"Фантастика 2023-146". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
— А сам-то в порядке?
— По-моему, у меня тут огромный синяк, — охотно отозвался друг, тыкая себе на грудь. — Сейчас бы снял футболку и показал, если б не дама.
— Смотрю, тебя надо бить, чтобы появились манеры, — фыркнула дама.
Да и тебя, как выяснилось, тоже.
— Вы не волнуйтесь, — вдруг посерьезнев, Дарья прошлась глаза между нами, — проблем не будет. Это были явная провокация и нападение. Так что вопрос можно закрыть, если обе стороны удовлетворены.
Я взглянул на то немногое, что осталось от второй стороны. Все самое ценное для себя Темнота забрала: и его душу, и даже тело — от них осталась лишь горстка праха, которую один из сотрудников Синода сейчас осторожно сметал в специальный мешочек. А вот то, что Темноте оказалось без надобности, лежало у моих ног: нелепый колпак, одежда с позолоченными пуговицами, украшенная камнями трость, перстни и даже гербовая печатка.
Да я и не волновался насчет проблем — как раз задумался насчет выгод.
— Ну вообще-то, — заметил я, — мы как бы не до конца удовлетворены. И нам нужна компенсация.
— А об этом будете говорить с его наследником, — сказала Дарья, — который, уверена, будет очень рад получить этот перстень обратно, — и, подняв печатку Змееуста, передала ее мне.
Не поспоришь. По сути потеря такого кольца колдуном — это уже просто дно. Публичная роспись в собственном бессилии. Поэтому обычно такие печатки снимают только с мертвых, и родственники готовы на все, чтобы заполучить их обратно. Надо лишь подумать, во сколько мне бы хотелось оценить все доставленные неудобства.
В другом конце гостиной вдруг мелькнула яркая вспышка. Паренек — на вид совсем юный, возможно, стажер — присел у самой крупной туши сколопендры и, наведя камеру смартфона, сделал с ней селфи, позируя будто рядом с любимой девушкой. Конечно, где еще такую красавицу найдешь.
— Вот же разболтались совсем! — буркнула наша мадам.
Отставив коробочку с лапшой, Дарья направилась в другой конец комнаты и начала сурово отчитывать паренька. Тот же виновато закивал, пряча смартфон в карман.
— Что, у нее и такие полномочия есть? — удивился Глеб. — “Валькирий” гонять?
— А Дарья Алексеевна разве вам не говорила? — остановился рядом один из сотрудников отряда.
— О чем именно? — я повернул голову.
— Она была у нас заместителем главы отряда, мессир.
Я посмотрел на Дарью прямо другими глазами. В принципе, я уже давно понял, что она не канцелярская зануда, но чтобы вот так, из “Валькирий”. Да это же вообще топ, элита прямо-таки по меркам Синода.
Вернувшись, наша важная мадам плюхнулась обратно и подхватила коробочку с лапшой.
— “Валькирии”, значит, — сказал я. — А чего ушла?
Она слегка поморщилась.
— Мне не хотелось бы это обсуждать.
— Уволили, что ли? — спросил Глеб.
— Не уволили, — нехотя отозвалась Дарья. — Отпуск. Вынужденный. Слегка превысила должностные полномочия, — добавила она, понимая, что мы иначе не отстанем.
А сюда, видимо, отправили посидеть и подумать о своем поведении. Рядом с нами? Не лучшее место.
Еще некоторое время мы медитировали на диване, пока Синод наводил в нашей гостиной чистоту. Дарья отошла к бывшим коллегам, и сейчас стояла у разбитого окна и о чем-то по-дружески с ними говорила. Рядом раздались робкие шаги, и к нам подошел паренек, который недавно делал селфи с дохлой тушкой.
— Мессир, — слегка помялся он, — а можно с вами сфотографироваться?
— Что, считаешь, я фотогеничнее сколопендры? — усмехнулся я.
— Да мне это… на память… Я недавно работаю и в первый раз такое вижу, — пробормотал он, обводя глазами испачканную гостиную, — чтобы прямо в доме… И чтобы кто-то с таким смог справиться сам… Разрешите?
А я вот предпочитаю на память фотографировать красивых обнаженных девушек, но что поделать, у всех свои фетиши.
— Давай сделаю, — Глеб забрал у него смартфон.
Парнишка смущенно шагнул ко мне, натянул улыбку и показал в камеру большой палец. Однако в тот момент, когда сверкнула вспышка, огромная тень резко вырвалась из-под дивана, и нахальная костлявая ручища влезла в кадр, показывая “рожки”. Определенно, у этого поганца СДВ.
За окном была уже совсем глубокая ночь, когда мы наконец поднялись с дивана — Глеб ухая и потирая грудь, а я стараясь не слишком покачиваться. Отряд зачистки выносил последние тушки и промакивал последние черные пятна. Оставив формальности на Дарью, мы направились к лестнице, которой, как выяснилось, тоже досталось. Перила были в паре мест покорежены, а несколько ступеней и вовсе проломлены. А ведь еще и окна чинить.
— А колдовством можешь? — спросил друг, шагающий рядом.
— Оно, как видишь, только ломает.
— Что, серьезно? Нет колдовства, которое может починить?
— Есть, — с иронией отозвался я. — Пара тысяч рублей на счету.
Вдруг под проломанной ступенькой, которую я уже собирался перешагнуть, среди мотков грязи и пыли что-то мелькнуло. Наклонившись, я вытащил нечто прямоугольное, завернутое в кусок старой полинявшей ткани. Внутри оказалась книга с грубым самодельным переплетом, затянутым толстыми нитками. Та самая книга.
— Это твое будущее, — говорил отец, потряхивая ею в руках, — твое все…
И ты, значит, запихал мое будущее под лестницу, чтобы, видимо, топтаться по нему всякий раз, когда сходишь со своего воображаемого Олимпа на бренную землю. Логично, в общем-то — меня ты запихал еще дальше. Хотелось пробежаться пальцами по старым грубо сшитым страницам, но вместо этого я завернул книгу покрепче, на всякий случай убирая с глаз отряда зачистки. Будь их воля, этот томик они бы, скорее всего, тоже зачистили.
Утром, когда покидал свою спальню, я чувствовал себя бодрым и полным сил — потому что намазался на ночь скверной, отлично выспался и ехал обирать наследничка одного зарвавшегося колдуна. На руке, помимо моей печатки, поблескивало кольцо с чужим гербом — для большей наглядности моих притязаний.
По соседству хлопнула дверь, и в коридор вышел Глеб, не менее бодрый и энергичный, таща аккуратно сложенный мешок под мышкой. К вопросам компенсации причиненных неудобств он всегда относился крайне щепетильно.
Когда мы спустились в гостиную, выглядевшую вполне пристойно — хоть и без стекол, — путь нам перегородила Дарья и подозрительно нас оглядела.
— А вы куда такие довольные? — спросила она.
— А что, хочется с нами? — полюбопытствовал я.
— Хочется быть уверенной, что вы хоть сегодня никому не доставите проблем, с которыми буду вынуждена разбираться я.
— Да какие проблемы? — отозвался Глеб. — Мы за компенсацией.
— Финансовой и, конечно же, моральной, — пояснил я.
Взгляд нашей мадам стал еще подозрительнее.
— Не волнуйся, — обнадежил я, — в этот раз мы все сделаем по-хорошему.
По крайней мере, постараемся.
** **
Конец 1-го тома.
М.Блум
Мессир Константин 2. Кукла и ее хозяин
Ep. 01. Самая красивая женщина столицы (I)
— А давайте все сделаем по-братски…
Услышав такое, мы с Глебом переглянулись. У пижона явно не было братьев. Ни один из наших, например, не стал бы с нами делиться по-братски. Это же верный шанс остаться без всего.
— Ну давай по-братски, — усмехнулся я.
Мужчина немного растерялся, удивленный, что мы так быстро перешли на «ты». А что ты хотел? Братья друг другу не выкают.
— Ну что, веди нас в дом, брат, — хмыкнув, Глеб хлопнул нашего нового брата по плечу.
Надо же, какое позитивное начало. А ведь когда солнечным утром мы подъехали к старинному особнячку на Литейном проспекте, где еще вчера жил один не в меру зарвавшийся колдун, мы даже и подумать не могли, что прием окажется настолько радушным. Однако на крыльце, аж потирая руки от нетерпения, уже топтался внучатый племянник Змееуста.
— Господа, — он с удовольствием обратился к нам, — так здорово, что вы приехали!