"Фантастика 2023-146". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

Раньше в этом квартале селились мастеровые, но после того, как там обосновался Мастер войны, цена на землю в этом районе взлетела до небес. Его дом стал достопримечательностью. Сюда на экскурсию водили гостей столицы. в соседних переулках открылось несколько букмекерских контор и шикарных ресторанов. Все остальные дома скупили продавцы сувениров и военной атрибутики. Тихий рабочий квартал за несколько лет превратился в место, где бурлила туристическая жизнь.
Хозяин особняка вышел на крыльцо и слегка поежился от свежего утреннего ветерка. Солнце уже позолотило крыши овергорских домов, но пока летний зной не опустился на улицы столицы удушливым покрывалом. На лепестках цветов, что распустились на клумбах блестели капельки росы. Он кивком поздоровался с кухаркой, что тащила полное ведро воды и окликнул конюха, который широким гребнем расчесывал гриву вороной лошади.
— Эй, Лагн!
— Да, хозяин?
— Заводи обратно Демона. Подготовь Хризантему. Отвезешь на бричке в Глейпин одну мою знакомую.
Демон нетерпеливо прянул ушами, словно был не согласен с решением хозяина. Он поднял верхнюю губу и облизнул длинные клыки малиновым языком. Когда-то, как писали в своих книгах историки, лошади питались лишь травкой, подобно вилорогим быкам или горным козам. Непонятно, как им при этом хватало сил, чтобы тянуть упряжь или скакать под седлом? Но потом, в период Всеобщей засухи, траву на лугах и полях до корней спалили солнечные лучи. Наступил голод и массовый падеж скота. Зато на падали отъелись грызуны. Их бесчисленные полчища покрыли выжженные солнцем поля. Никто не знает, когда и как первая лошадь сжевала своими стертыми от растительной пищи резцами первую полевку, но постепенно оставшиеся в живых кони сумели перейти на изобильную мясную диету. С течением времени они обзавелись острыми клыками и повадками хищных зверей. Их морды стали устрашающими, от укусов грызунов толстые кожистые веки надежно прикрывали глаза. Но лошади до сих пор оставались верными помощниками людей, хоть и питались теперь не стеблями травы, а из одной лоханки с собаками. Их по-прежнему выгоняли пастись в поля, но теперь уже для другой цели. Климат, хоть и пришел в норму, но грызунов все равно оставалось слишком много, и они наносили огромный вред посевам.
Хозяин особняка подошел и ласково потрепал Демона по шее. Конь фыркнул, обнюхал знакомую ладонь и потерся об нее холкой. Так легкомысленно можно было вести себя только со своей лошадью. Чужой конь запросто может отхватить пару пальцем на руке, более того — он не применит это сделать, чтобы наказать незнакомца за фамильярность.
— Не обижайся, дружище. Мы с тобой сегодня прокатимся. Обещаю.
Хозяин особняка легонько хлопнул коня по шее и зашагал к калитке. Позади раздалось довольное урчание зверя.
По тенистой аллее он добрался до служебного входа в Воинскую Академию Овергора. Было время, когда она носило название Солдатской школы. Но наступила эпоха расцвета. Поединщики Овергора стали непобедимыми. Его дружина сносила с Парапета Доблести боевые десятки других государств. Именно тогда школа стала Академией, подобно Академии Фоллса, только котировалась намного выше.
Два стражника при его появлении взяли «под караул». О мостовую стукнули древки алебард, лязгнули бронзовые пекторали.
— Сладкой погибели, мастер Риордан! — обратился к нему с приветствием поединщиков Слиток, сам отставной боец первой десятки.
— Привет, ребята, — улыбнулся охране Риордан. — Как служба?
— Все в порядке, Мастер. Тамур уже гоняет новобранцев. Народу на трибунах пока немного.
Фасадная часть Академии с трех сторон была окружена многоярусной галерей для зрителей. Обычно к вечеру она заполнялась на половину. Люди приходили сюда после рабочего дня с узелками, полными еды и напитков, чтобы за ужином поглазеть на повседневную жизнь поединщиков. Так повелось, что быт сначала Школы, а потом Академии являлся для простолюдинов столицы самым желанным зрелищем. В Овергоре не поощряли новшеств. Традиционно вокруг войны здесь вращалось очень многое. Ставки принимались решительно на все. Состояния спускались и наживались с головокружительной скоростью. Риордан доподлинно знал, что один местный олух умудрился проиграть лавку скобяных изделий на том, что Тамур заново побреется наголо.
 
Кованый забор отделял зрительские трибуны от пространства Академии — главного здания, тренировочных плацов и мощеной полированным порфиром площади, посреди которой высился флагшток с синим стягом Овергора, реявшим в вышине. Позади главного здания и хозяйственных построек над площадью нависала Огненная стела с факелом в виде огромного кубка. Его зажигали, когда Овергор вступал в очередную войну, и над всей столицей медленно плыло ярко-фиолетовое пламя. Риордан понятия не имел, что именно добавляли в огонь жрецы, чтобы добиться такого необычного цвета.
Несмотря на раннее утро и небольшое количество зевак, городская стража уже заняла свои места на трибунах.
Охрана бдительно следила за тем, чтобы зрители не докучали поединщикам.
— Эй, глядите, Бесноватый! — заорал один из зевак.
Риордан обернулся, когда услышал свое боевое прозвище. Он увидел мужчину с опухшим лицом, на котором отпечатался рельеф доски, где это лицо еще недавно лежало. Обычная история. Пришел, чтобы поглазеть на поединщиков в компании приятелей и не рассчитал свои силы, употребляя вино чарку за чаркой. Ближайший к гуляке стражник моментально среагировал на невежливый окрик.
— Закрой хлебало! — веско посоветовал он выпивохе.
Тот втянул голову в плечи и виновато поднял вверх обе ладони. Риордан неторопливым шагом приблизился к центральному плацу, на котором Тамур проводил разминку для зомердагского призыва. Двадцать лет назад рекрутов с самого прибытия в Школу начинали пичкать специальными настоями, после которых они за следующие полгода обрастали тугими комками мышц. Эту практику ввел бывший Мастер войны, Биккарт. Его прозвали Четыре улыбки за разрубленные на Парапете Доблести губы, он был молотобоец по военной специальности и верил в победительную мощь сильного тела. Риордан прекратил практику поить новобранцев стимуляторами. Теперь первый год обучения их мышцы вообще никак не закрепощались. Им тренировали исключительно связки, закаляли до крепости стальной проволоки. На этом были построены все упражнения. Параллельно со связками рекрутам укрепляли выносливость. И только в последнюю очередь тем, кому это было необходимо, наращивали мышечный каркас. Боевая дружина Овергора стала значительно легче по весу, но при этом считалась самой скоростной в мире.
Неподалеку от новобранцев в неторопливом темпе разминались несколько поединщиков первого состава, а новички бросали в их сторону восхищенные взгляды. Ветераны работали по индивидуальной программе. В период между кампаниями они только поддерживали форму, выходя на ее пик перед самым началом боев.
Риордан остановился в нескольких шагах за спиной Тамура, но тот словно почувствовал его присутствие и обернулся.
— Мастер войны! — просиял он. — С добрым утром!
— Доброе утро, Тамур, — улыбнулся в ответ Риордан. — Все в порядке?
— Да. Занятие проходит по плану.
Тамур уже сейчас считался самой яркой звездой дружины Овергора. За его плечами были две кампании и шесть победных поединков. И это при том, что парню совсем недавно исполнился двадцать один год. Его заслуженно считали будущим преемником Риордана. Тамур даже внешне походил на Мастера войны: такой же низкорослый и длиннорукий. Из-за короткой прически его голова казалась круглой, как шар. Веснушчатое лицо и выпуклые глаза вызывали в людях улыбку, которая невольно увядала, когда их взгляд опускался ниже и натыкался на жестко очерченные губы и волевой подбородок. Боевой псевдоним Тамура был Молния из-за способа ведения поединка. Он начинал бой расслабленно и даже немного вальяжно, усыпляя противника своей медлительностью, но затем, изучив бреши в его обороне, Тамур ускорялся в несколько раз и превращался в атакующий вихрь. Он разил без пощады и передышки. Его выпады следовали со скоростью молнии в безветренную ночь. Грозная репутация Тамура бежала впереди него. Теперь у его соперников на Парапете начинали подрагивать руки, едва лидер дружины Овергора делал первый шаг им навстречу. И, разумеется, оружием Тамура была классическая шпага. Так же, как у его кумира — Мастера войны королевства Овергор.