"Фантастика 2023-146". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

— Почему молчали раньше? — я вновь поднял глаза на девушку.
— А кому было говорить, если даже ваш отец не справился?.. Это меня убьет? — добавила она спокойно, только губы поджались.
Да, если это лопнет, это тебя убьет. А судя по виду, это лопнет в ближайшее время.
— Вы вовремя пришли, — сказал я, — с этим еще что-то можно сделать. Подождите здесь.
Оставив посетительницу в кресле, я взял шар и вышел к Рогозину, сидевшему в кабинете неподалеку. Нужно было проверить, все ли так плохо, как я думаю — все-таки Филипп уже много работал с проклятиями.
— Что скажешь? — я поставил шар перед ним.
Нахмурившись, он подхватил вещицу и осторожно покрутил в руках, рассматривая скопившуюся внутри Темноту. Та жадно перекатывалась по стенкам, стуча по ним с той стороны, будто требуя открыть. Медленно покачав головой, Рогозин вернул шар мне.
— Я не смогу, — виновато произнес он. — Не смогу с этим справиться…
Даже не удивительно: если сам отец не справился, то, видимо, никто и не сможет. А значит, надо не бороться с проклятием, а быстро искать того, кто его наслал, причем не теряя ни минуты. Вернувшись в кабинет, я подошел к застывшей в кресле Анастасии — на вид абсолютно невозмутимой. Волнение выдавали только пальцы, вцепившиеся в ручку кресла, и проступившая на щеках бледность.
— Поехали, — сказал я.
— Куда? — не поняла она.
— К вашему отцу.
На волнах Невы неспешно покачивались катера, лодки и паромы. Миновав мост, мы въехали на Васильевский остров, где находился фамильный особняк Вяземских. Сквозь открытое окно в салон ворвался прохладный речной воздух, и сидящая рядом княжна нервно поежилась. Тонкие аристократичные пальцы еще судорожнее сжали лежавшую на ее коленях сумочку, где она носила свой опасный груз. Понимая это и сама, девушка вздрагивала на каждой кочке, на каждом повороте, все сильнее стискивала сумочку и все крепче поджимала губы. Внешне спокойная, но явно вся издергавшаяся внутри. В таком состоянии какую угодно глупость сделаешь — даже за меня замуж захочешь.
По сути, проклятие в ее хрустальном шаре как письмо со взрывчаткой, которая совсем скоро рванет. Но есть одна лазейка.
— Любое проклятие — часовая бомба, — поучал меня отец в детстве. — Оно может работать как на колдуна, так и против него. Хочешь остановить — найди того, кто его наслал…
Проклятие всегда адресно, а значит, умереть от него могут двое: либо тот, на кого наслали, либо тот, кто наслал. Поэтому колдуны, которые о себе заботятся, не особо любят такое применять: если не убьешь жертву, то это может обернуться и против тебя. Так что нужно найти того, кто изначально отправил подарочек Вяземским, и с процентами вернуть.
Оставив реку позади, я поехал вглубь острова. Однако действовать надо крайне быстро: если шарик разобьется сам — княжне конец. Проблема в том, что даже если отец и проводил какое-то расследование, ни рабочих файлов, ни нормальных записей он не оставил — он предпочитал все решать на месте, не утруждая себя документированием. А значит, разбираться в любом случае придется с нуля. Оставалось надеяться, что князь знает о своих недругах куда больше, чем его дочь.
Наконец мы подъехали к особняку Вяземских с позолоченным княжеским гербом на массивных воротах, которые тут же приветливо распахнулись. Едва машина остановилась, как к нам подскочил ждавший у крыльца Алекс.
— Отец ждет, — сообщил он, переводя взгляд с сестры на меня. — А что случилось-то?
— Давай без глупых вопросов, — проворчала княжна.
— А давай ты будешь молчать, когда тебя не спрашивают, — огрызнулся он.
Просто самое время для семейных разборок. Оставалось только позавидовать беззаботности этих двух мажоров.
Поднявшись по широкой парадной лестнице, всей компанией мы вошли в кабинет хозяина на втором этаже. По периметру просторного помещения тянулись высокие ряды книжных полок, у окна стояли большой стол и несколько кресел, в одном из которых сидел семейный колдун, а в другом сам князь — респектабельного вида мужчина примерно дядиного возраста.
 
— Мой отец Лев Алексеевич, — представил его Алекс, а затем представил ему меня.
— Мессир Павловский, — улыбнулся тот, — добро пожаловать!
Поднявшись, он радушно протянул мне руку. Следом с кислым лицом это же повторил и их семейный колдун.
— Честно говоря, — князь вернулся в кресло, — думал, познакомимся с вами вечером. Что вас привело?
Забрав у притихшей Анастасии сумочку, я вытащил оттуда затянутый чернотой шар и поставил на стол.
— Знаете, что это?
Глаза семейного колдуна мгновенно округлились.
— Зачем вы принесли это сюда? — он аж подскочил. — Вы что, хотите убить Его Сиятельство?
— А это не мое, это ваше, — сказал я, глядя на нахмурившегося князя.
— Константин, — сообщил в трубку князь Вяземский, — все готово, все уже у вас.
Закончив разговор, я открыл полученное только что письмо.
— Что от меня нужно? — серьезно спросил князь днем, когда до него дошла вся суть ситуации, в которой оказалась их семья.
— Для начал список ваших врагов. И ваших друзей, — добавил я, вспомнив про Садомира.
И вот по моей просьбе князь подготовил оба списка, перечислив не только имена, адреса и контакты, но и все связи, совместные дела, ссоры, конфликты — вся сложная светская жизнь княжеского семейства была теперь буквально перед моими глазами. Просмотрев, я переслал документы Рогозину с наказом начать проверку. Проклятия всегда идут по цепочкам, и одно неизменно тянет за собой второе — тот, кто сделал подарочек Вяземским, явно не в первый раз решал проблемы подобным образом. Меня интересовало все: грешки прошлого, подозрительные происшествия, цепочка несчастных случаев или счастливых совпадений, когда внезапно умирает богатый родственник. А главное — колдуны, к которым каждый из этих уважаемых лиц мог обратиться. Предстоял целый вагон аналитической работы — благо, у меня было достаточно людей, чтобы справиться с ней быстро.
Поправив бабочку и накинув пиджак, я спустился в гостиную. Вечерний прием в доме князя было решено не отменять. Во-первых, никто не должен ничего заподозрить, а во-вторых, там можно разом познакомиться и с его друзьями, и с его врагами — в светской тусовке большой разницы между ними нет.
В гостиной было довольно тихо. Глеб и девушки еще собирались, причем обе заперлись в комнате Ники и просили меня не входить. Внизу же в кресле у потрескивающего камина сидела Дарья и неспешно перелистывала страницы, а на диване, вольготно раскинувшись, что-то искала в интернете Агата. Обе были приглашены на прием с нами и обе отказались, заявив, что проведут вечер и получше. И вот теперь одна сидела с книгой, а вторая со смартфоном. Компанию им составляли растекшийся ленивой кляксой по полу Харон и наш новый кот, сидевший рядом с ведьмочкой, внимательно смотревший на экран ее смартфона и горько страдавший, что не может зайти в интернет сам.
— Были бы у меня руки, а у меня лапки… — сетовал он. — Вы мне не сказали сразу, как это неудобно!
— Думаешь, крысой тебе было бы проще? — хмыкнул появившийся на лестнице Глеб и, ослабляя бабочку, спустился в гостиную.
— Вы должны были мне сказать, — не унимался наш артист, — что коты не сидят в интернете!
— Да ладно тебе, — Агата погладила его по шерстке, — я могу найти все, что тебе надо. Только скажи.
— А может, это слишком личное? — проворчал веном, почесывая лапкой за ухом. — Может, мне неудобно? Может, вы решите, что мои пристрастия слишком извращенны? Я бы предпочел пользоваться интернетом в одиночестве…
Где-то посреди этих мяуканий на лестнице раздался стук каблуков, и в гостиную спустилась — нет, скорее сошла прямиком с журнальной обложки — Ульяна в светлом вечернем платье, изящно подчеркивающим каждый роскошный изгиб. Темные локоны игриво спадали по плечам, розовые губы, чуть поблескивая, изгибались в улыбке, но главным был взгляд — в ее серых глазах светились уверенность и превосходство. Казалось, поверх моей такой уютной хозяюшки наложили какой-то фильтр, превратив ее в блистательную светскую диву.