Шолохов. Незаконный
Осенью Александр Михайлович Шолохов, наняв подводу и кучера Михаила Чукарина, приехал за сыном. Вернулись в Каргинскую. Вслед за ними приехала вскоре и выросшая в поразительную красавицу Лидия Громославская, получившая место учительницы в Каргинской начальной школе.
Михаил не оставлял планы поступить на рабфак МГУ. Основное препятствие оставалось прежним: Шолохова так и не приняли в комсомол. Он в очередной раз подал заявление в Донецкий окружной комитет Российского ленинского коммунистического союза молодёжи: центр Донецкого округа Северо-Кавказского края располагался тогда в Миллерове.
Там рассмотрели его кандидатуру. Родство с купцами Шолоховыми и Моховыми не вскрылось. Приняли на веру, что происхождения он самого простого – из иногородних. В казачьих восстаниях участия не принимал. Работал продинспектором, был снят с должности, но бумаги об условной судимости куда-то запропали. Подкованный парень, начитанный, в «Юном ленинце» три фельетона опубликовал. Сказали, что готовы принять.
Шолохов обрадовался: ну наконец-то!
В ноябре поехал в Миллерово получать комсомольский билет – и узнал, что его как приняли, так тут же и отчислили. Якобы, общаясь с миллеровскими комсомольцами сразу после подачи заявления, обронил он в разговоре, что комсомол ему нужен исключительно для того, чтоб попасть на рабфак. Комсомольскому руководству о тех речах донесли, и оно дало решению обратный ход.
Надежды получить рекомендации по комсомольской линии не оправдались. Более того, миллеровское руководство посчитало необходимым сообщить в Каргинскую о том, что ни в каком комсомоле Шолохов не состоит и если он утверждает обратное – ему не верить.
И так Шолоховы в родном хуторе были не на самом лучшем счету, а теперь и вовсе хоть не появляйся. Михаил плюнул и отправился из Миллерова прямо в Москву. Жене напишет 16 ноября уже оттуда: «…последние дни хлынула в душу мутная волна равнодушной тоски и не выпью её до дна, берёт проклятая за горло волчьей мёртвой хваткой… Как заработаю деньги, приеду. Жди и не скучай».
Легко сказать: заработаю. А где? Где их заработать-то?
* * *В Москве он пошёл по новому кругу. Поселился на бывшей 1-й Мещанской улице, 60, в комнате братьев Ларченко – первый этаж, коммуналка. Тимофей Ларченко работал в домовом комитете, а его брат Алексей – в газете «Беднота». С Алексеем Михаил спал на одном диванчике – благо ростом мал и телосложением скромен: помещались.
Устроился разнорабочим. С утра вкалывал, к вечеру кружил по редакциям, затем шёл в общагу «Молодой гвардии» на Покровке или на семинар в Литературно-художественном институте на Поварской.
«Родинку» опубликуют 14 декабря 1924 года в газете «Молодой ленинец», куда он изначально своё сочинение и отправлял. Сбылось наконец-то: вот он – его первый настоящий рассказ в настоящей московской газете!
Закупил, сколько сумел, газет и отправил в Каргинскую родителям и жене: вот. Смотрите. Это я. Ваш сын и муж. Гонорар располовинил, послал вместе с газетами.
В запасе имелось ещё несколько написанных рассказов – «Продкомиссар», «Пастух», «Двухмужняя», где Шолохов впервые подступился к перипетиям материнской жизни, и «Бахчевник», где пригодился отцовский опыт работы на бахчах. Каменных палат родители сыну не нажили – зато сюжетами собственных судеб одарили с лихвой.
Новый год Шолохов справлял с братьями Ларченко. В январе 1925-го он познакомился с редактором «Журнала крестьянской молодёжи» Николаем Тишиным. Представился сыном крестьянки, положил на редакторский стол рассказ «Пастух». Попросил прочитать при нём.
Прочитали – и приняли к печати.
В февральском номере «Журнала крестьянской молодёжи» вышел «Пастух», а 14 февраля в «Молодом ленинце» опубликовали рассказ «Продкомиссар». Пошло дело!
Он прослышал, что задуман новый журнал «Комсомолия» – редакция его помещалась на углу Неглинной и Кузнецкого Моста. Явился туда. Ответсеком в журнале назначен был поэт Иван Молчанов – 1903 года рождения, из архангельских крестьян, участник Гражданской. Это ему Маяковский вскоре посвятит два полемических стихотворения, благодаря которым имя Молчанова станет знаменитым.
Молчанов запомнил гостя таким: «…паренёк в захватанной и порыжелой шапке-кубанке, сдвинутой на затылок, в каком-то полувоенном «лапсердаке», тоже изрядно поношенном и заштопанном». Шолохов принёс рассказ «Бахчевник» и снова попросил тут же прочесть его, «а то спрячете в бумаги». Нужда научила его быть настырным, но и купеческая кровь давала знать о себе.
Молчанов пишет: «Рассказ мне очень понравился», – но принять решение он единолично не мог. На счастье, тут явился Жаров – он Шолохова знал лично, хотя виду не подал, что тот самый, первый отзыв на «Родинку» в «Юном ленинце» был его. Шолохов, недолго думая, и Жарова пристроил к делу: а вот прочти, пожалуйста, рассказ – товарищ Молчанов уже одобрил.
Деваться некуда – Жаров прочитал.
Молчанов: «Рассказ тут же был направлен в набор».
«Вот всегда бы так, – мог подумать Шолохов, – а то пока за жабры не ухватишь, с места не двинется ничего».
В том марте Тишин, Молчанов и Шолохов сдружились. Их тогда прозвали «тремя мушкетёрами»: бродили неразлучно, весело и шумно.
Весна начиналась.
* * *Что-то, наконец, сдвинулось в мироздании.
Рассказ «Илюха» был опубликован в «Молодом ленинце» 10 марта.
Рассказ «Алёшка» – в пятом, от 31 марта, номере «Журнала крестьянской молодёжи».
Повесть «Путь-дороженька» частями пошла в апрельских номерах того же «Молодого ленинца».
Всё написанное – словно какого-то сигнала ждали – брали теперь немедленно, с удовольствием, нарасхват.
Шолохов осмысленно, осознанно искал себе в литературном мире учителя, старшего товарища, – и выбор его был предопределён. Звали этого писателя Александр Серафимович. На самом деле – Александр Серафимович Попов. Он родился 7 января 1863 года в станице Нижне-Курмоярской Области Войска Донского. Отец Серафимовича был полковым казначеем, есаулом Войска Донского, служил в Польше, где сын и вырос. В 1883 году он поступил в Петербургский университет, на физмат; увлёкся марксистскими идеями, познакомился со старшим братом Ленина – Александром Ульяновым. За написание прокламаций угодил в тюрьму. Затем – ссылка: Мезень, берега Ледовитого океана.
Публиковался с 1889 года. Во время Первой мировой работал военкором. Революцию принял безоговорочно. С 1918 года возглавлял литературный отдел «Известий». После отъезда Горького за границу Серафимович стал не просто старшим по всей советской литературе. На шолоховскую удачу, он был единственным в России тех лет признанным писателем казачьего происхождения.
Воспринимался Серафимович тогда как давний, устоявшийся мастер, почти старик, хотя было ему немногим за шестьдесят. Сказывались сложная судьба, высокое положение, наконец – личные отношения с большевистскими вождями. В мае 1920-го, когда на фронте погиб его сын Анатолий, служивший комиссаром бригады на Южном фронте, Ленин лично написал Серафимовичу прочувствованное письмо с выражением соболезнований.
В апреле 1925-го Шолохов и Серафимович познакомятся. Шолохов даст ему на оценку первые свои восемь рассказов. Серафимович – мудрый человек – сразу догадается, с кем имеет дело. «И чёрт знает, как талантлив!» – запишет он о Шолохове в дневнике. А лично скажет: «До чего же вы молодец!.. Писателю очень важно найти себя, пока молод… Дерзнуть на большое полотно! Нюхом чувствую – пороху у вас хватит!»
В отношении Серафимовича к Шолохову слышится что-то выходящее за рамки писательского покровительства и даже землячества. Тоска о потерянном сыне будто бы таилась в его заботе. Годом раньше Серафимович издал великолепный роман «Железный поток». Книга та была задумана как эпопея, но завершить её он так и не сумеет. Серафимович словно бы перепоручит недоделанное невесть откуда взявшемуся пострелу: ты – сможешь.
Он даже задумал написать художественную вещь, где Шолохову предназначалась роль одного из персонажей, а возможно и самого главного героя.