Сложно быть (с) Богом (СИ)
— Да закрой же ты свою пасть! — крикнул Реми и с обеих ладоней, поочередно, бросил в мумию два каменных шипа, один из которых разбил защиту, а вот второй вошел прямиком в шею, вышел шипом наружу и застрял с обратной стороны. Он рискнул, оторвавшись от собственной защиты в пользу атаки и не прогадал. Неизвестно, были ли когда-то у этого монстра голосовые связки, да и гортань вообще, но это сработало. Гадина замолкла, схватившись за горло. А маги снова вступили в дело, почти впритык закидывая ее голову водяными копьями, стрелами смерти и каменными шипами, повреждая не только прикрывавшие ее руки, но и вдоволь нашпиговав лицо. Томас не стал помогать, а лишь наблюдал. Его Свет бы только помешал, ослабил магию Смерти Тийяэль и нивелировал бы урон от магии Анники. От такого напора голова мумии-мага взорвалась, а тело повалилось на плиту. Оно больше не шевелилось и не вставало. С синекожей было покончено, но и маги остались истощены.
Лишь спустя несколько минут после уничтожения мумии, отряд более-менее начал приходить в себя, утираясь от собственной крови и принимая зелья исцеления. В головах еще шумело, больно было смотреть и просто открывать глаза, но двигаться все же все могли. И еще не менее получаса потребовалось команде, чтобы продолжить путь, предварительно сняв с останков мумии все ценные украшения. Перед тем, как что-то подобрать маги производили проверку на присутствие в вещах магии. Томаса же заинтересовал скипетр, но, поводив над ним руками, он отказался забирать его, что посоветовал не делать и остальным.
— Слишком непонятная магия. Я чувствую обычные эманации Смерти, но так же тут есть и что-то еще, чего я не знаю. Ты, конечно, можешь рискнуть, но я бы не советовал, — обратился он к Тийяэль.
— Не буду, — ответила эльфийка. — Да и артефакты мне пока рановато использовать.
Томас одобрительно кивнул. Чужое оружие, а особенно если оно магическое, могло принести другому его владельцу больше проблем, чем пользы и тут он целиком был согласен с Тийяэль. Последствия могли быть сами разными, от легкой головной боли до сильнейших проклятий. Часто защита артефактов была столь изощренной и сложной, что справится с ней, не могли бы даже архимаги, а если уж она была замешана на крови, плоти или аурном слепке своего первого обладателя, то и подавно. Все действительно опытные и могущественные маги предпочитали создание и усиление артефактов и оружия с нуля, делая его лично под себя и улучшая на протяжении своей жизни. Но бывало и такое, что встречались такие редкие, древние и могущественные артефакты прошлого, которые и рядом не стояли с поделками современных мастеров. Вот за них-то архимаги были готовы рвать глотки, лишь бы заполучить себе. Даже на «черном рынке» такие ценности появлялись не чаще пары раз в год. Останавливала только цена, причем, не только в денежном эквиваленте, но и цена за использование подобного предмета. Некоторые вещи могли быть проклятыми, причем настолько, что не справился бы ни один маг или священнослужитель. Другие требовали для использования жертву, питаясь кровью, духом своего носителя или кого-то со стороны. Третьи же, обладающие наиболее разрушительной мощью, как правило наносили существенный вред здоровью, использовавшему их разумному, ломая энергетические каналы, портя источник, создавая в организме мутации, отравляя или же вредя как-то еще. К счастью, конкретно этот посох не был какой-то ценностью и решение его не брать девушка приняла достаточно легко и спокойно.
Глава 14. Ловушки
Дальнейший путь нашелся довольно быстро. Всего-то и требовалось, что идти по прямой и не сворачивать. Не прошли и полкилометра, как впереди забрезжил свет, который и оказался выходом.
— Он в лучшем мире, Дерек, — обратился Сантьяго де Боска к дяде Лешаля, желая хоть как-то поддержать того после потери друга.
— Знаю, парень. Только не заслужил он такой смерти, я считаю. Вот так вот валяться в этой дыре?
— Мы сами строим свою судьбу, так ты нам говорил, помнишь? Быть авантюристом непросто. Это жизнь вне дома, постоянные задания и разъезды, жизнь одиночки, без семьи. Не всем везет как тебе, ведь ты нашел соратника, друга. Вы многое пережили вместе.
— И теперь он мертв. Нет, я все понимаю. Просто говорю о том, что хотел бы для него хотя бы достойного погребального костра.
— Так попросил бы магов.
— Боюсь, магов сейчас вообще ни о чем просить нельзя. Нам дорога каждая крупица их силы. Думаю, ты со мной согласишься, что не будь у нас их в таком количестве, мы бы не прошли даже первое испытание.
— Конечно, — кивнул Сантьяго.
— А вы не находите странным то, что это место стало таким опасным? — присоединился к разговору Лешаль. — Раньше сферу вполне могли добыть десять воинов, без участия магов. Я помню рассказы своего отца, он был здесь. А теперь…
— Нас пошло пять десятков, а в живых осталось не больше трех, — согласился Дерек. — Потери ужасны. И все это чьи-то близкие, друзья, родители или члены семьи. Тут явно что-то не так. Я слышал, что сюда послали целого архимага, чтобы разобраться в чем дело.
— Ого, целого архимага? Думаю, это все враки, дядя, — отозвался Лешаль.
Кирилл моментально навострил уши. Он уже думал о том, что ему говорил Дархан. Вот только, где надо было отыскать этого магистра Нота — не знал совсем, как и того, с чего начать поиски.
— И где же этот архимаг? — тем не менее спросил Кирилл.
— Кто ж его знает, — пожал плечами Дерек. — Может уже был здесь, а может еще даже не прибыл.
— Да, — мечтательно ответил Лешаль, — здесь его помощь бы не помешала. Я слышал про силу архимагов. Такой смог бы пройти все здешние испытания не сбавляя шаг. А дядя?
— Мне кажется, силу архимагов преувеличивают. Все же слышали, что в прошлом году убили члена совета, архимага стихии Земли, Пуранга. А ведь он был не один, а с товарищами, магами второй и третьей ступени.
— Да уж, громкое было дело, — сказал Сантьяго. — Этим поступком кто-то очень обидно щелкнул зазнавшихся магов по носу.
— А как они потом пытались все отрицать? — ухмыльнулся Лешаль. — Хотя, на их месте я бы тоже все отрицал.
Через какое-то время разговоры стихли, и отряд вошел в хоть и плохо, но освещенный коридор. Здесь было так же тепло, как и в прошлом зале, что странно, ведь они спустились на большую глубину и по представлениям Кирилла и его друзей, в пещерах обычно влажно, сыро и холодно. Впрочем, сыро тут все же было, особенно в коридоре, в который они только что вошли.
— Фу, как здесь воняет. Как будто сдох кто-то! — высказала свое мнение Кайя.
— Может, так оно и было. Стой! — остановил идущую впереди девушку Томас и направил магический огонек вдоль стены.
Проплывая рядом с ней, она вскрикнула и отпрянула от стены. Сбоку от нее, в стене, что-то копошилось. Стайка насекомых разбежалась подальше от магического света и обнажила обглоданное и начинающее разлагаться тело. Но самым необычным было то, что оно торчало из самой стены, словно кто-то решил замуровать его там по пояс. А торс покойника удерживало что-то вроде темных лиан или корней, впившихся в плоть.
— Держитесь подальше от стен, — внимательно разглядывая труп, обратился к команде Томас. — Не думаю, что это чем-то нам помешает, — указал он головой на останки. — Магии в них я не чувствую. Но на всякий случай.
Бродя по коридору, отряд наткнулся еще на несколько похожих «пленников». И снова никакой магии, только безжизненные тела, удерживаемые в стенах огромными корнями и лианами, да святящийся мох, помогающий освещать путь.
— Мне кажется, я знаю, где мы оказались. Если я прав, то со следующего помещения начнутся ловушки.
— Этап «подземелье смерти»? — спросила Кэт.
— Очень на то похоже. Нас будут ждать десятки разнообразных ловушек. Потребуется идти очень осторожно. Радует то, что хотя бы про них все знают и это одно из постоянных испытаний в пирамидах.
— Я бы на это не рассчитывала сильно, — отозвалась Сальвира, сестра короля и вдова одного из лучших копейщиков Аргоны. — Всегда есть вероятность, что появится что-то новенькое.