Зовите меня просто - Морти! (СИ)

Изумлённый слаженный вздох Ристы и его помощника слился с восхищённым хмыканьем Ишивы, который, как ни странно, совершенно не выглядел расстроенным.
— Но что ты тут делаешь? — я смотрел на усиленно потеющего толстяка, который совсем уж собрался снова подёрнуться рябью и исчезнуть. — Только попробуй, Тревор! Лично уговорю Ишиву разрушить все храмы, а сам пожалуюсь в нашу академию. Быстро вылетишь в абсолютно не населённый мир, будешь с хищниками договариваться. Уверен, они обрадуются тебе, как родному!
— Мортимер, что ты вообще тут делаешь⁈ — неожиданно тонким и плаксивым голосом спросил Тревор. — Тебе же, я слышал, дали какой-то замшелый демонский мир. Вот и сидел бы там. Вечно ты лезешь, куда не просят!
— Откуда ты знаешь наше божество, советник? — удивление Ишивы было совершенно искренним.
— Советник? — воскликнул Тревор. — Да он не советник, а начинающее божество!
— Как — божество? — окончательно обалдел от происходящего Ишива. — И ты тоже⁈
— Дыши ровнее, твоё величество, — посоветовал я ему, — ну божество, что теперь? Давай лучше выясним, почему под именем Энджела прячется совершенно другой тип? Ты же понимаешь, чем это грозит?
— Всё, что было одобрено им, теряет силу, — побледнев, проговорил Ишива, — все браки, договоры, сделки…
— Вот именно, — я посмотрел на откровенно струхнувшего Тревора, — так что давай, признавайся, где Энджел и что тут делаешь ты.
— Если ты пообещаешь, что сохранишь наш небольшой секрет, — попытался выдавить из себя улыбку Толстяк Тревор, — зачем рассказывать в академии, Мортимер, а? Магистры всегда заняты важными делами, стоит ли их отвлекать?
— Я подумаю, — кивнул я, — всё будет зависеть от того, что ты мне расскажешь и насколько будешь откровенен.
— Моё мнение, надеюсь, тоже будет учитываться? — Ишива смотрел на Тревора без малейшей симпатии. — Всё-таки мы больше всех пострадали от этого обмана.
— Это вовсе не обман! — всплеснул пухлыми ручками Тревор. — Просто меня назначили в мир, где для божества чрезвычайно важен цвет волос, понимаете? Чем они ярче, тем лучше! Я промучился два года, но так и не нашёл общего языка со своими подопечными.
Мы все одновременно посмотрели на лысую голову толстяка и переглянулись: если в этом странном мире действительно так важен цвет волос, то Тревору там делать абсолютно нечего. Как же это магистры так промахнулись с назначением? Ну да ладно, потом выясню, если не забуду, конечно.
— И тут я во время визита в академию столкнулся с Энджелом, который был чрезвычайно расстроен тем, что ему достался мир пустыни.
— А чем это ему пустыня вдруг не угодила? — моментально насупился Ишива и даже стукнул хвостом, замаскированным традиционной юбкой.
— Ну вот не любит он песок, жару, ящериц всяких, скорпионов… — Тревор вздохнул, — а я как раз нормально. Так вот, а Энджел — он же рыжий, причём ярко-рыжий, как апельсин!
Тут Шарха нервно хихикнула, видимо, вспомнив мою пламенную речь про апельсинки. Но, увидев, что все по-прежнему серьёзны, справилась с собой и тихонько присела на скамеечку рядом с Ристой. Советник не стал возражать и даже слегка подвинулся, чтобы ей было удобнее сидеть.
— И что? — подтолкнул я задумавшегося толстяка.
— Что? Ох, прости, Мортимер, и ты, Ишива… — Тревор смутился и покраснел, — так вот, я выслушал Энджела и подумал: а почему бы нам с ним не поменяться? Я возьму его мир, который с пустыней, а он мой — где ценят яркие волосы.
— И он, я так понимаю, согласился? — проявил догадливость Ишива.
— Да, и мы решили, что не станем ничего говорить магистрам, потому что мирами меняться нельзя, — уже почти шёпотом договорил Тревор.
— А то, что всё, что вы одобрите, будет являться недействительным, вас, я так понимаю, не смутило? — я старательно подавил желание отвесить этому затейнику пару затрещин. Это же надо так подставить целое государство! А если бы я не приехал и не ввязался во всё это? Он так и дурил бы ибернийцев сотни лет?
— А скажи, Тревор, — Ишива произнёс имя мнимого божества с таким поистине королевским презрением, что проникся даже я, — кому из вас принадлежала идея с невестами?
 
— Ага, — я встрепенулся, потому что не мог вернуться в Ассарш, не выяснив, что сталось с многочисленными жёнами нашего великолепия. — То есть это не национальная традиция? Твоё многожёнство…
— Нет, — покачал головой Ишива и, поманив меня пальцем, прошептал, — у меня всего одна настоящая жена, и сейчас она в нашем семейном оазисе, присматривает за кладкой. Мы ведь размножаемся как рептилии, понимаешь?
— А за каким демоном… кхм… а зачем тебе тогда эти бесконечные жёны? — я никак не мог уловить суть придуманной Тревором аферы.
— Это, — Ишива слегка смутился, — ну, понимаешь, Энджел… то есть Тревор… сказал, что можно помочь многим хорошим людям… и не очень людям. Потому что во многих правящих семьях есть проблема с подбором супруги… А у меня очень много хороших знакомых и вообще — широкий круг общения. Ну, я вот не знаю даже, как сказать… — тут он окончательно сник и покраснел.
— Так ты что… типа свахи, что ли? — вдруг сообразил я и неверяще вытаращился на ибернийца.
Ишива едва заметно кивнул, не решаясь на меня посмотреть.
— Так это же круто! — воскликнул я. — Это же шикарно! Ты делаешь большое дело, так чего смущаться-то?
— Не годится правителю большой страны заниматься такой ерундой, — прошептал Ишива, — поэтому я всем говорю, что это невесты для меня. Что у меня много-много жён… Он, — тут Ишива показал на старающегося быть как можно незаметнее Тревора, — сказал, что это очень хорошо для имиджа!
— А где жёны, которые у тебя уже были? — я всё ещё не мог отойти от сногсшибательной новости.
— Так я их оставляю в храме после бракосочетания, а утром их уже не бывает, — иберниец пожал плечами, — их забирает Энджел, то есть Тревор.
— А зачем обязательно жениться? Сразу отправлять их в точку назначения нельзя?
— Он сказал, что иначе не сможет отправить их порталами, — Ишива махнул в сторону съёжившегося Тревора, — это так?
Я молча смотрел на так называемого коллегу и молчал, так как слов у меня не было. Точнее, они были, но все без исключения нецензурные.
— Зачем ты лгал ему? — я не собирался облегчать Тревору существование. — Советую говорить честно, тогда, может быть, я сумею спасти твою никчемную жизнь, когда эти парни решат выкинуть тебя в пустыню.
— Это было так забавно, — пролепетал Тревор, и я с трудом удержал на месте рванувшегося к нему Ишиву, — и потом… не все девушки хотели замуж…
— И что ты с ними делал? С теми, кто не хотел? — свистящим шёпотом проговорил Ишива.
— Ну… я их отпускал… — Тревор умоляюще посмотрел на меня, — Мортимер, ты ведь защитишь меня? По старой дружбе?
— К счастью, у меня никогда не было таких сомнительных друзей, — ответил я и мысленно потянулся к магистру Дереку, отвечавшему в академии за устройство выпускников.
— Отпускал просто так? — вдруг спросила молчавшая до этого момента Шарха.
Тревор побледнел, прикрыв бегающие глазки и громко сглотнул.
— Почти, — проговорил он и тут же добавил, — но никто ведь не обязан отказываться от благодарности, правда?
— То есть ты, прикрываясь моим именем, устраивал свои грязные делишки⁈ — казалось, что Ишиву сейчас хватит удар, но он несколько раз глубоко вдохнул, медленно выдыхая, и слегка успокоился.
— И во что же обходилась невестам свобода? — ласково спросила Шарха, делая шаг вперёд и не отрывая от лица Тревора горящего взгляда. — Расскажи нам, не стесняйся! Тут все свои, можно сказать, практически одна семья…
— Мортимер, убери от меня эту демоницу, она меня пугает! — нервно пробормотал Тревор, пытаясь подвинуться в мою сторону. Но я молча подошёл к Ишиве и встал возле него, так что толстяк остался в одиночестве.
— Как ты думаешь, она его поколотит или попробует выцарапать глаза? — задумчиво обратился ко мне Ишива.
— Ставлю на маникюр, — тут же отозвался я, — ты себе не представляешь, какое это грозное оружие!