Пасынки Луны. Часть 1 (СИ)

– Вам нельзя в портал, – покачала головой «длинноножка». – Проверено: для одаренного это сейчас все равно, что магию применить – даже если не сам провешивал тоннель. Вильгельма фон Функа помнишь? – обернулась она ко мне. Я кивнул. – Сдуру напросился со мной в портал. И все – голимая дистрофия. 
– Поэтому Воронцова с Цой и едут своим ходом? – сообразила Каратова.
– Угу, – подтвердила Машка. – Диана нас про порталы сразу предупредила. Но кое-кто не поверил – а зря!.. Я другого не понимаю, – заметила Муравьева затем. – На духа вам пропуск – давайте я вас через кордон так проведу! Силой и маной. Руки чешутся возомнившей о себе черни навалять – такого с ночи насмотрелась…
– Мы тоже тут кое-что видели, – буркнул я. – Но лучше все же уйти тихо. У черни могут быть рации – знаю по Африке. Предупредят своих дальше по трассе – замучаемся отбрыкиваться!
– Ну, как знаете, – пожала плечами «длинноножка». – Есть у кого-нибудь лист бумаги или хотя бы кусок ткани – чтобы с нуля не творить?
– Вот! – сунув руку под сиденье, Мотя протянул ей замызганную тряпку. – Простите, сударыня, чистотой не блещет – я ею стекла протираю…
– Сойдет! – хмыкнула Машка.
Через минуту в руках у нее был идеально-белый лист с лаконичным текстом, подписью и печатью.
– В образце «не чинить препятствий» было написано с ошибкой – я так и оставила, – сообщила Муравьева протягивая мне свежеизготовленный пропуск. – Правильно?
– Неверное, – пробормотал я, складывая документ в несколько раз и пряча в карман.
– Может, прокатиться с вами до кордона – на всякий случай? – предложила «длинноножка».
– В жандармском мундире? – усмехнулся я.
– Под маскировкой, конечно!
А, ну да, можно же так. Быстро же я перестал принимать в расчет магию!
– Ну, зачем тебе зря ману тратить… – протянул я.
– Потом вытяну из тебя сотню-другую мерлинов… Тебе они нынче без надобности, а я, глядишь, еще и удовольствие получу! – понизив голос – чтобы не услышала Светка, – подмигнула мне Муравьева. – Шучу! – тут же, впрочем, добавила она. – Я почти полная, только на портал разорилась!
– Там у нас сзади тесно, – как-то суховато заметила тут ей Каратова – неужели Машкина пикантная сентенция все-таки достигла ее ушей? – Тебя-то под маскировкой не увидят, но на то, как мы с Настей стиснуты, внимание наверняка обратят! А закроешь и нас – еще спросят, куда делись пассажиры, полезут проверять…
– В самом деле? – нахмурилась «длинноножка». – Ну да, наверное… Ладно, тогда не поеду…
* * *
– Уже обернулись? – подозрительно уставился на нас все тот же страж на заставе. – Так споро?
– Встретили на полпути курьера из Комитета – как раз вез нам пропуск! – заявил я, протягивая в окошко бумагу – через лежащие на руле руки Рыжего. – Вот, держите!
Сам брать документ мой собеседник почему-то не стал – подозвал кивком напарника – того, что был вооружен металлическим прутом. Второй страж уткнулся носом в пропуск и принялся читать текст по слогам, старательно шевеля притом губами:
– «На-сто-ящим… предъ-я-ви-те-лю… се-го… раз-ре-ша-ется…»
Процесс этот обещал затянуться, и, пока суд да дело, я с равнодушным видом откинулся на спинку сиденья.
Между тем, первый страж продолжал буравить нас недовольным взглядом. Что ему, к духам, снова не так?
– Как-то все же уж слишком вы быстро… – снова проворчал в какой-то момент черноповязочник.
– Говорю же: встретили курьера! – терпеливо повторил я. – Удачно вышло: едва с ним не разминулись…
В этот момент страж вдруг ткнул стволом винтовки в окно – прямиком в Настю – и ка-ак гаркнул:
– Бабах!
«Никаких щитов!» – возопил Ди-Сы.
– Я и не… – пролепетала княжна. 
Магию она, кажется, и впрямь не применила («Да, сударь, в последний момент княжна сдержалась», – подтвердил «паук») – но пальцы девочка машинально скрестила, это даже я краем глаза заметил.
Да что там удивляться – я и сам чуть не купился!
– Ага! – встрепенулся страж. – Так я и думал! Переодетые дворняжки! А ну – вон из экипажа! – прорычал он.
– Послушайте, товарищ… – начал было я, похолодев. 
 
– Ковидла астральная тебе товарищ! – рявкнул страж, нацеливая на меня свою духову винтовку. – Живо из машины, жалкие переметчики! Ну! Или прямо так всех сейчас порешу! – его лежавший на спуске палец и впрямь, похоже, начал рефлекторно сгибаться… 
Что ж, значит, так тому и быть: суждено мне разделить Машкину участь…
Ну, хоть повеселимся напоследок!
«Сударь, нет! Нет!»
Позже я немало удивлялся, что окрик духа смог меня остановить, но случилось именно так: с атакой я промедлил. А в следующий миг, так и не успев спустить курок, страж вдруг застыл недвижимым изваянием – с распахнутым на полуслове ртом, словно голем, у которого вытащили свиток с программой. Помнится, я уже видел такую технику – в Сибири ее применяла против нигилистов Муравьева. 
И сейчас это снова была ее работа: нервно дернув головой, на крыше соседнего с заставой дома я заметил стройную фигурку в синем мундире, бьющую с обеих рук по кордону черни! 
Я выдохнул. Ай да Машка! Все-таки решила нас подстраховать!
Второй страж, так и не успевший дочитать полученную от нас бумагу, также обратился в камень. Двоих у шлагбаума «длинноножка», не заморачиваясь, приложила кукишами – не повезло бедолагам: их товарищей хоть теоретически еще можно было расколдовать, найдись на то доброхот-одаренный, а удар чистой магией отправил пару простолюдинов прямиком в Пустоту. 
– Вперед! – крикнул я Рыжему. – Жми!
Надо отдать Моте должное – дважды повторять мне не пришлось: извозчик резво рванул экипаж с места, и, в щепки разнеся бампером утлый шлагбаум, мы вылетели за кордон и помчали прочь из негостеприимного Петрополиса. 
  
Глава 21
 
в которой нам выставляют счет 
Погони за нами не было – и, как с уверенностью заверяла через Оши Машка, опасаться преследования не стоило: на заставе Муравьева зачистила всех. Как оказалось, помимо тех четверых стражей, что мы наблюдали воочию, за мешками прятались еще четверо бугаев – не то сменщики, не то резерв. В любом случае, от карающих дланей «длинноножки» не ушел никто. Еще пятерых – возможно, случайных свидетелей – девушка по доброте душевной лишь оглушила, но утверждала, что ранее вечера в себя те нипочем не придут, да и потом нескоро еще смогут связно выражать свои черные мысли.
Подмогу застава тоже вызвать не успела – а может, и не имелось на кордоне никакой рации.
Что до нас четверых, то все мы были целы и невредимы. Машина тоже не пострадала – если не считать треснувшей после тарана шлагбаума фары. Правда, лихую гонку не вполне благополучно пережил закрепленный у нас над крышей транспарант – тот самый, «Долой Магию!». Одна из двух его опор переломилась и, урвав себе добрый кусок полотнища, осталась где-то на дороге – и теперь над экипажем реял флаг с политически, пожалуй, нейтральным лозунгом «Долой М…» – подобие многоточия получилось из обрывков букв «аз» и «глаголи». Впрочем, довольно и того, что оный флаг по большей части был черным.
– Ну что, теперь – прямиком в Москву? – спросил я, когда мы худо-бедно разобрались со всеми этими обстоятельствами.
– Не совсем прямиком, сударь, – покачал головой Рыжий. – Насчет заправки я ж не брехал – топлива в баке нам и до Чудова не хватит. А значит, едем сперва в Царское. Ну да это, почитай, и не крюк получится! Так, несколько лишних верст.
– Ну, добро, – кивнул я.
Царское Село, почему-то представлявшееся мне шикарным дворцовым комплексом, встретило нас кривыми улочками с неприглядными хибарками за покосившимися заборами. От них густо тянуло дегтем – и гарью. Временами ветер приносил не только запах, но и сами сизые дымные клубы.
«Летняя императорская резиденция осталась в стороне, сударь, – пояснил в ответ на мое недоумение Ди-Сы. – Собственно, ощущаете чад? Сие она и полыхает – охранные артефакты сдетонировали. Ну да нам туда нынче всяко без надобности».