Ничтожный владыка демонов 2 (СИ)

Теперь темнота гостеприимно распахнула свои объятья, принимая меня. Но выплюнула грубо, заставив покатиться по камням. Ноздри сразу забились от запаха серы. Я распластался на земле, сжимаясь в комок, а затем резко распрямился до треска в позвонках. Как же приятно снова двигаться.
— Дан? — голос эхом загулял по сводам пещеры.
Демон мне ничего не ответил, но на звук спикировала какая-то мелкая тварь. Хвост дернулся раньше, чем я дернул рукой, насквозь пробивая наглеца. Ох, а у нас здесь старые знакомые. Крылатые зубастики обрушились с потолка целой лавиной, но я легко прорубился через монстров, одним ударом когтей превращая их в фарш. От клыков нерожденных младенцев на коже не оставалось даже вмятин.
Я шел через знакомые пещеры ада, тратя на прежде непобедимых врагов не больше минуты времени. Но последний враг убит, а выход оканчивался невероятно высоким ущельем, в вышине которого небо проглядывалось тонкой ниточкой. В прошлый раз Дан перенес меня сразу к вампиру, и я хер знает, куда теперь идти.
Вдоль ущелья двигаться придется по узеньким выступам из скал, часто срывавшимися в непроглядную пропасть, откуда иногда вырывался горячий смрадный ветер, сопровождаемый жутким гулом. Но ползти по отвесной скале, рискуя свалиться в ту самую пропасть?
— Дерьмо, — я махнул хвостом, высекая искры из породы.
Я все же решил лезть наверх. Когти неплохо помогали, позволяя цепляться за трещины, а хвост служил третьей рукой, выручая в самые сложные моменты. Чем выше поднимался, тем сильнее становился ветер. Если из пропасти вырвался горячий поток воздуха, то на высоте царили резкие холодные порывы, позднее сменившееся настоящий бураном.
Колючий и твердый снег будто наждачкой скреб кожу. Приходилось прижиматься всем тело к мерзлым скалам, подолгу ожидая затишья. Один раз я глянул вниз, но после головокружения от ошеломительной высоты зарекся. Ветер ревел. Иногда на краю зрения возникали темные силуэты, скользящие в плотном снежном мареве, и я замирал, стараясь еще крепче вжаться в камень.
Повезло наткнуться на небольшую выемку, где я отсиживался полчаса, пока не понял, что без движения могу замерзнуть. Ветер щедро кидал в укрытие снег. Я выполз, снова отправившись в путь по ущелью.
Начали коченеть кончики пальцев, а за спиной крутились гигантские снежные смерчи, грозящие сорвать меня в любую секунду. Я почти остановился. Приходилось подолгу выбирать место, где зацепиться когтями, ведь стоило ослабить хватку, как меня сразу сорвет. От дыхания губы покрывались ледяной коркой. Демоническое тело неплохо справлялось с переохлаждением, но по ощущением температура падала все больше и больше.
Я полз. Как ни странно, ветер начал стихать, но прикосновение к скалам обжигало холодом. Теперь мне приходилось, как можно дальше отодвигаться от камня. Я не чувствовал пальцев, приходилось полагаться на когти, выискивая трещины и зазоры. Стало больно дышать.
Сместившись чуть левее, я забрался на выступающую будто неровный зуб скалу, и запрыгал на узкой поверхности. Кончики пальцев стали твердыми. Хвост перестал гнуться еще полчаса назад, и я тер его между ладонями, пытаясь немного отогреть. Снег падал крупными, но редкими хлопьями, покрыв выступы и неровности белыми шапками, и только танцующие в пропасти вихри напоминали об буйстве стихии.
Поняв, что согреться снова не удастся, я полез дальше. Метров сто удалось пройти относительно легко, но дальше скалу покрывали натеки льда, от прикосновения откалывающиеся огромными кусками. Я повис на одной руке, пропуская ухнувший в пропасть прозрачный обломок. Приходилось взбираться по узким участкам, между ледяными соплями, но вскоре они закончились, уступая место уходящему под углом огромному пласту льда с торчащими сосульками.
Вот же дрянь! Я понимал, что не умру, даже если сорвусь в пропасть, ведь настоящее тело лежит на камне Прометея, но взбираться здесь!?
С сомнением воткнул коготь в лед. Вопреки ожиданиям никакой трещины не пошло, поэтому с размаху всадил сразу четыре. Вроде держится. Пару раз глубоко вздохнув, я принялся покорять ледяную ловушку, держась на полусогнутых руках и как можно глубже вбивая когти. После пары десятков метров бицепсы начали гореть огнем, но и наплыв неожиданно закончился — дальше шел покатый склон, прилегающий к скале.
 
Я продолжил использовать когти, чтобы не соскользнуть вниз. Когда почти подобрался к скале, ледяной нарост издал характерный звук и раскололся напополам. Благо, мне оставалась пару шагов, и оттолкнувшись, я буквально прилип к камню. Громада льда беззвучно отправилась в пропасть.
Отсюда было видно небо. Серая полоса текла между черных зубьев скал, издалека казавшихся размером с ноготок.
Стылый воздух постепенно сменился прохладой, начавшей быстро превращаться в огненный ад. Как покорять скалы, если от плевка на них начинает идти пар? Пахло жженой кожей и волосом. Моими.
Я бы совсем не удивился, увидел багровые ручейки лавы, текущие сверху. Да, они появились. А я не удивился. Ладно, он был один, но мне пришлось облазить выброс расплавленной породы, ведь камень поблизости раскалился докрасна. Лава не падала в пропасть, а стекала в заботливо подставленные каменные «ладони», где виднелся уходящий вглубь массива проход.
Но я полз, и вскоре прошел горячий участок. Теперь оставалось, чтобы началась буря с ливнем, и можно сказать, что я прошел испытания четырех стихий. По последние сотни метров погода оставалась нейтральной. Небольшой туман не в счет.
— Да, сука, да! — я перекинулся через край ущелья, падая на поросшие серым мхом камни.
Сколько есть глаз тянулась унылая равнина, с проплешинами редкой травы, черными кустами, или небольшими серными озерцами, вяло сочащихся желтоватым паром. Отдышавшись, я направился прямо к «купальне» и кончиком хвоста попробовал воду. Годится.
Опустив уставшее тело в горячую, хоть и невероятно вонючую воду, я издал совершенно неподходящий демону писк. Не хватает только банки запотевшей колы. Как же хорошо.
Я взбаламутил ногами воду, чтобы поднять с дна погорячее, и… булькнув, ко мне вынырнул раздувшийся человеческий труп. Оттолкнув мертвеца потоком воды в противоположный конец, я попытался расслабиться. Черт! Не могу сидеть в супе из вареной человечины.
Побродив, я приметил совсем небольшой прудик с булькающей водичкой. Почти, как джакузи, если туда кинуть парочку тухлых яиц. После его проверки аурой на наличие брони, я медленно опустился в по-настоящему горячую воду. Теперь мои промерзшие суставы запищали от восторга, а на лице выступил пот.
Скрывшись в пруде по шею, я откинул голову на каменный бортик, и принялся откисать, почти уснув от горячей воды. Только громадная черная тень и вышибающий обоняние смрад смог вырвать меня из объятий Морфея. Повернувшись, я оглядел трехметрового демона с козлиными рогами и костяными наростами на мускулистом красном теле.
— Мне не очень нравится, когда меня отрывают от отдыха, — я высвободил Измерение, разлетевшееся по трещинам в камне. — Лучше бы тебе извиниться, черт.
  
Глава 20
 
— Фыыырх, — раздул ноздри демон и отошел.
Я приготовился к бою, но рогатый просто подтянул какую-то деревянную телегу к берегу и с кряхтением приподнял ее, высыпая в воду обнаженных людей. Едва попав в серный источник, смертные, казавшиеся мертвыми, завизжали и попытались сбежать. Черт носился вокруг водоема, глуша несчастных колотушкой или отталкивая их копытом на глубину.
Прыжком выскочив на сушу — рогатый не обратил на меня внимания — подождал, пока обсохнет кожа. Хотел спросить куда идти, только я и сам не знал, куда хочу попасть.
— Фсхраап! — зарычал черт и помахал мне рукой на прощание.
— И тебе не хворать, братан, — я помахал в ответ.
Несколько часов, а может и больше, ведь время в аду ощущалось смутно, я бродил между серными озерами. Часто встречались демоны — одни тащили загруженные телеги, другие катили пустые, но все приветствовали меня кивком головы или рычанием.