Укрощение тирана (СИ)

  
ГЛАВА 1
 
— Я не понимаю, но пятый-то курс куда??? Евгений Константинович в растерянности взлохматил свои густые с проблесками седины светлые волосы.
Володька, как заправский кукловод, скачала «подписал» его на «всего лишь начитку лекций», потом расширил «начитку» до полноценного предмета, а сейчас, оказывается, он два курса ведёт! Причём, как выяснилось, вопрос уже решённый!
И ладно бы только четвёртый — им ещё учиться два года! Но пятый-то зачем? У этих, с позволения сказать, студентов, уже вовсю ветер гуляет в голове! До выпуска и свободы остался один полноценный семестр, а дальше — диплом и несколько необременительных предметов.
Он мог себе представить, исходя из личного опыта, какой там уже подобрался контингент! Развязная, не признающая авторитетов толпа, мнящая себя уже крупными специалистами!
Уверенные, что с пятого курса их уже, всяко, не попрут за неуспеваемость и прогулы, будут на его предмете всем скопом Ваньку валять!
А ему париться и пытаться в их головы вложить хоть что-то из своего предмета!
Эх, вот она — безоглядная многолетняя дружба! И ведь он прекрасно знал всё хитрованское Вовкино нутро! Но, всё равно, расслабился и повёлся!
Должность ректора, мягко говоря, элитного престижного ВУЗа, из ловкого в делах и даже плутоватого друга сделала прожжённого дельца, который виртуозно научился торговаться!
Вот же ж! Он же знал!!! Знал!!! Что Володьке дай палец, он по локоть руку откусит!!!
— Ну, знаешь! — Владимир Степанович наигранно-сокрушонно покачал головой, — Я не понимаю твоих претензий! В кои-то веки мне удалось заполучить в преподаватели такой превосходный материал, а ты требуешь, чтобы я его использовал по минимуму!
«Материал» насупился, обдумывая свой следующий аргумент, но поймав на себе торжествующий взгляд друга, лишь обречённо махнул рукой.
— Ладно, давай ещё и пятый курс! НО! При одном условии!
— Говори! — ректор, получив желаемое, уже не считал нужным скрывать радость.
— Во-первых, мне нас-… плевать, в общем!! Мне плевать, что вы всё ещё считаете их детьми и носитесь, как с писаной торбой!
— Кто с ними носится? Ты о чём?! У нас довольно жёсткие требования!
— Знаю я ваши требования! — недовольно пробурчал гость, — Они — взрослые люди! Поэтому как со взрослых я и буду требовать и спрашивать с них!
— Жень, окстись! Конечно, взрослые! Но они, по сути, ещё дети! Из одной школы перешли в другую, почти ничего не изменив! Просто адрес учреждения поменялся!
— Вот как всё у вас тут легко идёт! — уже по-настоящему разозлился Евгений, — Значит, для того, чтобы жизнь свою просто так непонятно за что отдать, то и девятнадцать лет — уже взрослый! А чтобы не прогуливать и уроки учить, они, значит, всего лишь дети!..
Владимир Степанович осёкся. Он вовсе не хотел повернуть в эту сторону разговор и разбередить у друга незаживающую рану.
Старший брат Женьки, которого тот, можно сказать, боготворил и всю жизнь старался быть на него похожим, двадцать семь лет назад, во время службы в армии, был заброшен в Афган. И там героически погиб. Семье прислали лишь похоронку.
Даже тело не смогли вернуть, поскольку возвращать нечего было. Это была страшная трагедия в семье. И Пашке тогда, действительно, было всего девятнадцать…
— Ладно, я согласен, — смутившись, он попытался окончить этот болезненный разговор, — Двадцать один — двадцать два — взрослые. Можешь требовать от них полной отдачи. Что-нибудь ещё?
Приятель задумался, пряча пелену, которая неожиданно заволокла глаза.
— И второе — в процесс оценивания знаний никто не вмешивается!
— То есть, ты там будешь их в хвост и в гриву чихвостить, а я — не мешай? — на всякий случай уточнил ректор.
— Вот именно! — уже совсем безапелляционно кивнул друг, — Я буду именно и только знания оценивать! Никаких чтобы «у него папа, знаешь, кто?» и никаких «Он же — отличник, натяни на пятёрку!» чтобы по моему предмету даже не заикался никто! Иначе ищи себе кого-то более гибкого!
— Ладно… И на этот пункт я подпишусь. Но ты тогда, в знак жеста доброй воли, возьмёшь к себе на любую вакансию троих выбранных тобой выпускников!
 
— Троих?! Да ты сбрендил! Накой мне сразу три желторотика? Только одного и на этом точка!..
Владимир Степанович лукаво усмехнулся в усы — он и не сомневался, что приятель возьмёт только одного! Главное было — уговорить хотя бы один такой вожделенный приз его студентам предоставить!..
***
— Аринка! Ну, что там у тебя?! Мы уже опаздываем! Не видишь? — девушка переминалась с ноги на ногу возле застрявшей у дверей подружки, которая всё ещё возилась с замком картонно-ненадёжной двери их комнаты в общаге.
— Да что-то совсем не идёт! Я уже и так, и эдак попробовала, — виновато обернулась к эффектной блондинке девушка внешностью поскромней — милая, но вполне обычная брюнетка, — Лизунь, ты давай, иди! Чтоб только я опоздала… Займёшь мне там какое-нибудь место, чтобы не садиться на первый ряд… А я, как здесь всё улажу, притащусь следом!
«Лизуня» встревоженно хмыкнула, но на уговоры поддалась. Сегодня первой парой шла лекция, которую вёл непонятно кто. Новенький какой-то препод. Тёмная лошадка.
За полных четыре года учёбы, девушки твёрдо усвоили одно: первое впечатление — очень важно! Конечно, на первой же лекции мало, кто из преподов посещаемость проверял! Да и в лицо запоминал далеко не всякого!
Это если вовремя прийти и тихо сидеть! А вот, если опа-а-аздывать… Здесь уж тебя точно запомнят! Причём, в совсем не комплиментарном ключе! Так что, таким образом лучше уж не высовываться!
И да, глупо было погибать вдвоём! Правда, Елизавета немного ещё покочевряжилась. Но подружка твёрдо и непримиримо стояла на своём: беги на лекцию, глупо обеим подставляться!..
***
— Извините, пожалуйста, можно? — прервав лектора на полуслове в дверь заглянула девица и, не ожидая разрешения, нахально протиснулась в дверь, — Я опоздала не просто так! Честное слово, у меня есть оправдание!
Вот именно об этом он Вовке и говорил!!! Безответственность, легкомыслие и полная уверенность, что достаточно лишь лицемерно оскалиться и обронить «прости» — и вот сразу всё волшебным образом сделается, как хочешь!
— Выйди и закрой дверь! — рявкнул преподаватель.
Девушка, однако, и не подумала тут же исполнить приказ!
— У меня документ с собой, подтверждающий, что я не просто так опоздала!
Евгений Константинович, наконец, решил обратить на «опозданку» своё пристальное внимание. Он развернулся к нахалке и ТАК на неё посмотрел, что у нормального человека уже бы позорно промокли штаны или, как минимум, полились бы слёзы.
«Безответственность, наглость и полная уверенность в своей безнаказанности! — со злостью констатировал преподаватель, глядя в эти бесстыжие наивно распахнутые глаза, — Не на того напала, милая! Я тебе не ваш среднестатистический препод!».
— Вон! — он не просто не повысил тон, а вообще почти слышно прошипел, отчего у многих, включая и негодяйку у двери, холодок волной пробежал по спине и даже заметно подкосились ноги.
Однако девица, видимо из-за переизбытка тупости, так и осталась стоять! Лишь немного насупила брови.
— Извините, пожалуйста, Понятия-не-имею-как-Вас-зовут! Но я не уйду, потому что не виновата!
Похоже, что букет наглости, тупости и излишней самоуверенности даёт вот такой эффект — человек вдруг начинает чувствовать себя бессмертным!
Вот как ему с такой безобразной и абсолютно неуправляемой девицей быть? Ладно! Раз позволили относиться, как ко взрослым, он сделает так, как с нормальным взрослым бы и поступил!
Евгений Константинович не торопясь сошёл с кафедры и, не меняя холодно-презрительного выражения лица, подошёл к девице.
Она точно не ожидала того, что произойдёт, потому что даже пикнуть не успела!
Загорелая сильная рука вдруг схватила её за шиворот и выкинула, как мусор, в открытую другой рукой дверь! Только что ещё ладонью о ладонь не похлопал!!!