Кротовский, может, хватит? (СИ)
— И не уйдут. Много в поселении некросов?
— Три десятка. Нам не справиться.
— Вам и с оу-дним не справиться, — мрачно выдал Ныр.
— Ну почему же? — возразил ремесленник довольно воинственно, — С одним справились бы.
— Как?
Ремесленики запереглядывались украдкой, но ничего не сказали. Видимо, не доверяют.
— Нет, ребята. Так дело не пойдет. Мы с Ныром тоже с тремя десятками некросов не справимся. Так что… рассказывайте, что вы умеете. Либо бьем некросов всем миром, либо… в аэропорт не попадаем.
— Но ведь это ваша работа, — возразил ремеслинник.
— А это ваш мир, — возвращаю той же монетой, — Мы с Ныром свалим отсюда в любую минуту, ибо всех денег не заработать. А ваш мир пожрет тьма, и ваше дешевое чистоплюйство вам не поможет.
— Но мы не убийцы.
— Вы и торгуетесь дерьмово. Привыкли все получать нахаляву. Все Ныр, уходим отсюда. Главная свама была права, когда выгнала этих придурков. Они ни на что не способны.
Я сделал вид, будто собираюсь валить отсюда. Ныр посмотрел на меня напряженно-вопросительно. Не забыл ли я про Гамлета. Но я не забыл про Гамлета, я просто блефую. Мне нужно сделать этих муд… чудаков чуть более сговорчивыми. И «чудаки» прониклись.
— Вы говорили со свамой?
— Да, мы говорили со свамой. Она отправила нас в то поселение, где вы оставили записку. И мы же поправили артефакт, потому что он был установлен неточно.
— Хорошо, мы расскажем тебе, на что способны.
Ныр облегченно выдохнул, но я не считаю пока, что выдыхать уже можно. Я хочу дожать этих хитрожопых пацифистов прямо «на берегу», пока мы с Ныром не начали рисковать своими шкурами за их интересы.
— Одолжений мне делать не надо, — говорю жестко, — Вы не только поможете отбить поселение, вы выполните мое личное условие. Иначе сидите тут в кустах до морковкиного заговения.
Местные жители недоуменно переглянулись. Термин «морковкино заговение» им явно не знаком. Но по моей интонации и так понятно, что ничего хорошего это заговение не сулит.
— Говори твое условие, охотник.
— У меня есть еще один друг. Он пострадал от удара некросов. Мне пришлось упрятать его в… особое пространство. Вы поможете излечить его от проклятия смерти.
— Но свама…
— Здесь нет вашей свамы, — даже не пытаюсь дослушивать очередную чушь, — Либо вы помогаете мне, либо сами боритесь с некросами.
— Для этого можно использовать защитный артефакт, — наконец, сказал ремесленник, — Но если твой друг большой…
— Он небольшой. Он всего-лишь птица, способная уместиться в моих ладонях.
— Тогда мы поможем.
— Вот и чудно. А теперь рассказывайте, что вы умеете.
— Все наши умения выстроены на взаимодействии с природой. Мы многое умеем, но все наши усилия всегда были направлены только на созидание, — взял слово один из ремесленников, — Когда мы заметили первые проявления проникающей тьмы, я прямо сказал сваме, что мы должны учиться защищаться.
— Понимаю. Свама слушать тебя не захотела.
— Не захотела, — подтвердил ремесленник, — Нас сослали, но мы посчитали, что так даже лучше. Мы начали осваивать новое направление в ремесле и кое-чего добились: колючки, ловушки, петли, оплетки…
Мы с Ныром слушали и недоверчиво качали головами. Эти ребята в кратчайшие сроки наработали целый арсенал боевых заклятий на основе природной магии. В этих лесах они могли бы стать непобедимы. Единственное, чего у них не было, так это решимости. Они тупо не верят в свои силы. В тепличных условиях мира без внешних угроз их боевой дух уснул мертвым сном.
— Понятно, — подытожил я, когда местный чудак закончил рассказ, — Инструментарий вы наработали неплохой. Вам просто нужен хороший пинок, чтобы вы начали им пользоваться. В таком случае общее руководство беру на себя. Возражения есть?… возражений нет.
Мы с Ныром оценили общую диспозицию. Я наметил место для засады. Мелочиться смысла не было. У местных ребяток много наработок. Я решил превратить подступы к поселению в полосу препятствий, минных заграждений и смертельных ловушек. Пусть ни один некрос не останется обделенным.
Старший ремесленник выслушал мои соображения, со всем согласился, но сказал, что лучшее время для засады — полдень. В этом время их магия будет наполнена живительным светом дня, а некросы наоборот будут на низшем пике своих сил. Я хотел было согласиться перенести военные действия на завтра, но заглянув в свой инвентарь, понял, что времени до завтра у меня нет.
Проклятие замедлилось на два порядка, но продолжало убивать Гамлета даже в пространственном кармане. Под его иконкой появился счетчик, показывающий, что жизненные силы растрачены на девяносто пять процентов. Жизнь в нем едва теплиться. До завтра он просто не доживет.
— Сражение будет сегодня, — настоял я, — Приступайте к подготовке.
Местные возражать мне не стали. Они довольно быстро превратили широкую полосу леса от поселения до своего укрытия в минное поле. Еще и походя что-то придумывали и изобретали. Когда солнце скрылось за горизонтом, засада была готова.
В роли загонщиков пришлось выступать нам с Ныром, что понятно. Местные задействованы в качестве операторов природо-технологов. Их задача активировать сюрпризы так, чтобы в них попали именно некросы, а не мы. Подкравшись к поселению вплотную, я смотрел через брешь в заборе, как возятся там спешившиеся некросы. Походу они готовят какой-то темный ритуал.
«Начинай» — нетерпеливо поторопил меня Ныр, но я не любитель спешки. Пара минут для Гамлета некритичны.
Слуги тьмы собрались вокруг начертанной фигуры и начитывали какое-то очередное темное мега-проклятие. Как тут упустить такую возможность? Обломать их лучше всего в тот момент, когда они хорошенько выложатся, когда проклятие будет почти готово.
Над фигурой заклубились дымки. Ее линии начали источать зловещий фиолетовый свет. Речитатив некросов ускорился.
«Начинай» — потребовал Ныр.
«Да все, начинаю…» — я наложил стрелу и натянул лук, но выждал еще немного. Вот чую я, что еще не время.
К фиолетовому свету добавились красные всполохи. Некросы начали впадать в экстаз, вливая в проклятие все больше сил. Из начертанной на земле фигуры полезло какое-то существо, постепенно материализуясь в этом мире.
Крупное демоническое существо вылезло на полтуши. В воздухе отчетливо запахло серой. Раскрылась пасть, усыпанная острыми зубами… вот теперь пора… я начал выпускать стрелы: бронебой, заморозка, огонь.
Некросы у меня на прицеле, бью как в тире. Отстреляв премиальный боезапас, перехожу на обычные стрелы. Завалил пятерых. Это ж праздник просто. А некросы только сейчас начали выходить из транса и понимать, что ритуал грубо сорван, а портал схлопнулся, перерубив полувылезшего демона пополам.
Ныр провыл что-то очень обидное на высокой «лунной» ноте. Некросы побежали к коням, но кони нервничали и фыркали. Волчий вой их пугал…
К тому времени, как слуги тьмы организовались для «карательной экспедиции», у меня откатился боезапас. Вот что значит правильно выбранное время для провокации. Я успел вынести еще четверых и драпал от поселения с чувством хорошо проделанной работы… хотя увлекся немного. Раздосадованные фигуранты неудавшегося ритуала почему-то на меня очень рассердились и погнали коней вскачь. А так быстро я не могу бежать даже в доспехе.
Выручил меня Ныр. Шмыгнул из-за низких кустов чуть ли не под копыта лошади, заставив ее сбиться с бега. В волка тут же полетели сгустки тьмы, но он ловко уворачивался и петлял между деревьями. Мы неслись с ним по ночному лесу, стремясь поскорее забежать в спасительную зону ловушек.
И вот мы забежали, а ловушки работать не начинают. Да как так? Нас догоняют. Вот уже мне чиркнуло по плечу сгустком тьмы, следующее попадание окажется более точным. Вот и Ныру подпалило кончик хвоста, а клятые ремесленники не активировали ни одной ловушки.
Зря я на них понадеялся? Может, испугались? Может, парализовало их от страха? Какая теперь уже разница… забегаю за дерево и накладываю стрелу. Какого-то некроса я еще успею подстрелить.