Черный день. Книги 1-8 (СИ)

Когда они выбрались на поверхность, небо было затянуто тучами. Похолодало, но с них катил градом пот.
В рюкзаках у каждого было по несколько запакованных рационов неприкосновенного запаса — они были не в том положении, чтоб игнорировать даже такие трофеи.
Как и говорил генерал, на нижнем уровне, где три офицера 23-го августа сумели запустить многоступенчатый механизм ответного удара, не оказалось ни клочка бумаги, не говоря уже об электронных носителях. Если что-то и было, это уничтожили. В развалинах наверху, там, где ветер давно разворошил пепел, после детального осмотра нашлась пара сейфов, но и в них не оказалось ничего похожего на схему расположения соседнего объекта, который Демьянову уже казался вымышленным, несмотря на рассказ старого метростроевца. Мало ли, вдруг там действительно урановый рудник...
Похоже, в подземном комплексе ничего не знали о другом, находящемся на расстоянии меньше двадцати километров, но относящемуся к другому ведомству.
Оставалось планомерно обыскивать город, где они наметили для себя уже около тридцати зданий, могущих представлять интерес.
*** 
Так получилось, что Данилов был в составе звена, на счету которого оказалась первая находка. Прочесывать город начали с самого КПП. И там же на въезде в город поисковики, привычные к работе "расхитителей гробниц", у которых глаз наметан на поиск именно таких вещей, обнаружили первую ниточку.
Почему эта "Волга" привлекла внимание Данилова, он и сам не знал. Не черная официальная, а несерьезного кремового цвета. И все же что-то в ней было такое, что заставило его остановиться, выделить из длинной вереницы застывших автомобилей.
Данилов заглянул внутрь через покрытое паутиной трещин стекло.
Водитель. Ссохшаяся мумия. Пассажир на заднем сиденье. Этот когда-то был полным, поэтому запашок в салоне еще стоит. Рядом на полу раскрытые документы с красными корочками. Должно быть, приготовил, чтобы предъявить на въезде в город. На коленях портфель. А там — не то бумаги, не то ноутбук, не поймешь. — Идите сюда! — крикнул Александр.
Он потянул за ручку и открыл дверь — хорошо, что не заперто изнутри. Наклонился и подобрал удостоверение. На двуглавый орел с короной над щитом. А в самом щите, раскрашенном под триколор — держава, символ царской власти.
— ГУСП, — прочитал, опередив Сашу, Петрович. — Главное управление специальных программ президента.
— Это они новые "Калины" раздавали? — попытался Данилов вспомнить программы, с которыми ассоциировалось имя президента. — Или компьютеры с вай-фай ставили в сельские школы?
— Не думаю, что "Калины". И явно не компьютеры с вайфаями. Я слышал о них. Эта организация курировала строительство и обслуживание защитных сооружений для высшей государственной власти. Короче, прокалывай дырку под орден!
Естественно, ордена ему не дали, да и находка, насколько он узнал, не дала ключика к местонахождению "Волшебной горы". В портфеле были бумаги, и все они, как и их хозяин, сгнили до невозможности провести идентификацию. Уцелели только заламинированные «корочки». Но Данилов видел, как этот случай ободрил всех, показав, что они на верном пути, а это тоже что-то да значило.
Пассажир из «Волги», судя по документам, был важной шишкой, чья должность соответствовала званию генерала. А еще ГУСП никаким образом не связан с военными объектами ракетных войск. Этим объяснялось и полное отсутствие информации в штабе дивизии о том, что находится в горе.
Большего Саша так и не узнал, а через два дня они сменили район поисков и покинули Межгорье, перебазировавшись на территорию заповедника.
  
Часть 2. ТВЕРДЫНЯ
 
 
 
 Now I see fire, inside the mountain
 
I see fire, burning the trees
 
And I see fire, hollowing souls
 
I see fire, blood in the breeze
 
And I hope that you'll remember me
 
 
 I See Fire (c) 
 
Ed Sheeran
  
Глава 1. Логово
 
Следующая находка ждала их на склоне горы, уже на территории заповедника, в двух километра от поста егерей, который выглядел так, будто дежурство на нем велось уже после наступления холодов. Сами подозрительно хорошо вооруженные егеря в количестве четырех человек были убиты все как один выстрелами в голову.
А чуть позже один из разведчиков, разглядывая в бинокль гору, заметил металлический блеск на одном из склонов, на высоте приблизительно триста метров над уровнем, на котором располагался город.
Соблюдая все меры предосторожности, они поднялись на каменный карниз. И им повезло. Это оказалась обычная литровая фляга. Когда-то она имела тканевое покрытие, но то ли огонь, то ли вода, очистили ее. Казалось бы, пустяковая находка, мало ли откуда текущие с гор потоки в половодье могли ее принести. Во время ядерной зимы и на вершинах пониже Ямантау были снежные шапки. Но в десяти метрах им попался еще один металлический предмет — крышка открытого люка. Им повезло, что они пришли сюда осенью. Зимой она оказалась бы погребенной под снежной толщей, после оттепели — под наносами грязи, а летом ее скрыли бы травы.
Они уже было обрадовались, что нашли вход, но сооружение оказалось всего лишь долговременной огневой точкой. Эта штука, которая в стратегической игре называлась бы "Defense tower" была расположена архиграмотно. Отсюда с возвышения ее расчет мог контролировать дорогу, ведущую от заповедника к Межгорью. Если смотреть отсюда, то прицеливанию не помешало бы ни одно дерево и ни один бугор на местности, и на пару-тройку километров никто не смог бы к ней приблизиться.
Над землей торчала только бетонная крыша, раньше наверняка прикрытая слоем дерна. Рядом прямо в жухлой траве чернел зев люка, куда вела металлическая лестница. Внизу оказалось помещение, где с горем пополам могли сидеть несколько человек. Стены были иссечены осколками, а под ногами лежали изломанные разорванные тела — даже не сразу поймешь, два или три. Кости раздроблены, хотя звери сюда, похоже, еще не добрались. Не иначе, гранату кинули сверху. Но кто люк-то открыл? Теперь уже картину было не восстановить. Боекомплект пулеметов был наполовину израсходован, гранатомета — нетронут.
Разведчики с великой осторожностью спустились вниз, осмотрели и простучали каждый квадратный метр стен и пола, но тщетно. Небольшой бункер никак не тянул на убежище для первых лиц, а хранившийся в нем запас питьевой воды, консервов, галет и средств индивидуальной защиты — на государственный резерв.
— УОС "Горчак",  [63]— произнес Демьянов, а генерал кивнул.
На всякий случай пол просветили металлоискателем, держа в голове, что даже такие оборонительные сооружения могли сообщаться с основным бункером системой тоннелей, но и это ничего не дало.
Кругом должны были быть еще такие. И, слава богу, если все они так же мертвы.
Поиски осложняло и то, что подходы к такому важному объекту вполне могли быть заминированы. Причем если мины расставили уже после катастрофы, то ставить предупреждающие знаки никто бы не стал. 
*** 
Как ни береглись они, как ни проверяли каждый квадратный метр почвы миноискателем, а все же дошли до цели не все.
Прежде чем они вошли в потенциально опасную зону, один из спецназовцев проинструктировал их, чтоб шли след в след, как утята за матерью. И только там, где размечено саперами. Все только кивнули с серьезными лицами — мол, плавали, знаем.
Но, как оказалось, и на старуху бывает проруха. Замыкающий — немолодой уже мужик из Подгорного, не салага, служивший в Первую чеченскую, почему-то вздумал на одном участке срезать путь. Вряд ли засмотрелся на дьявольски красивый вид с горы Ямантау. Может, закружилась голова — они были уже довольно высоко — и после ядерной зимы здесь уже чувствовалась разреженность атмосферы.