Украденная песня (ЛП)

Я тоже хотела до него дотронуться, но он удержал мои руки над головой, без слов сказав мне просто наслаждаться.
Передвинувшись, Флинн прижался головкой члена к моему входу.
— Флинн, — выгнулась я, пытаясь протолкнуть его в себя, но он извернулся и начал спускаться по моему телу. Отпустив мои руки, Флинн вжался лицом мне в грудь и лизнул ее. Теплые губы заскользили по моей коже. Вобрав в рот сосок, Флинн сильно пососал, и я запустила пальцы ему в волосы, удерживая его на месте.
Он был там, где я и хотела, просто недостаточно глубоко. Еще не во мне.
Отпустив мою грудь, Флинн продолжил спускаться. Он заменил член пальцами, и я громко застонала.
— Флинн! — он был хорош в поддразнивании. И сводил меня с ума.
От его смеха мой живот овеяло теплыми выдохами, и он продолжил путь вниз. Скользкие пальцы вышли из меня и широко раскрыли для рта, припавшего к клитору. Флинн облизал меня между ног, с нажимом вырисовывая маленькие круги языком, заставляя рыдать и насаживаться на его лицо.
«Я сейчас…»
«Кончай», — его команда эхом отозвалась в моей голове, и я взорвалась. Жар и наслаждение разрастались во мне, словно распускавшийся цветок. Я трепетала и содрогалась, но Флинн не останавливался.
Он уже поднимался на меня. Все его тело поблескивало от пота, мышцы бугрились. Наконец-то Флинн вошел в меня.
Вот оно. Совершенство. Начав двигаться, он посмотрел на меня, и его глаза засверкали. Мои внутренние мышцы сократились, сжав его так, словно не желали отпускать.
— Черт, Джен, — Флинн вышел из меня и толкнулся обратно. — Впусти меня.
И я впустила. Давным-давно в сердце и теперь еще и в свое тело.
Мы соединялись как две волны, скользившие, смешивавшиеся, дрейфовавшие сначала томно, затем дико, пока не превратились в шторм и не налетели друг на друга.
Флинн содрогнулся на мне и, сильно толкнувшись, замер, изливаясь глубоко внутри. Меня захлестнуло тепло, и я изогнулась во власти своего собственного освобождения.
Задыхаясь, он провел меня через каждый спазм и дрожь. Я целовала его в шею и гладила по мускулистой спине, втягивая в легкие кислород.
— Люблю тебя, — сказал Флинн между выдохами, и я улыбнулась, крепко его обняв.
— Ты не представляешь, как сильно я тебя люблю.
***
У меня болело горло.
Очнувшись, я сглатывала и сглатывала, пока на меня не снизошло озарение.
«Нет», — мной завладевала песня.
Завтра начинался турнир, и причитание не могло быть совпадением.
«Только не Киллиан, — пришла мне в голову мысль перед тем, как я перестала владеть собой, превратившись в голос. — Пожалуйста, только не Киллиан»
Зачем нужен дар, если не можешь предотвратить предрекаемую смерть?
«Только не Киллиан. Не Киллиан. Только не…»
33. Ронан
— Нам нужно поговорить.
— Какой ты молодец, что постучался, — не удостоив взглядом младшего брата, ворвавшегося в мою комнату, словно на пожаре, я продолжил натачивать нож.
— Дело срочное. Сегодня ночью Имоджен причитала.
Вот теперь он привлек мое внимание. Я не спешил откладывать нож, и мои мысли заметались. Киллиан. Наверняка мы с Флинном подумали об одном и том же. Тем не менее, я отказывался верить. Сегодня начался турнир, где всегда погибали люди. Не было никаких причин считать, что Имоджен пела из-за Киллиана.
Однако…насколько я знал своего старшего брата, он бы решил, что она оплакала его. Чего мы не могли допустить.
— Мы не должны рассказывать Киллиану, — решительно заявил я.
— Ты уверен? — на челюсти Флинна задергалась мышцы. — Он разозлится на нас за обман.
— Лучше злой, чем мертвый.
— Но если Джен оплакала…
— Нет, — перебил я. — Мы не будем развивать эту тему. Киллиан точно провалится, если приступит к испытаниям, предполагая худшее.
Боги, я надеялся, что не ошибся. Последние дни он чувствовал себя лучше, но я не верил, что удача и дальше будет нам благоволить.
Все по моей вине. К настоящему времени я уже должен был найти виновника. Будучи прирожденным королевским защитником, я подвел брата. Так же, как подвел отца.
 
Нет.
Я не мог позволить себе сосредотачиваться на том, что не мог изменить. Отца не стало, но Киллиан был еще жив. Я бы сделал все от меня зависящее, лишь бы так оставалось и дальше. Ради королевства. Ради Флинна и Имоджен.
Ради себя. Я не был сентиментальным, но не мог отрицать, что для счастья мне был необходим брат.
— Нам нужно быть очень бдительными, — резко встал я. — Мы обязаны защитить Киллиана любой ценой, даже если нам самим придется вылететь из турнира.
— Согласен.
— Готов к сегодняшнему дню? — я не хотел беспокоиться еще и о Флинне, но ничего не мог с собой поделать. Было бы наивно полагать, что наши выдающиеся магические способности сделают нас невосприимчивыми к травмам и дисквалификации. Отнюдь.
— Я готов, — расправил плечи Флинн.
Разглядывая его, я гадал, когда он успел превратиться в того, кто сейчас стоял передо мной. Наш младший брат всегда был чересчур самоуверенным, что я списывал на наплевательское отношение ко всему. Однако теперь уверенность исходила из самого его существа. Не образ, нет. Флинн был готов на все, что бы ни потребовалось. Я его зауважал.
Хоть и не сказал ему об этом.
— Уж не связано ли это с твоим громким уходом накануне? — спросил я.
— Я не собираюсь болтать лишнего, — дрогнули у него уголки губ.
— С каких это пор?
— Ладно, хорошо, — Флинн позволил себе широкую усмешку, снова став тем, кого я знал и любил. — Я бы рад рассказать, но не хочу злорадствовать.
Потому что он и Киллиан оба были с Имоджен…а я нет.
Мной завладели сомнения. Было невозможно не заметить ее отношение к моим братьям. Стоило им появиться, как ее красивые зеленые глаза начинали лучиться любовью.
И все обожание пропадало при виде меня.
Имоджен позволила мне целовать ее и обнимать, но это ничего не значило. Мне все еще нужно было искупить вину за обхождение с ней в тюрьме и первые дни после ее возвращения в Туату. Даже сумей я добиться расположения, не факт, что Имоджен когда-нибудь захотела бы меня так же сильно, как Киллиана и Флинна.
Что задевало.
Но сегодня на повестке дня стояли другие проблемы. Мне нужно было сосредоточиться исключительно на том, чтобы Киллиан и Флинн прошли испытание целыми и невредимыми. Остальное могло подождать.
34. Имоджен
— Сегодня у меня другие идеи о твоем облике, — взял меня за руку Флинн.
— И какие же? Блондинка тебе надоела?
— Мне куда больше нравится одна рыженькая, — ухмыльнулся он, — но дело не в волосах. Я подумал, что ты не откажешься побыть невидимой.
— А ты так можешь? — округлила я глаза.
— К данному моменту ты должна уже знать, что я мало чего не могу, — Флинн скользнул взглядом по моему телу сначала вниз, потом вверх. У меня покраснели щеки, что было глупо. Прошлой ночью он был глубоко во мне, причем не раз, но я продолжала краснеть как школьница. Просто отлично. — Но отвечая на твой вопрос — да. Заклинание сложное, зато тебя не увидит никто, включая Ронана, Киллиана и меня.
— Ох, — сложно было представить себя невидимкой, но я не возражала. — Ты хочешь, чтобы я шпионила на турнире?
— Точно, — улыбнулся Флинн. — Во время суматохи и столпотворения мы что-то можем упустить. А если и нет, у тебя будет преимущество. Ты сможешь незаметно пробраться куда угодно.
— Действуй, — улыбнулась я в ответ.
— Есть еще одна причина, — выражение его лица стало не таким радостным.
— Какая? — у меня участилось сердцебиение. Мне не понравился тон Флинна. Что-то было не так.
 
— Мы с Ронаном думаем, что Киллиану не стоит знать о твоем вчерашнем плаче, — он провел большим пальцем сначала под одним глазом, затем под вторым. — Глаза тебя выдают. Заклинание невидимости не даст Киллиану тебя рассмотреть.