. Твой мир пошатнулся. Позволь мне обнять тебя.
— Хорошо.
И только когда руки координатора сомкнулись у него за спиной, а голова упёрлась в подобородок мужчине, Виктус понял, как сильно ему требовалось чтобы кто-нибудь обнял его прямо сейчас.
Потому, что ему было страшно. Он чувствовал себя потерянным. Его мир пошатнулся.
Конечно, одно-единственное объятие ничего не решало, но оно было нужно Виктусу и он его получил.
Непонятно откуда, будто сами собой, появились слёзы и халат на груди у мужчины постепенно становился влажным. Он тихо плакал, а координатор держал его в крепких объятиях и ничего не говорил.
— Пожалуйста, не бросайте меня, — тихонько попросил Виктус. — Я не знаю, что сделаю если снова окажусь совсем один.
— Не бойся, — успокоил координатор. — Луна никогда не бросит тебя.
Видимо он понял, что говорит немного не то и поправился: — Я никогда не брошу тебя Виктус Орлано и не оставлю одного.
— Честно-честно?
— Клянусь своим сердцем, делом которому служу и всем, что мне дорого, — пообещал координатор.
Какое-то время они ещё продолжали сидеть так — один на груди у другого. Подросток и молодой мужчина. Беженец-сирота несколько месяцев назад выдернутый из феодально-магического мира и верховный координатор лунной социалистической республики. Два человека во время глобальной войны с демонами и непонятных отношений с другими видами чужаков.
Перед тем как уйти, координатор пообещал: — Всё будет хорошо.
— Я знаю, — согласился Виктус. Всё-таки он был подростком и сейчас уже немного стыдился своих внезапных слёз и столь искреннего проявления чувств.
Координатор подмигнул и вышел из палаты. Двери плотно закрылись, отрезая палату от больничного коридора.
Снаружи координатора ожидал заместитель главы службы внутренней безопасности Дзержинский и двое солдат в тяжёлой броне.
— Он никак не проявил себя, — озвучил очевидное Дзержинский. — Такая прекрасная возможность попытаться физически устранить человеческого лидера. Почему он не попробовал напасть?
Координатор пожал плечами. Он снял халат, но не спешил отдать его, держа в руках и рассматривая мокрое пятно на месте груди.
— Что будем дальше делать с объектом? — поинтересовался Дзержинский.
— Как я и обещал: круглосуточное наблюдение, периодические снимки карты нервной системы и мозга и пусть маги попробуют дать ему основы одержимости и ментального управления, может быть поможет, — сказал координатор.
Безопасник понимающе кивнул: — Держи друзей близко, а врагов ещё ближе.
 
— Виктус не враг. Он просто растерянный ребёнок, — довольно жёстко отозвался координатор.
— Он — да. А вот оно, будь это дух-подселенец или искусственно созданная вторая личность — явная угроза. Кстати, маги исследовали остатки той чёрной пыли, в которую рассыпался шар и сняли остаточные эманации заклинаний. Они считают, что с большой долей вероятности определи используемую школу. Хочешь узнать, кто это был?
Координатор молча ожидал продолжения.
— Эльфы, — сказал Дзержинский. — Довольно могущественная раса. Человекоподобны. Крайне сильны в магическом плане. Ведут войну с демонами. Известно о них не так много, как хотелось бы. Разве только все настойчиво советуют не заключать с эльфами никаких союзов и соглашений если только нет крайней на то необходимости. Ибо обманут. До последнего инцидента мы рассматривали эльфов как нейтрально-дружественную расу. Всё-таки они уже несколько тысячелетий воют с демонами, хотя это скорее напоминает борьбу за сферы влияния. Эльфы, кстати, постепенно проигрывают, количество контролируемых ими миров медленно сокращается.
— Эльфы значит, — проговорил координатор, передавая халат работникам медблока. — Ну что же. Никто не обещал, что в древе миров людей будут ждать с распростёртыми объятиями. Кто мы такие, с их точки зрения? Просто ещё одна раса, выползшая из своего медвежьего угла, даже не сумевшая сформировать свой домен. Нам придётся доказывать право на существование. И видят Колмогоров и Капица: мы докажем!
…
Это была немного странная победа. В какой-то момент демоны словно развернулись и ушли. Как будто они просто устали сражаться и не глядя ни на достигнутые успехи, ни на миллионы погибших низших тварей — хором сказали «с нас достаточно» и «миру-мир, а мы устали, мы уходим».
Несмотря на то, что сражения происходили уже в пригородах Советска, земляне продолжали запускать короткоживущие спутники на низкую орбиту. Те регулярно выходили их строя и приходилось постоянно пополнять спутниковую группировку, чтобы иметь возможность наблюдать за масштабными передвижениями демонов по поверхности планеты. И сейчас наблюдение со спутников однозначно показывало, что демоны действительно уходят: своим ходом, на спинах драконов или же через порталы — они собирались там, откуда изначально начали наступление и через открытый большой портал уходили из линии Орати куда-то ещё.
Никто не понимал, что происходит. Но люди радовались потому, что это всё равно была победа. Пусть даже немного странная. Они выжили — значит победили.
Конечно, никто не спешил моментально переходить к мирной жизни и перековывать мечи на орала. Сначала люди перегруппировали силы, насколько это было возможно, заменяя выдохшиеся в боях войска свежими силами. Впрочем, свежих сил практически не было, война так или иначе успела коснуться всех. Выздоравливали раненные. Немногочисленные маги во главе с архимагистром Корвином падали с ног от усталости, но почти всех, кто не умер прямо на поле сражения, кого доставили в госпитали, сумели выходить и поставить обратно на ноги: чаще на свои собственные, но иногда и на искусственные кибернетические протезы.
Восстановилось движение по железной дороге связывающую Империю в одно целое и ставшей становым хребтом её послевоенной экономики. Заново отстраивались разрушенные дома и даже целые города.
По докладу, предоставленному Николаю Гастелло, министру обороны города Советска и верховному главнокомандующему объединённых сил землян и имперцев на время отражения нашествия демонов, ушло примерно от семидесяти до восьмидесяти процентов тварей. Достаточно большое их количество осталось, разбежавшись по лесам, горам и по всей той огромной, выжженной, обезлюдевшей территории за пределами Империи, на которой совсем недавно властвовали демоны. Остались самые слабые твари вроде импов, гаргулий и адских гончих. Видимо высшие демоны то ли не успели собрать их всех, то ли посчитали нерентабельным по соотношению затраченная на портал энергия и боевая мощь конкретного юнита перегонять мелочь между мирами. В любом случае — выходить в одиночку за пределы крупных городов было опасно даже хорошо вооружённому воину. Люди предпочитали передвигаться отрядами по несколько десятков человек в каждом, а землянам приходилось на регулярной основе чистить равнины Отара от прячущихся там низших тварей.