Классный час 2 (СИ)

— Я вон там прятался, — показал я на свой вагон, пристроившийся немного отдельно от всего остального. — Очень удобное место, давай сначала его и проверим.
Вася посмотрел на меня с большим сомнением, а потом спросил:
— Это когда у Жмени крыша поехала что ли?
— Точно, сразу после этого, — ответил я, размышляя, стоит ли ему говорить про артефакты и помощь Аллы, и решил, что не сейчас. — А через два дня перестал прятаться, потому что всё само собой разрулилось.
— Ой, — перебил меня Вася, — я там какое-то движение заметил, — и он указал рукой в направлении, совсем даже противоположном моему вагону.
— Может заяц или лиса? — предположил я.
— Вы смеётесь что ли, Антон Палыч? — удивился Вася, — откуда здесь зайцы? Рядом с городом-то…
— Да в жизни всякое может случиться, в том числе и зайцы в городе, — вздохнул я, — пойдём проверим, что это.
И мы перепрыгнули через десяток путей, обогнув по ходу дела несколько облезлых вагонов без стёкол. 
— Ну, где тут у тебя что-то двигалось? — спросил я, обозревая груды щебёнки вперемежку с битым стеклом.
— Здесь, — уверенно указал Вася на стоящий отдельно старинный-престаринный вагон, на таких ещё наверно в гражданскую катались товарищ Сталин с товарищем Троцким.
— Показалось наверно, — не слишком уверенно начал я, но тут же замолчал, потому что из окна этого вагона вылетела бутылка и разбилась о ближайший рельс со страшным грохотом.
— Не, — шмыгнул Вася, — совсем даже и не показалось, — а после этого громко добавил, — Зоя, выходи, мы знаем, что ты там прячешься.
Некоторое время стояла тишина, а потом в дверном проёме показалась она самая, Зоя Мамонова. В дешевом спортивном костюме из магазина «Спорттовары», с вытянутыми коленками. И с зарёванным лицом.
А сзади неё замаячила физиономия Игорька Волобуева по прозвищу Бык.
— Ну что, поговорим? — предложил я Зое, она согласно кивнула и спустилась на насыпь, а за неё прыгнул и Игорь. — Не, с глазу на глаз, а ты пока погуляй, — отсёк я его.
И мы прошли в мой практически родной уже вагончик, там она тяжело опустилась на деревянную полку и утёрла остатки слёз на щеках.
— Рассказывай уже, горе ты моё, — предложил её я. — А давай, если хочешь, я сам угадаю, почему ты сорвалась…
— Угадывайте, — предложила она мне… совсем как в Угадай-мелодии через двадцать лет, подумал я и начал угадывать.
— У тебя признаки беременности и ты решила сбежать от такого позора.
— Угадали с первого раза, — опять залилась она слезами. — Задержка две недели уже.
— От Игорька, я так понимаю, этот подарочек приплыл?
— От него, — продолжила лить слёзы она.
— Значит, вот как мы поступим, дорогая гражданка Мамонова, — перешёл я на официальный тон, — во-первых, задержка это ещё не окончательный приговор. Надо в женскую консультацию сходить — ты ведь там не была, как я понимаю?
— Не, только этого мне ещё не хватало.
— А придётся, — сурово отрезал я, — лично я ставлю на то, что это случайность, не имеющая к беременности никакого отношения. Но даже если оно и подтвердится, то ничего страшного я тут не вижу — знаешь, во сколько лет в русских деревнях начинали рожать? Не знаешь — в 15-16 лет запросто. А на востоке вообще замуж до сих пор выходят в 14. Организм у тебя уже сформировался, так что…
— А что люди-то скажут?
— Поговорят и забудут, другие темы для пересудов найдутся. Теперь про Игорька — он ведь от ребенка не отказывается, так?
— Говорит, что женится… — пробормотала она.
— Это он молодец, уважаю — вот, значит, и свадьбу сыграете… вместе со мной почти одновременно.
— А вы что, женитесь?
— Похоже, что в нашей школе ты одна про это не знаешь — да, женюсь, через месяц. Пошли теперь с женихом поговорим.
Зоя встала и задела ногой за край лавки, и из-под неё выкатилась давешняя моя полосатая палочка… выручалочка.
— Ой, а это ещё что такое? — спросила она, поднимая её.
— Не трогай, — вырвалось у меня, но поздно, она её подняла и видимо нажала там на что-то, и палочка заработала — мы оба подвисли в воздухе, как воздушные шарики.
 
— Я же сказал, не трогай, — я дотянулся до неё и отобрал палочку, — это опытный образец, еще не отлаженный.
Я нажал ещё раз на тот выступ, и мы оба грохнулись на пол. Ничего вроде не сломали себе и на том спасибо.
— Что это было, Антон Палыч? — от удивления Зоя даже забыла про свои печали.
— Экспериментальная разработка Института, — смело соврал я (хотя может и не соврал — КГБ-шный же капитан мне именно такую версию скормил), — её надо обратно сдать, а то мало ли что. А ты прекращай реветь и отправляйся в женскую консультацию.
Она согласно кивнула, но заметила, что надо бы собрать вещи, а на это уйдёт некоторое время. И опять залезла вместе с Игорьком в тот старинный вагон.
— Ну чего, кажется всё в порядке? — полуутвердительно спросил меня Василий.
— Ага, договорились…
— А о чём договорились?
— Извини, Вася, но тебе лучше этого не знать.
Он немного надулся и отошёл в сторонку, я же вдруг вспомнил про старообрядческий схрон, это совсем в двух шагах же отсюда.
— Пойдём клады искать, пока они там собираются, — предложил я Васе, и он сразу повеселел.
— Конечно пойдём, — ответил он, — это гораздо интереснее, чем искать полоумных истеричек.
Ничего я ему на это отвечать не стал, а просто перепрыгнул глубокую канаву, окаймляющую крайние пути, и углубился в чахлый лесочек.
— Что-то вы слишком уверенно идёте, — заметил Вася, следующий хвостом, — как будто у вас карта этих кладов имеется.
— Карты у меня нет, зато есть кое-что другое, — туманно ответил я, — вон за той кочкой оно и должно быть.
И мы оба уткнулись в давешнюю вывороченную землю, окружающую вход в землянку.
— Ничего себе, — восхитился Вася, — я догадался — вы в прошлую свою отсидку это место раскопали, но проверить, что там внутри, у вас времени не было.
— Угадал, — сказал я, — значит, я первым иду с фонариком, а ты за мной, если хочешь. Ничего там не трогай и ни к чему не прикасайся, понял?
— Не тупой, — шмыгнул носом он, и мы нырнули вниз…
  
Библиотека Ивана Грозного
 
Фонарик выхватывал небольшой кусочек окружающего пространства, но в принципе всё было видно. Крыша у этого схрона была бревенчатая, а стены и пол земляные. Общую площадь помещения я оценил в двадцать квадратов. По краям стояли лавки, в центре стол, и то, и это очень увесистые даже на взгляд, в дальнем левом углу имел место тяжёлый кованый сундук, а справа висели две иконы в металлических окладах… видимо, не всё забрал гэбэшный капитан.
— Сундук надо проверить, — подал Василий голос сзади, — там всё и лежит, наверно.
— Не тупой, — злорадно возвратил я ему его же реплику, — щас проверим.
И я поставил фонарик на стол так, чтобы он освещал угол с сундуком, а сам опустился на колени и начал осматривать запоры. На сундуке висел один замок, но здоровый и крепкий, я попробовал его подцепить, но толку от этого никакого не было.
— Там петли у этого сундука проржавели все, — сообщил мне Вася, — проще наверно с ними разобраться.
И мы отодвинули сундук от стены… петли и в самом деле были в плачевном состоянии, труха одна вместо металла.
— Ну-ка, — сказал я, — избушка, поворотись к лесу задом, а ко мне передом, — и одновременно долбанул ногой по ближней петле, она и развалилась на две запчасти.
— А теперь Горбатый, — почему-то выскочило из меня воспоминание о будущем сериале — вторая петля оказалась не крепче первой.
— Поднимаем крышку, — сказал Вася, освещавший всё это моим фонариком.
— Ясен пень, поднимаем, — согласился с ним я, и мы в четыре руки откинули крышку сундука в сторону.
— Я думал, тут драгоценности будут, — разочарованно сказал Вася, осматривая открывшиеся богатства, — а тут вона чего…
Весь сундук был доверху наполнен книгами в старинных переплётах, с жестяными застёжками сбоку, а драгоценностей увы, но видно не было ни одной.