Прогрессор поневоле (СИ)
— Когда нам стало известно о посольстве города Гнауи Шема и их предложении, мы связались с ними через одну влиятельную фиванскую семью, которая тоже хотела поговорить с вами, — сказал он, — собственно это и было главным условием их помощи нам и именно в их загородное поместье я планировал доставить Его величество.
Я задумался. В царстве-государстве Хатшепсут, как я и думал раньше, не всё было тишь да гладь, были и недовольные её правлением, что впрочем и не удивительно. Люди такие неблагодарные создания, которые всегда недовольны своим нынешним положением и хотят большего.
— Скажу откровенно, ты поколебал мою уверенность в том, что тебя нужно пытать, — задумчиво сказал я, после недолгих раздумий, — но пожалуй если ты не врёшь…
— Мне нет смысла тебя обманывать, мой царь! — вскричал он, прикладывая руку к сердцу.
— Тогда сплавай в это поместье и привези мне переговорщика от этой семьи, очень уж мне интересно услышать, что хотят предложить люди, так сильно заморочившиеся над моим освобождением.
— Я выполню любой приказ Его величества! — заверил меня он.
— Что же касается тебя, когда я вернусь в своё поместье после этого похода, то готов буду выслушать и главу твоей семьи. Расскажите, чем вы можете быть мне полезны на службе богу Осирису.
Глаза жреца вспыхнули от радости, на лице появилась улыбка. Он упал на пол, кланяясь мне.
— Мой царь! Большего твой верный раб не смеет и просить.
— Поднимись, — я показал рукой встать, — бери припасы, вино и выдвигайся в путь. Я буду ждать тебя здесь ещё неделю, а затем тронусь в дальнейший путь.
— Мой царь хочет посетить другие города? Подчинённые царю Хатшепсут? — удивлённо спросил он, — восстали ведь только эти шесть.
— Да, я просто люблю прогулки на свежем воздухе, — не стал я вдаваться в подробности, — всё свободен и помни, что у тебя всего семь дней.
— Я сейчас же соберу свои вещи и отправлюсь в дорогу, мой царь, — горячо заверил меня он, кланяясь и выходя из шатра.
— Что скажешь? — я повернулся к Ментуиуи, который всё это время молчаливо стоял за спиной у жреца.
— Клубок ядовитых змей стал распутываться Твоё величество, — задумчиво ответил он, — боюсь даже представить себе, что будет дальше.
— Хочешь сказать наши с тобой победы в походе дали многим надежду на то, что можно попробовать поставить в этой игре на меня?
Ментуиуи поклонился.
— Ко мне от знакомых семей воинского сословия вот уже две недели прибывают гонцы. Все интересуются насколько сильно у Твоего величества желание воевать и как долго ещё продлится наш поход. Ведь до этого Его величество высказывал совершенно противоположные взгляды.
Я хмыкнул.
— Я и сейчас их придерживаюсь Ментуиуи, — ответил я, — и уже множество раз пожалел, что ввязался во всю эту историю. Гибнет слишком много людей, в смертях которых виноват я.
— Такова война мой царь, — он развёл руками, — всегда кто-то уходит в другую форму существования.
— И что ты отвечаешь гонцам? — вернулся я к первичной теме нашего с ним разговора.
Ментуиуи пожал плечами.
— Правду. Только то, что происходит сейчас. Мы захватываем города в такие сроки, которые были немыслимы для меня ещё три месяца назад.
Я задумался, это я не первый раз слышал от него и других военачальников. Все поражались, как я умудряюсь захватывать города, хотя обычно их брали долгой и изнурительной осадой и только в период перед сбором урожая, чтобы людям в осаждённом городе нечего было есть.
— Ладно, ждём семь дней, как я и пообещал жрецу, — завершил я разговор, — приводи войско в порядок, запасай всё нужное, я хочу узнать, почему вице-король Нубии не поспешил нам на помощь, а для этого нам нужно будет заглянуть к нему в гости. Больше меня здесь в Нубии ничего не держит, мы выполнили всё, что хотели.
— Да мой царь, — Ментуиуи поклонился, — я всё успею, работы уже давно ведутся.
Глава 8
Утром третьего дня, когда я занимался с легионом изучением простых команд, поскольку они наконец научились держать общий строй, прибыли гонцы из города. К этому времени общая списочная численность моего воинского формирования наконец приблизилась к заветным 4500, что меня очень радовало, поэтому, когда гонцы оповестили меня, что к пристаням причалили сорок больших лодок и сейчас идёт активная разгрузка войск, я этому очень сильно удивился, впрочем, как и мой военачальник.
— Кто прибыл на них? — поинтересовался у него первым Ментуиуи, опередив меня.
— Военные и колесницы, очень много колесниц, — ответили посланцы от градоначальников.
— Нам нужно срочно взглянуть на это, — решил военачальник и я с ним был согласен. Никаких войск в подкрепление мы не ждали.
Возницы быстро подогнали нам колесницы и в сопровождении охраны мы отправились в город. Узнав от гонцов, что я подъезжаю, градоначальники устроили мне пышную встречу и в сопровождении их мы вскоре прибыли на пристань, которая была и правда битком забита конями, людьми, грузами и бесконечной вереницей лодок, которые стояли и ждали своей очереди на разгрузку.
— Иамунеджех! — Ментуиуи быстро увидел, кто всем этим бедламом заправляет, и мы направились в сторону богато одетого человека, который стоял рядом с разгружающимися лодками.
— Мой царь, — нас тоже увидели и весть об этом быстро разнеслась вокруг, к нам тут же стали стекаться все военачальники, которые ранее убыли от нас с караванами в поместье.
— Минмос, Иамунеджех, — я спустился с колесницы и поднимая людей с земли, со всеми запросто обнимался, показывая всем вокруг степень своего доверия к ним. Военачальники гордо распрямляли плечи, поднимали подбородки. Было видно, как им приятно подобное внимание от царя, на что я в общем-то и рассчитывал.
— Мой царь, рад тебя видеть в добром здравии, — Минмос сказал за всех, — а то в столице появились какие-то слухи, что Его величество взяли в плен, чем весьма порадовали многих во дворце царя Хатшепсут.
— Наш царь просто решил пошутить, — ответил за меня Ментуиуи, широко улыбнувшись, — и как видно, шутка эта весьма удалась. Может теперь вы расскажите нам, почему вас вернулось в несколько раз больше, чем убывало? И главное, почему вы так сильно задержались?
Я кивнул при его словах, поскольку мы с Ментуиуи за вечерними посиделками неоднократно удивлялись, почему не возвращаются те, кто ушёл с первыми караванами.
— Мой царь, — поклонился мне Минмос, — этому были объективные причины. Когда я первым прибыл в твоё поместье, то оказалось, что несколько семей прислали своих представителей с просьбой принять их себе на службу. Не зная планов Твоего величества, я решил провести переговоры и узнать численность тех, кто может к нам присоединиться. Так получилось, что одновременно с этим в поместье прибыли и представители нубийских наёмников, которые раньше состояли на службе в армии царя Хатшепсут, а сейчас остались без работы и пришли к нам, чтобы предложить свои услуги. Так что мне пришлось выкручиваться и разномастные толпы людей собирать в подобие единого подразделения. Также пришлось приказать твоим мастерам переделывать колесницы под единый образец, какой мой царь распорядился сделать перед нашим походом и заново выстраивать всё подчинение, поскольку прибывающие люди были из абсолютно разных мест и национальностей. Часто даже не понимая языка друг друга.
— Да, а когда прибыли мы, — дополнил его речь Иамунеджех, — нам пришлось помогать Минмосу в формировании корпуса и его обеспечении.
— Где для этого брали средства? — спокойно поинтересовался я, хотя сердечко у меня защемило и Минмос это тут же радостно подтвердил.
— С твоей сокровищницы мой царь.
Я тяжело вздохнул, сам уже точно не помня, сколько и чего мы захватили за это время, но надеясь, что они меня хотя бы вконец не разорили.
— Как там дела у Рехмира? — вместо этого поинтересовался я.
— О, он прислал сообщение Твоё величество, — Иамунеджех протянул руку и подбежавший писарь отдал ему свиток, военачальник с низким поклоном вручил его мне.