Цена свободы – любовь (СИ)

Искандер сказал и тем самым точку поставил. На стол её уложил, словно и не замечая, как Али в его грудь ладошками упирается, как за шиворот пиджака от себя оттянуть пытается, как упрямо пыхтит, желая вернуть равновесие. Стянул трикотажное платье с плеч, к груди, и ни миллиметра кожи не пропускал. Её нежностью, теплом, ароматом наслаждаясь.
– Я беременна.
Прозвучало её признание где-то на грани сознания. Он даже не понял сразу, что сказала, так увлёкся. Потом только, чувствуя, что Али в каменное изваяние превратилась, напрягаясь, головой тряханул и нахмурился, в её лицо всматриваясь.
– Что? – Рассеянно улыбнулся, но Али отчего-то взволнованно заморгала и будто расстроилась.
– Я беременна и мне нужно к врачу. – Виновато прошептала она и вздрогнула, когда Искандер резко отстранился.
Али тут же лицо ладонями закрыла, пытаясь сдержать слёзы, восстановить дыхание, а муж эти ладони на себя дёрнул и посмотрел в глаза. Он не верил. Не верил, что всё могло быть… так… Глупо, отчаянно! И в её лице хотел найти отголоски сознания. Али не плакала, но была на грани. Её подколачивало от нарастающего напряжения, а цепкие пальцы сжимались на запястьях всё сильнее. Наконец, Искандер с отвращением скривился и её руки от себя оттолкнул, отпуская. Все его мысли, все обвинения были написаны на лице: «Обманула, желая выиграть время! Знала! Как давно?! Может, ещё до того, как забрал её?! И все слова, все взгляды не больше чем игра!» Ладонью он по волосам провёл, их взъерошивая, на месте крутанулся, не зная, куда себя деть, а потом напротив Али замер и мученически скривился, не веря. А когда с лица слетели любые эмоции, он холодно усмехнулся.
– Отличное шоу!
Произнёс Искандер и два раза в ладони хлопнул.
– Срываешь бурные овации!
Добавил он, всё ещё пытаясь растерзать Алию взглядом. В один момент метнулся к ней так, что вся сжалась, поёжившись, что замерла, не смея даже вздохнуть. Он больно удерживал за затылок и весь колотился от раздирающего нутро бешенства.
– И отдельное спасибо за то, что не состроила сейчас этот тупой взгляд, не задала вопросы типа «что ты имеешь в виду, всё совсем не так!» Молодец. Взрослая девочка, самостоятельная!
Ладонь с её затылка убрал, а по сути, так оттолкнул от себя. Ненавидел в этот момент. И хотел убить. Это было в его глазах, это было в застывшем лице, это было в устрашающем, пылающем злостью дыхании. И чтобы не исполнить желаемое, развернулся и ушёл. Стремительно. А Али сползла на пол и расплакалась. От боли, страха и унижения: ничего не изменилось. Усилием воли она смогла подняться и столкнулась взглядом с растерянной Софьей Ильиничной. В её руках был букет. Они не произнесли друг другу ни слова. «Незаменимый человек» даже сейчас был на стороне хозяина.
Нутро пульсировало болью. Теперь сплошной, неразделимой. Сердце колотилось в приступе паники и Али захлёбывалась собственными рыданиями. Не получалось успокоиться, не получалось уснуть. Было просто страшно. В середине ночи на белье показалась кровь и её глаза стали просто стеклянными. Вдруг пришло чёткое понимание: этого она ему не простит. Если что-то случится с её ребёнком – не простит!
Стуча зубами от страха, Али залезла в постель, пытаясь хотя бы расслабиться. Дрожащими в истерике пальцами сжала одеяло, с помощью детской считалочки восстанавливала сбившееся дыхание. Она не уснула. Просто отключилась. И как по щелчку пальцев проснулась, как только рассвет коснулся пола. Лежала в неизменной позе. Боялась увидеть то, что неизменно чувствовала. Не разделяла реальность и вымысел. Хотелось быть далеко-далеко отсюда. Вот и блуждала по туману, сонно моргая.
В себя привёл громкий стук входной двери.
– Где она?!
Послышался голос Искандера и не оставалось ничего, кроме как молиться. Молиться в надежде на его благоразумие и терпение, в надежде на его милость. Дверь в комнату распахнулась резко, шумно, неожиданно. Али закрыла глаза и молиться продолжила. И только губы выдавали её сознание. Они едва заметно шевелились, они несли тихий шёпот далеко от людей. Искандер склонился над ней.
 
– Али? – Позвал тихо и коснулся кончиками пальцев её щеки.
Против воли она раскрыла глаза. Мутные, опухшие от слёз, с расширенными зрачками. Губы продолжали молиться.
– Прости меня за несдержанность. – Ровно проговорил он. Выдавил из себя эти слова. – Я был неправ, я тебя обидел. Что у тебя случилось, говори.
Её глаза плавно закрылись, а губы не останавливались ни на мгновение. Сердце болезненно сжалось, Искандер мысленно выругался и встал на кровать коленями, чтобы быть ближе.
– Али, что случилось?
Голос прозвучал настойчиво, но расслышать в нём беспокойство она уже не смогла. Только шум в ушах. Оглушающий и пугающий своей силой шум. Тихая истерика охватила сознание и слёзы плотной стеной отрезали её от происходящей действительности. Молитва звучала в голове.
– Али не плачь! – Коснулись опухших век тёплые губы. Искандер лёг рядом и крепко обнял. Но его тепло больше не манило, не притягивало. – Ты сейчас успокоишься, соберёшься, и мы поедем к врачу, хорошо? – Гладил он по растрёпанным волосам.
Их Али намеренно распустила, чтобы не было больно. Он не понимал, но почувствовал. Он узнал это её состояние. Давно видел, до сих пор помнил. Потому и сдёрнул одеяло. Али с силой зажмурилась: не хотела смотреть. Колени судорожно подтянулись к груди. А его будто какая сила подбросила. Искандер с кровати соскочил и Али на себя потянул. Через голову сорвал испачканную сорочку. Вчерашнее платье с широкой горловиной, что висело на стуле, натянул и расправил.
– Успокойся, всё будет хорошо. – Зло процедил сквозь зубы, но теперь не верила Али. Кровь тонкой струйкой спускалась по бедру.
Он выругался в голос. Бросил короткий взгляд на обезумевшую от страха жену и сам принёс из ванной прокладки, влажным полотенцем обтёр дрожащие ноги. Практически как помощь раненному на войне. Главное, туже приложить салфетку…
Машина стояла у крыльца. С квадратными глазами водитель смотрел на хозяина с незнакомкой на руках.
– Поехали. – Скомандовал Искандер каким-то мощным, грозным, чужим… незнакомым Али тоном. И машина сорвалась с места.
Он привёз её не в больницу. В какой-то новомодный медицинский центр. Мужчина, что встречал их на входе, удивился чуть меньше водителя, и тут же принялся кому-то звонить. Врач уже ожидал.
Искандер нервно расхаживал по небольшому смотровому кабинету. В абсолютной слабости, Али не обращала на мужа и малейшего внимания. Слёзы продолжали катиться из глаз.
– Александр Владимирович, вы можете подождать за дверью. – Вежливо предложила улыбчивая врач, но хмурый взгляд, полученный в ответ, не предполагал вариантов.
Врач что-то диктовала ассистенту при осмотре Алии на аппарате УЗИ. Многообещающе улыбалась и уверенно управляла датчиком. На Искандера посмотрела.
– Ничего критичного. – Обнадеживающе выдала она в итоге.
Искандер скрипнул губами.
– Вы это не мне, вы это моей жене сейчас расскажите. Это её успокоить надо, а я спокоен!
На эмоциональный возглас в кабинет заглянул мужчина.
– Саша, в чём дело? – Терпеливо глянул он на Искандера, а тот злорадно ухмыльнулся.
– Работай со своими людьми, Руслан. И хорошо работай! Какого хрена, объясняя, что происходит, она на меня смотрит, а?! – В сторону Алии несдержанно рукой махнул. – Или это нормально, что врач не с пациентом общается, а с кошельком, который будет этот банкет оплачивать?!
– Елена Александровна. – Понизив тон, обратился к ней мужчина. – Саш, только эмоций меньше.
 
– А при чём здесь эмоции? Мы полчаса сидим в кабинете, хотя бы сказать хорошо всё или плохо можно было?! Успокоить, разъяснить?! Что там? – Нетерпеливо вскинул он брови.
Врач, поджав губы, посмотрела на начальника, потом только на Искандера и лишь затем на монитор аппарата.
– Руслан, пришли другого врача, пока я не поседел здесь! – Спрятал Искандер лицо в ладонях.
– Леночка, спасибо, дальше я сам. – Понимающе кивнул мужчина и, сполоснув руки, устроился за аппаратом.