ТОРРЕЗ. Книга Вторая (СИ)

***
Добравшись до Сены, Шэй вместе с теми, кто был в состоянии сражаться, отправились на один из пришвартованных кораблей Ордена, оставшийся практически без защиты. Перебив караульных, бойцы Артеля подогнали бриг поближе к берегу, подбирая раненных.
Кэрри затащила Коту на борт, а несколько выживших парней из экипажа Дизз взяли её под руки и помогли подняться на палубу. Из-за состоянии волчицы у штурвала встал Шэй.
Когда корабль наконец-то вышел в море, Кэрри отправилась пересчитывать выживших бойцов. И надо ли говорить, что результаты были отнюдь не утешительными. Выжило лишь девять человек. Из них четверо тяжело ранены. А итоги неравной битвы были таковы: Райан и Робби мертвы, Дизз и Кота тяжело ранены, ключ к разгадке сферы теперь у Ордена, а Чёрный Волк жив и празднует разгромную победу.
— Что теперь…? — обречённо прорычал Кову.
— Теперь у нас только один путь. Поплывём в Париж и попытаемся дать отпор там.
— Да, хороший план. Конечно, погнали в Париж. Очень уж хочу с твоим мастером повидаться и задать ему несколько неудобных вопросов. Он меня, конечно, не поймёт, но ничего, Кота всё ему переведёт. Если доживёт до города и не умрёт по дороге! — крикнул Кову, врезав кулаком по перилам капитанского мостика пустив трещину по лакированному дубу.
— Я понимаю тебя, Кову. Но прошу, успокойся. Все мы кого-то теряем. Райан был хорошим человеком. Одним из лучших, кого я знал. Мне жаль Коту, жаль Дизз, да и всех тех, кто отдал жизни в сегодняшней битве. Но задача живых — не плакать по мёртвым, а сделать так, чтобы они не погибли напрасно! Мы продолжим миссию, а когда это всё закончится, сможем вдоволь наплакаться и устроить достойные похороны со всеми почестями. А пока, прошу, соберись, друг. Теперь ты должен возглавлять свой отряд. Райан только и говорил, что гордится тем, каким ты стал, и вот-вот сможет уйти на пенсию, уступив место тебе. Ведь если не ты, то кто?
Кову посмотрел в серые глаза Шэя, не в силах сдерживать слёзы в собственных.
— Чёрт… блять! БЛЯТЬ! Ладно, хорошо. Хорошо… значит, плывём в Париж, да? Так тому и быть. Но после всего этого мы должны вернуться к храму и собрать все останки, какие только сможем. Нужно похоронить наших людей, как подобает. А Райану и вовсе самое место поближе к дому, на который он так полагался. Ладно, я проведаю раненых, а ты подумай над новым планом.
Шэй молча кивнул в ответ, а Кову отправился в трюм к еле живому Коте и серьёзно раненой Дизз.
Первое крупное поражение и столько смертей. А впереди ещё более тяжёлый бой и сражение с целой армией фанатичного безумца, получившего необузданную силу таинственного артефакта. Сколько же ещё жизней будет сложено в новой бессмысленной битве? Вот и узнаем, правда ли, что двум смертям не бывать, а одной…
  
Глава 8
 
Угнанный корабль неспешно шёл вдоль извилистой французской реки, необычайно спокойной в это пасмурное утро. Ветер еле-еле раздувал паруса, и всю работу за него выполняло активное речное течение. Шэй одиноко стоял за штурвалом, переполняемый противоречивыми эмоциями. И хотя он ещё несколько минут назад силился утешить Кову, сам он в свои же слова верил весьма неохотно. Ведь мало кто знал, но Шэй, как никто другой, болезненно переживает любые потери среди своих, особенно когда сам он оказывается не в состоянии помочь. Но ради выполнения миссии он должен держать себя в руках, проявляя стойкость и спокойствие, достойные лидера, вдохновляющего остальных на подъём боевого духа в столь нелёгкий час. Ведь рано или поздно он войдёт в состав Руководства, сменив мастера Адриано. И тогда ему придётся постоянно направлять своих людей на смертельно опасные задания и нести ответственность за их жизни. Но хотел ли этого сам Шэй? Готов ли он? И хватит ли ему сил оставаться верным собственным идеалам, не всегда идущим в ногу с интересами Артеля? Раз за разом он задавал самому себе все эти вопросы, будучи не в силах дать ответ. Однако к определённому выводу он всё же пришёл. К выводу, что это всё равно неизбежно. И когда наступит момент, он примет эту ношу без пререканий. В конце концов, это его долг. Быть не тем, кто он есть, а тем, кем должен быть.
 
Мысли льва всё сильнее загоняли его в непростые рамки. Потаённые страхи перед тяжёлыми решениями и последствиями так и дёргали бы за нитки его переменчивого характера, если бы однажды он не стал… а в прочем, пока ещё рано об этом говорить. К тому же Шэй был не единственным львом, чью душу рвали на части ядовитые когти ярости и скорби. Кову спустился в трюм, где сейчас находились все, кто ещё мог полноценно управлять руками. Вместе с Кэрри они наспех лечили раненых подручными медикаментами, которых оказалось в достатке на корабле Ордена. Лев много раз видел последствия жестоких битв за долгую карьеру наёмного убийцы. И постоянные реки крови в один момент стали для него одним из бытовых спутников жизни. Как вода, солнце, дождь, снег и ветер. Он столько раз видел кровавые бани, часто являясь их виновником, что, казалось, совсем потерял чувство эмпатии к чужим страданиям. Но…
Видеть, как мучаются и истекают кровью его друзья и товарищи, было просто невыносимо. Через несколько секунд Кову ощутил на языке желчный привкус одновременно с мерзким чувством, будто в животе завязали тугой узел. С трудом сдержав рвотные позывы, он подошёл к деревянной койке, на которой лежала Дизз. На волчицу было больно смотреть. Не столько из-за физических увечий, сколько из-за глаз. Кову никогда в жизни не видел глаза, в которых было столько же боли и отчаяния. Разве что он прямо сейчас посмотрел бы в зеркало…
Дизз глядела покрасневшими от слёз глазами куда-то в потолок, словно не видя и не слыша ничего, кроме оглушающего шума в голове. Не удивительно, ведь мыслями она была где-то очень далеко, уходя воспоминаниями в славные времена, когда она была юной бездомной девицей и только познакомилась с Райаном. Словно ожившей картинкой прошлого, перед ней проносились прекрасные моменты их совместного пути. Как он приютил её в своём поместье, которое она поначалу терпеть не могла из-за уединения от города и нужды в постоянном уходе. Но позже это место стало для неё настоящим домом, которого ей так не хватало после несчастья, случившегося с её настоящим отцом. Но сейчас Дизз с радостью вспоминала даже те частые моменты, когда она нехотя вставала на ненавистные ею тренировки, где ей приходилось до отказа изматывать своё тело под пристальным вниманием Райана. А сейчас она отдала бы всё, чтобы хоть ещё разок услышать его голос. Его вечно поучительный, но по-отцовски ласковый и спокойный голос. Если бы она только знала, как мало ей оставалось времени, чтобы провести его с ним…
В памяти сразу всплыли невыполненные обещания, ссоры и грубые слова, за которые волчица уже никогда не сможет попросить прощения. Как ни крути, но старый лев сделал для неё больше, чем кто-либо другой. Он дал ей новую жизнь, полную возможностей и целей. А заодно научил, как этих целей добиться. И вот теперь он погиб, спасая её. Спасая часть того немного наследия, что он оставил после себя. Очередная слеза скатилась по скуле волчицы, пока её губы нервно тряслись в такт тихим всхлипам. И она тихим шёпотом пообещала сама себе, что жертва Райана не будет напрасной. Она завершит то, что он начал, а её спасённая жизнь ни за что не будет потрачена зря…
Но её слова растворились в общем шуме болезненных стонов, раздававшихся по всему трюму. Всё это время Кову стоял неподалёку, горестно глядя на пострадавших, не в силах взять себя в руки. По крайней мере, до тех пор, пока ему на плечо не легла родная рука.
— Как ты? — тихо спросила Кэрри.
— Я… — голос Кову прорезался с хриплым дрожанием.
Он впервые слышал самого себя вот таким. Подавленным и жутко напуганным.
— Я в порядке… — соврал лев.
— Хотела бы я, чтобы это было правдой. Но я слишком хорошо тебя знаю.
Кэрри обняла Кову, пряча его лицо в своём плече, чтобы лев мог наконец-то выпустить раздирающие его душу эмоции, не боясь, что на него смотрят. Лев вздрагивал всем телом, обнимая свою львицу так, словно она была единственным островком безопасности и тепла, оставшимся в этом мире. По плечу девушки побежали тёплые слёзы.