Успехи Луны (СИ)

Вот пока и строим как умеем, и надеемся, что не развалятся в воде. Тюлени, меж тем, ведут разведку.
А я скучаю.
Сейчас ко мне заявятся послы от горных эльфов и гномов. И будет банальная говорильня. Нет, я не против поболтать, но тут будет не милая беседа, а ругань с оскорблениями, которую мне лично придется как-то разруливать, успокаивая всех. А я, кстати, темная эльфийка. Заставившая себя искренне уважать, но при этом не бояться. То есть, отношение ко мне уважительное лишь до определенных пределов. Приказывать своим соседям я не могу, да и не имею права. В такие моменты даже я начинаю понимать на чем базируется сила верований Ллос. И в чем черпают удовольствие жрицы Паучихи. А мне, Лунной, придется заниматься рутиной, и мирить откровенных врагов. Сложно. Но вызвалась-то сама.
Вот намечающаяся в перспективе дуэль Каэлитары и Майротуо намного интереснее. Я не лгала Нэбутею, когда говорила, что требуется обсудить дуэль. Одним из требований Каэлитары — ну, ладно, ладно, моим, лучница его только озвучила — была дуэль без свидетелей. Только секунданты. Майротуо-то согласился, но подобрать секунданта для него оказалось непросто. Приказывать я не хотела, и предложила Мастеру самому выбрать кого-то из его учеников, сделав скидку на его обучении, которое уже начинало бить мне по карману. Мастер согласился, и теперь с Каэлитарой и Баэльквейтом должен был отправиться на дуэль еще и Сайрелас. Для моих планов это ничего не меняло. Сама же дуэль должна была состояться после моих переговоров с гномами, горными эльфами и гремлинами. И к ней — к дуэли — мне надо было подойти с ледяным спокойствием, которое было непросто сохранить в столь взрывоопасной компании.
— Леди, послы прибыли, — подбежал ко мне халфлинг-посыльный.
Начинается…
А если судить по доносящемуся металлическому лязгу, ругани на кхуздуле и шипении на иллитиири — начинается по всем фронтам сразу.
Пойду разнимать…
***
— Приглашать сюда Грима Кладфинда было опрометчиво, — пробасил Бран Хранитель Клятв, посол от дварвов. С ним прибыл Грим Кладфинд, бывший раб в доме Торафин. Горных эльфов представляли Карнэсард и его дочь Ванэрингэ, причем последняя была явно для массовки и посещения ночного поклонения. Плюс каждую делегацию охраняли пара безымянных воинов из их народов.
— Я бы согласилась, но дело будет касаться Дома Торафин, и он может кое-что знать, — пояснила я свой выбор. — Поэтому Трисстри тоже присутствует здесь. И смертельной дуэли между ними я не допущу ни сейчас, ни в дальнейшем.
Если бы не утреннее пожелание Минайриль мне и Трисстри: Гном из дома Торафин. Чужой меч. Кровь. Не убивать. Не калечить. Не унижать. — ноги бы его тут не было. А так придется потерпеть. А то, что дело опять связано с уничтоженным домом, Райлдриирн донес мне еще вечером, когда селки-разведчики раскрыли ему название поселения Кобольдов. Быстрый опрос Трисстри и Минайриль закончился очередным заявлением последней, и теперь мне предстояло разыграть добытые факты в свою пользу. А заодно и в пользу окружающих, включая и кобольдов тоже.
— А простой, до первой крови? — вмешалась нехарактерным для нее ехидным голоском бывшая паучиха, тоже прекрасно понявшая фразу Минайриль. Грим сидел напротив нее такой надутый и красный, что гляди, сейчас прямо и лопнет.
— По обоюдному согласию, — добавил Бран. Мне осталось лишь кивнуть, так как за такой вариант молча высказались все переговорщики и оба участника дуэли. Нет, Грим хотел бы до смерти, но кто же ему позволит?
С одной стороны, именно побег Трисстри и Минайриль помог смыться Гриму и еще нескольким рабам из дома Торафин. С другой же, Трисстри не раз и не два оттачивала свое мастерство боя именно на Гриме, после чего тот едва выжил. Так что желание сойтись с дроу в честном бою было у гнома вполне справедливым, но проводить дуэль до смерти было нельзя ни в коем случае.
— Только не говорите, что Сердце Камня неведомыми путями ушло за Завесу? — уточнил Карнэсард. Для него такой вариант был крайне нежелателен.
 
— Слава всем богиням и богам, но пока у нас нет таких данных, — я даже вздрогнула, так как такой вариант не нравился и мне. — Тут имеется кое-что другое. Три недели назад гремлинов обокрали кобольды, чье гнездо мы недавно нашли.
— Ну и прибейте их, зачем это с нами обсуждать, — буркнул зло Грим, чем заслужил сердитый взгляд Брана. Статус консультанта, был ниже статуса посла, так что вот так влезать в переговоры с точки зрения любого гнома было верхом грубости. Даже при том, что мнение Грима Бран подтвердил своим кивком.
— Сносить нафиг, — кратко поддержал гномов Ржавокрюк. — Тут все с этим согласятся.
— Кобольды и у нас кое-что по мелочи воровали, и поймать их не удавалось. Так что здесь их никто не любит, — констатировал Карнэсард. — И если вы хотите принять в свой замок еще одну компанию мерзости, то среди нас поддержки не ищите. Вас даже гремлины не поймут.
Трисстри с удовольствием поддержала бы эту идею, но она знала немного больше. Да и не имела она за этим столом права голоса. Так что паучиха лишь огорченно хмыкнула.
— Две недели назад я бы с вами согласилась, но сейчас есть другие сведения. Название племени — Тарук. Трисстри, расскажи то, что знаешь.
— Это имя у драконидов означает Тень, — буркнула паучиха. — У кобольдов в языке нет даже близко звучащего слова.
Все задумались.
— Да, это многое меняет, — согласился, наконец, Бран под одобрительные кивки Ржавокрюка и Карнэсарда. — С драконидами уже можно иметь дело. Честь для них не пустой звук, как для этих проклятых мелких ящериц. И контролировать их дракониды смогут без проблем.
— Уже, уважаемый Бран Хранитель Клятв, уже контролируют. Судя по статистике действий, примерно две недели назад, за пару дней до моего появления на этих землях, кобольды внезапно прекратили свои грабежи по всей территории, за исключением лесопилки, — продолжила я. — Мы следили за ними, но единственное серьезное нападение, которому стали свидетелями, была атака поселения троглодитов, которая помогла нам его захватить. На все наши попытки выйти на контакт кобольды молчали. Но и когда халфлинги сунулись в их коридоры, они не стали убивать пришельцев, а просто блокировали проходы. Для кобольдов такое не свойственно, а вот для драконидов убить ловушкой того, кто им не враждебен и не несет угрозы, противоречит кодексу чести. Как и отвечать на послания, не адресованные им. Так что кобольды лишь слуги в своей старой деревне. Пусть и уважаемые, судя по операции у троглодитов. Ведь дракониды там даже не появлялись, все сделали сами кобольды, и сделали на отлично.
— А откуда они тут взялись? — уточнил Ржавокрюк. — И почему не показываются?
— У нас в Доме были рабы-дракониды, — бросила Трисстри. — Их использовали, как воинов-телохранителей у матроны и ее дочерей. Не у Минайриль, она, по словам Матроны, не заслужила. И вот что еще. Все телохранители у нас были клановыми бойцами, о чем постоянно напоминали всем вокруг. Но Тарук это не название клана, они у драконидов именуются сложнее. Больше всего это похоже на имя конкретного драконида. Бескланового. Такие у нас тоже были, дрались на арене, так как ни один клановый не желал иметь с ними дел. Правда, именами мяса на арене у нас никто не интересовался.
На последнее оскорбление отреагировал только Грим, запыхтев, как чайник. Остальные обдумывали сказанное.
— Клан жив пока жив хоть один его представитель. — глубокомысленно выдал Бран. — Драконид может остаться без клана только в одном случае — изгнание. Поэтому он и осел у кобольдов, которые на более развитых драконов молиться готовы. Потому и готов нянчиться с кобольдами — он хочет создать новый клан, свой собственный. У нас, гномов, такое возможно, хотя и очень сложно. Изгои могут оказаться на важном месте, организоваться, и доказать танам соседних кланов, что они заслуживают такого отношения к себе. Не знаю, как там у них происходит, и примут ли его другие дракониды, но попытка налицо.