Играя свою собственную роль (ЛП)

Я посмотрела на бумаги. Три расплывчатых, но узнаваемых фотографии – до, во время и после того момента, когда Джеймс поцеловал меня. Парень находился спиной к фотографу, и узнать его по белокурому затылку было бы непросто, но мое лицо было четко видно на всех снимках. На первом фото я улыбалась ему, второе – сам поцелуй, третье – наши лица все еще близки друг к другу, мои руки на его плечах, поскольку я его отталкиваю, но выглядит это так, будто я притягиваю его к себе. Все фотографии были аккуратно вырезаны и заламинированы, как и подпись 'Действительно ли она была в походе?' И заголовок 'Кэйденс Харрис нашла больше чем просто живую природу в своем печально известном походе'.
– О, Боже, – застонала я.
Лиз восхищенно улыбнулась.
– Паула настояла, чтобы мы заламинировали фотографии. Мне кажется, это выглядит довольно мило. Кстати, она тоже посылает тебе свои поздравления.
Я нахмурилась и с отвращением бросила фотографии на сиденье.
– Очень мило, – мои слова истекали сарказмом. Я показала на снимки. – Они были сделаны в твоем доме, знаешь ли. Возможно, тебе стоит поговорить с соседями о том, кого они пускают на пляж.
Ее улыбка мгновенно исчезла. Лиз схватила фотографии, чтобы внимательно их изучить.
– Вот, черт. Мне нужно будет поговорить с Мелани об этом. Я плачу около четырех миллионов долларов за дом не для того, чтобы любой мог делать фотографии, когда захочет.
Четыре миллиона. Ого. Это уничтожило любые мысли о том, чтобы купить бунгало на этом пляже.
– Так, если это – мой дом… – Лиз снова посмотрела на фотографии и нахмурилась, а потом просияла. – О, Кэйд… – Она недоверчиво посмотрела на меня. – ДЖЕЙМС? Ты встречаешься с ДЖЕЙМСОМ? – Она рассмеялась и покачала головой. – Ни за что бы не подумала.
– Я НЕ встречаюсь с Джеймсом. – Я выхватила фотографии у нее из рук. – Мы стояли на террасе, смотрели на закат и, внезапно, он поцеловал меня. Проклятый гормональный взрыв.
Она засмеялась сильнее, и я впилась в нее взглядом.
– Лиз, это не смешно.
– О, отнюдь. Это забавно. Мальчик и трех слов не мог связать, но у него хватило смелости поцеловать тебя. Это… бесценно. О, хотела бы я увидеть в тот момент твое лицо. – И она снова мелодично рассмеялась.
Я нахмурилась и скрестила руки на груди, потягивая скотч, пока Лиз не успокоилась.
– Ох… Боже, это было хорошо. – Она волшебным образом достала откуда-то платок и начала промокать глаза.
– Рада, что ты оценила, Лиз, – раздраженно ответила я.
Она хихикнула и похлопала меня по ноге.
– Ты такая милая, когда дуешься.
Я мрачно потягивала скотч, пока Лиз восстанавливала ущерб, нанесенный смехом ее макияжу. Через несколько минут она снова начала хихикать.
– Лиз… – Предостерегающе произнесла я.
– Прости, Кэйд, просто это так… не похоже на тебя. Попасться во время поцелуя с каким-то юнцом. Хотя, ты знаешь, есть кое-что в том, чтобы встречаться с теми, кто моложе. Я – своего рода эксперт в этом, и знаю, что говорю.
Я слегка улыбнулась.
– Конни сказала то же самое. Не о тебе, а о молодых людях. Скажем, она не была бы против, если бы я однажды привела одного из них в дом – это хорошо для печати.
– Ну, Конни права. – Лиз допила свое вино одним глотком и задумчиво улыбнулась. – Но есть и несколько других положительных моментов, о которых я могла бы рассказать…
Я подняла руку.
– Избавь меня от деталей, о великий эксперт. Я оставлю молодых парней тебе.
– Хорошо, милая. – Она снова похлопала меня по ноге. – Мы найдем тебе кого-нибудь постарше. Кстати, – небрежно начала она, – Энтони спрашивал о тебе на днях.
Я посмотрела на нее.
– Энтони – идиот, Лиз. И он не может говорить ни о чем, кроме вечеринок и спортивных автомобилей.
– Но ты спала с ним, так ведь?
– Иисус… – Я задавалась вопросом, сколько людей уже в курсе. Учитывая болтливость Энтони – немало. – Болтливый идиот. Эту ошибку я не повторю.
Лиз медленно кивнула.
– Хорошо-о-о… большое Н-Е-Т на свидания с Энтони. Как насчет Патрика… или Кэмерона?
– Лиз, я не хочу, чтобы ты мне устраивала свидания с кем бы то ни было.
 
– Кэйд, не считая той небольшой неприятности с Джемсом, держу пари, ты даже ни с кем не целовалась, я уж не говорю о большем, несколько лет.
Меня затопили воспоминания о мягких требовательных губах, теплых руках на моей коже, чувстве ее… я медленно вдохнула и выдохнула, но не смогла сдержать улыбку.
– Ты покраснела! И улыбаешься! Кэйденс Харрис, о чем ты мне не рассказываешь? Скажи мне, кто он, немедленно! – Потребовала Лиз.
Я посмотрела на нее и мягко произнесла:
– Нет.
Лиз замолчала и выпрямилась от удивления.
– НЕТ? Ты только что сказала мне НЕТ?
– Да.
– Что… – Она в замешательстве нахмурилась, затем задумчиво посмотрела на меня. – Но это значит, что тебе есть о чем сказать, верно? Ты с кем-то встречаешься?
– Возможно. – Я улыбнулась ее разочарованному стону и допила скотч. – Мы приехали.
Лиз впилась в меня взглядом.
– Мы еще не закончили эту беседу.
– Нет, закончили, – ответила я, выходя из автомобиля, как только Уолтер открыл дверь.
Я огляделась и ругнулась себе под нос, когда низенький лысеющий мужчина, стоящий возле ресторана, перевел взгляд с меня на газету в своих руках и обратно. Когда Лиз вышла из автомобиля, он положил газету, и поднял висящий на шее фотоаппарат.
– Черт.
– Улыбайся, милая. – Тихо произнесла Лиз, ослепительно улыбаясь мужчине, который непрерывно клацал затвором фотоаппарата. – Ведь именно для этого мы здесь. И, кстати, эта беседа еще не закончена.
Я выдавила улыбку и двинулась за Лиз в ресторан.
Внутри мы сразу прошли наверх по маленькому деревянному мостику над небольшим прудом, мимо огромного – под потолок – аквариума, и шумящего водопада. Метрдотель экспансивно поприветствовал нас обеих по именам и почти немедленно провел за маленький столик в просторном главном зале, который сверкал мраморными полами, а свет, льющийся через стеклянную крышу, освещал небольшую рощицу чего-то типа бамбука.
Любопытные взгляды, которые бросали на нас другие посетители ресторана, пока мы шли к своему столику, заставили меня нервничать. Как только официант ушел за заказанными напитками – еще вина для Лиз и минералку для меня, так как двойной порции скотча, выпитой в машине, мне вполне хватило – я заворчала, что нам нужно было заказать частную комнату наверху.
– Кэйд, – ответила Лиз с сердитым вздохом, – для этого мы и пришли сюда. По крайней мере, я уж точно пришла не ради еды – ты знаешь, я не люблю дары моря.
– И поэтому ты собираешься заплатить пятьдесят долларов за тарелку рыбы, которую не хочешь есть, только для того, чтобы завтра увидеть свое фото на развороте?
– Как будто я не могу себе это позволить. Если тебе от этого станет легче, то я заплачу и за твой обед тоже. – Она открыла меню и углубилась в изучение.
– Проклятье, конечно, ты заплатишь за мой обед – это была твоя чертова идея. – Я нервно огляделась.
Лиз опустила меню и, нахмурившись, посмотрела на меня.
– Я беру назад свои слова о том, что ты милая, когда дуешься. Это совсем не мило. Это действительно раздражает. Если ты собираешься вести себя так весь вечер, Уолтер может прямой сейчас отвести тебя домой.
Она права. Я веду себя как большой ребенок. «Возьми себя в руки, что за нытье».
– Прости. – Я вздохнула, примирительно глядя на нее. – Я буду вести себя хорошо. Можно мне омара, мамочка.
– Ты получишь все, что захочешь, но никогда больше не называй меня мамочкой. – Лиз слегка улыбнулась, и я поняла, что прощена.
Я усмехнулась и принялась изучать меню. Я много хорошего слышала о том, как готовят в этом ресторане, и надеялась, что это не досужие вымыслы.
– О, смотри, Кэйд, – невинно начала Лиз. Каждый раз, как Лиз что-то делала невинно, я знала, что следует быть осторожной. – У них есть креветки 'ДЖЕЙМС Бэй'. – Она облизала губы. – Молодые и вкусные.