Любовники (СИ)
И снова всё рушится…
С того злополучного дня всех влюбленных прошла неделя. А может, и все две. Точно не знаю – я потерялась во времени, потерялась в себе. Отношения с Томом заметно охладели. Но я стараюсь, - честно, стараюсь – заткнуть свою совесть и жить дальше. Не получается. Каждый раз, когда смотрю на Тома, чувствую, как вина удавкой стягивает мою шею. Не дает дышать. Душит. Тянет на самое дно. Я барахтаюсь, пытаюсь удержаться наплаву, на поверхности, но слишком тяжелый камень вины висит на мне. И с каждым днем он увеличивается в размерах.
Чтобы хоть как-то заглушить эту вину, я пробую курить. Но все хорошо и гладко выглядело только со стороны. На самом деле обжигающий и удушающий дым, раздирает легкие и горло. Душит приступами кашля. Скручивает желудок.
С сожалением и унынием отбрасываю эту затею с отравлением никотином.
Пытаюсь жить дальше и делать вид, что все хорошо. И – удивительно – у меня начинает получаться. Тяжесть в груди никуда не девается, нет, она продолжает давить. Но я теперь не так явно ощущаю это давление. Улыбки становятся более искренними, более живыми. Я перестаю заниматься самобичиванием по ночам, и уже спокойно засыпаю в объятиях любимого. Общаюсь, как ни в чем не бывало, с Мел. Продолжаю имитировать оргазмы.
Так проживаю до весны.
Природа оживает, пробуждается после зимнего сна. Я пробуждаюсь вместе с ней. Груз вины в душе обрастает ромашками. И не важно, что на камне ничего расти не может.
Я смиряюсь с тем, что допустила ошибку. Оступилась. Предала. Но такого больше не повторится. Я люблю Тома и скоро стану его женой. И это все прекратится. Должно прекратиться.
***
И снова все рушится в начале апреля. Как я могла забыть про ЕГО день рождения?
- Лекси, милая, ты идешь? – Том протягивает мне руку. Хватаюсь за его теплые пальцы, словно за спасательный круг. Но продолжаю тонуть. – Кстати, выглядишь чудесно.
- Спасибо, - улыбаюсь в ответ, а в душе разрастается пожар. Я. Увижу. Его. К такому я еще не готова.
- Ну что ты вся напряглась? – Том все же заметил моё состояние. – Это же день рождения нашего общего лучшего друга.
«Лучшего друга»? Серьезно?
Хмыкаю про себя. Какой он к черту друг? Для тебя, Том, он – предатель. А для меня? Любовник? Дергаюсь сама же от своего же вывода. А ведь, правда, получается – любовник.
Любовник или нет – всё это в прошлом. Это я понимаю, когда вижу их вместе. Мел и…он. Они счастливы. И подходят друг-другу. Даже её платье в тон его рубашки. От такой идиллии меня тошнит.
Гордо вздернув подбородок подхожу к подруге и имениннику.
Первым в бой идет Том, который тут же обнимает предателя друга и вручает подарок, что мы выбирали с ним вместе: путевку в Париж - город любви, на двоих.
Вижу неподдельное удивление в глазах Ника, а затем меня вихрем сносит в сторону. Понимаю, что это Мел только тогда, когда её визг стихает и объятия перестают мять ребра. И так тяжело дышать.
Подруга что-то радостно щебечет, благодарит и не устает восхищаться нами с Томом и подарку. А я смотрю лишь на него. Вижу натянутую улыбку и скромный кивок головы. Он не рад. Но почему?
Подхожу к нему, когда Мел все же соизволила отпустить меня.
- С днем рождения, - губы растягиваются в улыбке. Нет, не искренней. Самодовольной. Ехидной.
- Дай угадаю, - хмыкает Ник, глядя на меня в упор. Черт, не могу выдержать его этот взгляд! – Это ты выбирала подарок? – он делает ударение именно на слове «ты».
- О, нет, что ты! – Отмахиваюсь я, чувствую, как поджилки трясутся. Но я должна доиграть эту роль до конца. – Это вообще идея Тома. Это так романтично… - Мило тяну я, хлопая глазками.
Да, сейчас я веду себя отвратно – даже самой противно! – но по-другому не могу. Иначе сломаюсь под его взглядом.
Ник молчит, но я вижу, как напряжены его челюсти. Злится. И я ощущаю сладостный вкус победы. Этот раунд я выиграла.
***
В этот раз не пью ничего крепче шампанского, но все же голову сносит от пьянящего чувства победы. Пусть и маленькой. Пусть и мимолетной.
- Я хочу получить свой подарок, - жаркий шепот обжигает шею, заставляя плечи покрыться мурашками.
- По-моему, ты его получил, - мой голос, на удивление, совершенно расслаблен и спокоен.
Его руки опускаются на мою талию, разворачивая к нему лицом. Сердце учащается, а тело наполняет истома, как бы напоминая, КАК оно реагирует на этого человека. Где же Том или Мел, когда они так нужны?
Ник притягивает меня к себе. Слишком близко. Даже ближе дозволенного. Упираюсь руками ему в грудь и чувствую удары его сердца. Оно бьётся в мои руки, словно загнанная пташка. Поднимаю удивленный взгляд на парня. Что же с нами творится, Ник?
Делаю над собой усилие и отталкиваю его от себя. Я уже все решила для себя. Я не попадусь снова на его провокации…на его взгляд…на его губы…
Тесное и темное помещение. Жарко. Как же мне жарко. Платье задрано практически до живота, а между ног пожар. Чувствую его пальцы там… Из горла вырывается стон, когда в меня проникают такие умелые пальцы, сводящие с ума. Откидываю голову назад и тут же обо что-то ударяюсь. Из глаз сыплются настоящие искры, а боль немного отрезвляет.
- Черт! Нет, остановись! – ругаюсь я достаточно громко, отталкивая Ника от себя. Когда я успела потерять голову? – Уйди! Отвали! Не хочу! Прекрати!
Но вместо этого меня крепче вжимают в стену, заглушая гневные выкрики страстным, жадным поцелуем.
Пытаюсь вырваться, стучу кулаками в грудь, но понимаю, что бесполезно. Я. Сама. Этого. Хочу.
- Ненавижу тебя, - наконец, успокоившись, выдыхаю ему в губы.
- Знаю, - и он врывается в меня резкими толчками, даже не снимая трусиков. Снова. Да и плевать. Я уже была готова к нему. Влажная ткань, бесцеремонно отодвинутая в сторону, даже не чувствовалась. Лишь его толчки, лишь руки, крепко сжимающие бедра, лишь огонь страсти во мне, и слабые удары спиной об стену.
Кончаю довольно быстро и бурно, вцепившись ему в плечи. Кажется, на рубашке останутся дырки от моих ногтей. Ник глухо рычит в ответ и выходит, излившись на пол рядом.
Дышать трудно. Воздуха не хватает. Легкие судорожно сжимаются. Задыхаюсь.
Оседаю медленно на пол, но мне не дают этого сделать окончательно, схватив за плечи.