"Фантастика 2023-146". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

– Вот где находится Паялпан. Простите за маленький урок географии, но прежде чем мы приступим к реализации проекта, вам необходимо осознать все трудности нашего положения. Кроме этого, я буду вынужден посвятить вас в основные вопросы политики. А это – абсолютное доверие. Именно необходимость доверить чужакам наши секреты заставляет меня быть подозрительным.
Махор пренебрежительно помахал Таргону рукой, забыли, мол, все уже в прошлом. Я примостился справа от троицы гостей и видел каждый их жест, а также изменения цветов их сущностей. Сейчас все были светлы и чисты от любопытства. Властитель продолжал:
– Овиум – гигантская сфера, из основания которой растет Великое Древо. Диаметр локации – полторы тысячи километров, высота Иггдрасиля – более семисот. От центрального ствола отходят ветви с мини–планетами. Перечисляю их сверху вниз: Желток – цивилизация людей; Оплот – эльфийская культура; Сияние – ледяной шар магов; Подземелье и Болото – пустыня и озерный край, антагонисты и соперники; Инферно – действующий огнедышащий вулкан, приют небелковых рас; Подземелье – наш мир, аналог лунной поверхности; Сумерки и Мрак – гигантский Некрополис и его планета–спутник. Ниже идут корни Древа, где обитают нейтральные племена.
Гравитационные стержни внутри Иггдрасиля создают необходимое тяготение, плазмоиды – «светляки» отвечают за смену суточных циклов. Времена года в Овиуме регулируются системой внутреннего подогрева. Вогнутая поверхность сферы, как вы уже убедились, тоже заселена. Здесь перемешаны все культуры, но они находятся вне юрисдикции Иггдрасиля. Отношения со Стволом – свободное предпринимательство. Миры Древа обзавелись на сфере многочисленными торговыми представительствами или факториями. Пешего сообщения нет – слишком далеко, поэтому товары транспортируют по воздуху. Расстояние до Ствола порядка трехсот километров, но площадки отдыха в облаках позволяют торговым караванам отдыхать во время рейсов.
Теперь немного политики. Я думаю – вы осведомлены о тех проблемах, что были у нас более трех лет назад. Овиум оказался под угрозой захвата горсткой религиозных фанатиков, просочившейся в локацию через точки входа. Иерарх Джорней обратился за помощью к Нижегородской Торговой Олигархии. Два эмиссара, присланные оттуда, смогли положить конец засилью чужеземцев и вернуть народам Овиума контроль над собственным миром. Один из наших спасителей – ярл Браги возвратился на Родину, второй – Пий Контур стал регентом Желтка. С той поры оба входа в локацию находятся под охраной. Северный путь защищает свободный клан Ногайларов, с этими кочевниками вы уже успели познакомиться, западный проход посменно перекрывается отрядами цивилизаций Иггдрасиля. 
Пий Контур, получив власть над самой развитой и сильной мини–планетой Овиума, почти сразу повел политику воссоединения культур Ствола под своим началом. Мы, Лорды Подземелья, восприняли его попытки централизации власти, как детскую наивность, и просчитались. Регент Желтка взял в жены эльфийскую принцессу из Оплота и тем самым превратил извечных нейтралов в своих союзников. Малик Мордред, монарх Сияния – его старый товарищ по освободительной войне против духовных пастырей, тут же примкнул к движению Контура. Верховный цапель Болота Тазар промолчал, потому что обязан Пию своей короной. Холодный герцог Вокиал из Некрополиса сохранил традиционный нейтралитет, но негласно поддержал Желток в его имперских амбициях. Покрытой раскаленными пустынями Цитадели, этим варварам, оказалось вообще глубоко наплевать на процессы слияния культур. Для них главное – лишь бы периодически осуществлять взаимные набеги с Болотом. Подземелье осталось одно с желанием сохранить обособленность и независимость. Как только наш монарх Азмоэл обозначил свою позицию, планета Инферно – исконный враг Подземелья, встала под знамена Контура. Вот тогда у нас начались настоящие проблемы. Регент Желтка не стал объявлять открытую войну, поскольку является рабом своей репутации гуманиста и ученого. Этот питомец иезуитов придумал кое – что похлеще. Он устроил нам изоляцию, полную блокаду с изматывающей тактикой постоянных пограничных инцидентов, чем принудил нас окончательно закрыть свои рубежи. Мир Подземелья стал изгоем. Расплата последовала немедленно. Нас единодушно признали агрессивной державой. И это с практически оборонительной доктриной! У Скалистого серпантина, Ветви Древа и единственной дороги с нашей планеты на Центральный ствол высадился корпус королевских грифонов, усиленный штурмовой группой обсидиановых горгулий Сияния. Все фактории на поверхности сферы оказались отрезанными. Воздушные площадки взяли под охрану Карающие Ангелы Желтка и Болотные виверны. Эльфийские стрелки на пегасах перебили все наши караваны. Из всех торговых постов на данный момент уцелели лишь мы – Паялпан. 
 
– Погоди, друг, ты же обмолвился, что войны нет, – не понял Махор.
Лорд Таргон грозно качнул рогатой головой:
– Войны нет, потому что мы не реагируем на их провокации. И нам, минотаврам, такая позорная тактика совсем не по душе. Но на то есть серьезная причина.
– А вы пробовали договориться с Пием Контуром? – поинтересовался Горгот. – Я слышал об этом муже. Он вроде бы никогда не славился кровожадностью.
– Желток выдвигает неприемлемые условия, – угрюмо ответил владыка фактории. – Если их принять, то Подземелье из независимого государства превратится в автономию. Ни одной планете Иггдрасиля не навязывали ничего подобного. Для него свободолюбивые минотавры – словно бельмо в глазу. А мы не хотим ни с кем объединяться. Они вольны жить, как угодно, но Лорды нашего мира не потерпят, чтобы им диктовал условия какой–то бывший архивариус из Олигархии.
– Вот так ситуация, – крякнул Махор. – А Контур, зуб даю, решил, что вы точите топоры для большой драки. Дурь какая–то. Неужели нельзя нормально разрулить вопрос? Да, в конце–то концов, назначили бы решайлу какого–нибудь! Или воззвали бы к Иерарху своему! Ладно, в Баркиде «главный по тарелочкам» давно отчалил на Верхние пастбища, а тертые нижегородцы своего сами ухлопали. Но в Овиуме Иерарх жив и здоров. Чего не обратились к старому хрычу – пусть обмуслякает проблему.
Таргон в отрицающем жесте разрубил воздух огромной ладонью:
– Джорнея никто не видел с момента свержения власти духовников. Контур распускает слухи, что Иерарх покинул локацию и отправился путешествовать. К тому же наши недруги метят в иное разрешение конфликта. Монарх Подземелья находится на смертном одре, а единственный наследник застрял в Паялпане, – гости переглянулись и с удивлением воззрились на молодого господина. – Да–да, лорд Дилморон – отпрыск правящей династии, именно он должен прийти на смену Королю Азмоэлу. Если с ним что–то случится, Подземелье надолго погрязнет в разорительной борьбе за престол и престанет представлять угрозу экспансивным планам Контура. Дело в том, что мы, минотавры, очень независимы и крайне неохотно признаем чью–либо власть. Род Азмоэла правит нашим миром с момента его возникновения. Любые перемены будут сопряжены с недовольством тех или других кланов. Над мини–планетой повиснет угроза длительной междоусобной резни.
Мое присутствие, как обычно, быстро перестают замечать. А я сидел и ловил каждое слово. Хозяин фактории не слукавил. Нет. Скорее, кое о чем умолчал. Минотавры, высшая раса Подземелья – создания крайне воинственные. Гордые, свято почитающие свои корни, но свирепые и безжалостные к прочим народам. Скалистый серпантин, тракт, ведущий с Центрального Ствола в наш мирок, любые путники, у кого сохранились зачатки здравого смысла, предпочитают обходить стороной. Патрули Подземелья не церемонятся со странниками или бродягами. Малейшее подозрение – и добро пожаловать в рабство. Временное или бессрочное. Повод может быть любой. Например, вполне достаточно предположения о причастности незнакомца к разбойным нападениям на большой дороге. Тюрьмы у нас всегда переполнены. Каторжники добывают руду и драгоценности, занимаются ремеслами, обслуживают вельмож. Особенно ценятся женщины–иностранки. У короля Азмоэла гарем из сотни наложниц, собранных по всему Овиуму. Такая оголтелая внешняя политика, как я догадываюсь, мало радует наших соседей по Древу, а претендующего на общее главенство регента Желтка – в особенности. Но это не мешает Таргону говорить про оборонительную доктрину. Только у людей есть такое замечательное свойство – жонглировать словами, и, не дрогнув, врать прямо в лица собеседникам.