Принцесса на мою голову (СИ)

— Я умею держать рот закрытым!
Олав покачал головой, глядя на меня с отчетливым скепсисом.
— Ладно, надеюсь на тебя.
Он встал и потянулся.
— А ты куда?
— Отрабатывать наше спасение, ясное дело. Думаешь, тут кто-то занимается благотворительностью по дружбе? Держи карман шире. Буду поднимать камни, шлифовать стены домов, заваливать образовавшиеся в горах проходы. Они тут в крепости и забраться сюда по земле нельзя. Я им все горные тропы завалил, так вот и сдружились, на ниве обоюдовыгодного сотрудничества.
— А я что буду делать?
— Что Мерга скажет, то и будешь. И прошу, забудь что ты Лей Син пока мы тут. Забудь и не вспоминай.
— Олав… — я сглотнула. — Если у них громрыси, то они ведь могут отвезти нас на границу.
Он замер и потер шею, не поворачиваясь ко мне.
— Могут. Но не станут делать это за просто так.
— А что им нужно?
— Точно не наша благодарность, а это все, что у нас есть.
Он обернулся и вдруг взял меня за руку и потянул к себе. Я нервно выдохнула какой-то протест, но Олав наклонился и поцеловал меня.
Мигом все мысли вылетели из моей головы, как будто его колючий подбородок, мягкие губы и бесстыжий язык были волшебным зельем забвения. Мы целовались и мне совсем не хотелось, чтобы Олав куда-то уходил. Хотелось лечь с ним обратно в постель и задержаться еще на часок другой…
У меня заурчало в животе, и Олав разорвал поцелуй и рассмеялся. Я покраснела так сильно, что, наверное, стала одним цветом со своим платьем на помолвку. Алой.
— Проголодалась? — хрипло спросил маг, задумчиво поглаживая мое лицо и что-то подсказывало, что говорит он не только о еде.
— Да. — ответила я честно, потому что не хотела ему врать.
Олав вдруг помрачнел и убрал руку.
— Я спрошу их, что они возьмут за доставку нас к южным вратам. Сама такие разговоры не заводи, прикинься дурочкой. Можно влюбленной… — он робко и как-то несмело улыбнулся. Я поняла, что в этой шутке была только доля шутки и сердце заколотилось еще быстрее и отчаяннее.
— Ты слишком мужлан, чтобы испытывать к тебе такие высокие чувства. — поддела я.
— Ничего страшного, низменные чувства я люблю еще больше, чем высокие. — улыбнулся Олав и тут уж я врезала ему в плечо.
— Негодяй!
— Вот она благодарность за спасение. Только стоило выспаться как нате, снова я не такой, как надо.
— Ты ужасен. Убирайся вон! — воскликнула я, но в моем гневе не осталось гнева — один смех и наигранность. Я привыкла к этому. Олав по меркам Кано и правда был невоспитанным мужланом. Кто же знал, что мне, Старшей дочери королевской фамилии может такой мужлан понравиться и даже… больше?
Олав встал, обулся и прихватил Виза.
— Увидимся. Помни о моих словах.
— Да-да… — я так смутилась собственных чувств и мыслей, что поскорее отвела глаза. Он ушел.
Санлина, ты что тут творишь? Он беглый маг, невоспитанный грубиян и у тебя есть жених.
Который и пальцем не пошевелил, чтобы тебя спасти.
Но какое у нас с Олавом может быть будущее? Никакого! Это же просто немыслимо, чтобы я и он были вместе. Как пара. Как супруги.
— Этого не может быть… — сказала я вслух и поняла, что это правда. Правда. Не могу я, принцесса Лей Син, и влюбиться в беглого мага. Я. НЕ. МОГУ.
Звучало логично и правильно, вот только я и правда в него влюбилась. И что с этим делать?
* * *
Через полчаса как ушел Олав, в комнату пришла девушка.
— Доброе утро, девчонка Камнебоя. — с порога заявила она, оглядывая меня скептичным взглядом. — Мда, ладно уж, красивая так и быть признаю.
Я к тому времени уже вылезла из постели и сидела на ней не зная чего ждать. Похвалы мне, конечно, польстили, но я все равно не понимала кто она и как с ней общаться. Я умела только приказывать и больше ничего. А приказывать было нельзя. 
— Доброе утро. — выдавила я из себя кое-как.
— Звать-то как?
— Сан.
— Сан? А я Ирла. Будем знакомы.
Она была крепкой как боевая тетка Мерга и даже что-то схожее было в лицах. И она тоже носила штаны. Невероятное варварство! Я с подозрением покосилась на стопочку одежды, но там кожи не было видно.
 
— Пошли, ополоснешься и я отведу тебя на кухню. Голодная, небось.
— Да. Спасибо.
— А ты не болтушка, да? — Ирла усмехнулась и откинула с глаз вьющуюся русую челку. У нее в волосах тоже были деревянные бусинки, но не в таком количестве как у Мерги, а куда меньше.
— Ну… я… да. Неболтливая.
Я пошла за ней. Баня тут была каменная одноэтажная и стояла отдельно от домов. Ирла оставила меня с чаном едва теплой воды и мочалом на полчаса. Я честно попыталась разобраться как использовать разные снадобья в баночках, что ждали своего часа на полках, но опасаясь натереть лицо чем-нибудь для огрубевших пяток оставила как есть и просто вымылась сама и промыла голову.
Из одежды мне предложили нижнее платье, хлопковые панталоны, верхний сарафан с кушаком и теплую безрукавку из шерсти, отделанную ярко-красной тесьмой. И теплый шерстяной платок. Ну хотя бы не ратанское убожество, ткани были добротные и гладкие, явно мастера делали, а не домотканый станок какой-то рукастой бабы. Выходит, они это покупали, вряд ли могли быть так искусны в ткачестве. По ним нельзя было заподозрить усидчивость.
Платок я повертела, не зная куда пристроить, и просто накинула на плечи.
Я вышла наружу и сразу оценила безрукавку. Грела отменно, а ветер тут похоже был делом постоянным. Немудрено на такой-то высоте.
Дома у нас погодой заведовали специальные воздушные мастера. Они усмиряли потоки ветра, и во дворце, хоть он и стоял на такой же вышине, можно было встретить только легкий бриз. А тут дуло отменно.
Видимо, поэтому на улице мало кто задерживался — шел куда нужно и тут же скрывался в домах.
— Готова? — Ирла дожидалась меня под навесом поленницы для бани.
— Да. А к чему?
— К работе, ясное дело. Как у тебя с готовкой?
— Эм… Скверно. — не стала я юлить.
— Ничего, научим. Но сперва покормим тебя.
* * *
Весь день я провела как рабыня! Меня определили в помощь к главной стряпухе и я резала, чистила, таскала ведра с помоями, мыла овощи, снова резала и так без конца.
К обеду я готова была взвыть и лечь на пол от усталости. Но никто вокруг отчего-то не стонал и не плакал, так что не пристало и мне показывать себя разнеженной. Хотя и я была разнеженной всю свою жизнь!
Кормились эти странные люди все в одном месте и в одно время. Оказалось поселок не так и велик, человек сорок не больше.
Мы сначала приготовили обед. Меня, правда, и близко не подпустили к кастрюлям, но я же чистила овощи, то есть участвовала!
Столовая тут была большой с длинными столами и лавками, а окна выходили на долину, и вид был чудный. Жаль никто не дал времени полюбоваться.
— Расставляй тарелки… и ложки разложи. И салфетки принеси, и проверь солонки и смахни пыль…
Хотелось вскипеть и сказать, что мне не положено вытирать пыль, но я была в бегах, а эти люди спасли меня. Я могла отплатить им только трудом, так что упрямо и отчаянно выполняла все, что требовали.
Стряпуха затрезвонила в колокольчик на крыльце здания и через десять минут в столовую ввалилась ватага женщин и мужчин, все одетые в кожаные штаны и теплые безрукавки. Шумные, дерзкие, говорливые. Гомон поднялся — хоть уши затыкай, но я только таскала за Ирлой чан с овощным рагу, а она наполняла тарелки огромным деревянным черпаком.
— Ну он уходит под меня, а я Риску ка-ак дерну вверх! Ты бы слышала, как он орал, когда его Тик кувырнулся в воздухе! — взахлеб рассказывал один парень всему окружению.
— Так вывалился или нет? — с любопытством спросил другой.
— Не-ет, — с жалостью сознался рассказчик. — Удержался, черт ловкий.
Грянул взрыв хохота и парня стали ободряюще хлопать по плечам.
Я ничего не поняла, понадеялась увидеть на обеде Олава, но его не оказалось среди горцев.