Единственный ответ (ЛП)

Было уже девять часов, и у меня было достаточно проблем со сном, но я не могла сказать «нет», поскольку спланировала это. Мы направились в «Вой на Луну» — дуэльный пиано-бар в центре города. Мелани была большой поклонницей пианино, и, как я думаю, это связано с тем, что у нее была тайная фантазия из «Пятидесяти оттенков», связанная с Джоном.
Бар уже был заполнен, и я не была уверена, что мы найдем, куда сесть, но предоставила возможность беременной Валери проталкиваться через толпу и поискать нам крошечный столик, прежде чем она отправилась за напитками для Мелани.
— Так… — начала Мелани, как только мы сели. — Как дела? Такое чувство, что я не разговаривала с тобой с тех пор, как ты переехала к Трею.
Мелани и Джон жили в пригороде. Он работал в какой-то крупной страховой компании, занимался компьютерами, а она работала на издателя. Они были буквально в тридцати минутах езды от нас, но я избегала встречаться с ней с тех пор, как узнала о своей беременности.
Я пожала плечами.
— Ну, как обычно. Выборы. Делаю кофе. Все это веселье.
— Звучит не очень весело. Тебе это действительно нравится или делаешь, потому что этого хочет Трей? — Она подняла брови и рассеянно провела рукой по вьющимся каштановым волосам.
Я прикусила губу, обдумывая этот вопрос. Наслаждалась ли я чем-нибудь? Я определенно не наслаждалась своей беременностью. Постоянно плохо себя чувствовать — отстой. И работа в кофейне с двумя дипломами была не совсем моей мечтой.
— Я так понимаю, что дела плохи, поэтому и не звонила. — Я рассмеялась.
— Да. Это так. — Валери вернулась к нам с подносом, на котором стояли стопки.
— Кто в настроении для нескольких вашингтонских яблок? — закричала она.
— Очень мило, что беременная женщина пьет, — пошутил кто-то за соседним столиком.
Валери обернулась так быстро, что мне показалось, будто ее светлые волосы хлестнут неряшливого парня по лицу.
— Прошу прощения? Я не пью. Это для девичника моей сестры, так что не лезь не в свое дело, придурок.
Парень покачал головой, запустив пальцы в лохматые каштановые волосы.
— Я говорю не о тебе, дорогая. Я говорил о гордости и радости сына губернатора.
Весь воздух, казалось, полностью покинул комнату, и я начала задыхаться. Мой мозг и рот перестали работать вместе, и все, что я могла сделать, это открыть рот и смотреть. Откуда, черт возьми, он это знает?
— О чем, черт возьми, ты говоришь? — спросила Мелани. — Полагаю, ты взял информацию из какого-нибудь грязного бульварного журнала. Может, тебе стоит проверить свои источники.
Он покачал головой.
— Говори, что хочешь, милая. Это по всей сети, поэтому либо рыжая беременна, либо кто-то распространяет ложь по всему миру. Лучше позвони папочке губернатору и попроси команду, работающую с социальными сетями кому-нибудь приплатить. — Он ухмыльнулся и отхлебнул пива.
Мелани потянулась к телефону, вытащила его так быстро, как только смогла, и погуглила мое имя. Она прикрыла рот рукой, задыхаясь, затем повернула телефон ко мне. Я схватила его дрожащими руками. Там была я на обложке какого-то сайта со сплетнями. В животе у меня все сжалось. Заголовок гласил: «Кто твой папа?» В статье упоминалось о моем уходе от планового родительства, говорилось об ужине с родителями Трея в комнате для подписания документов. Кто-то следил за нами. Кто-то знал.
Валери села за маленький столик.
— Клянусь, я никому не говорила.
Глаза Мелани расширились.
— Ты знала? И не сказала мне?
Я даже не могла ничего ответить. Не знала, что сказать. Я просто знала, что должна позвонить Трею. Я медленно вытащила телефон и инстинктивно набрала его номер. Я понятия не имела, что нам делать дальше, да мне и не хотелось знать.
  
Глава 9
 
Трей
Пока Моника проводила вечер в барах в центре города, брат Джона спланировал свою вечеринку, которая включала хижину его родителей на севере, бочонок пива и «Call of Duty». Это не совсем то, что я себе представлял, но это было определенно лучше, чем сидеть в баре.
 
Огромной парень Джон склонился над креслом с гарнитурой, его пальцы стучали по контроллерам, будто он действительно сражался. Никто не ожидал от такого большого парня, который провел половину жизни в спортзале, что он станет системным аналитиком в страховой компании или женится на маленькой стеснительной Мелани. Хотя я сам никогда не представлял, что женюсь на пламенной либералке или что она забеременеет до свадьбы…
Хижина, принадлежавшая семье Джона, была не такой большой, как у моих родителей на озере Мичиган, но того, чего ей не хватало по размеру, восполнялось в развлекательной зоне.
Нас было семеро: брат Джона Бен, его шурин Марк и наши братья по братству — Брэд, Гейб и Шорт Стэк. Мы расселись вокруг 64-х дюймового телевизора, висевшего над кирпичным камином. Комната была оборудована звуковой системой, кожаными диванами и таким количеством алкоголя, который мог убить маленького животного.
Мне это нравилось. Я предпочитал просто потусоваться, чем сидеть в каком-то переполненном баре, пока девушки пытались соблазнить меня. Мне хватило этого в колледже, когда я ходил на вечеринки в доме братства или в бар с Джоном в качестве его трезвого водителя. Я бы предпочел быть дома с Моникой.
Раздался громкий стук в дверь. Я предположил, что это доставка еды. Сестра Джона оставила несколько пакетов с чипсами и немного гуакамоле. Больше из еды ничего не было.
— Эй, Чапмен, раз ты не играешь, можешь открыть? — спросил Бен.
— Конечно. — Я встал и прошел несколько футов к входной двери.
Когда я открыл ее, мои глаза расширились, когда я увидел женщину с яркими светлыми волосами в полицейской форме. На ней были очки, которые она быстро сняла и показала сильно накрашенные глаза.
— Извините, мне позвонили по поводу жалобы на шум. — Она убрала свои солнцезащитные очки в переднюю часть рубашки, которая была слишком низкой и слишком открытой для кого-то, кто представлял закон.
— Простите, мэм. Мы отмечаем мальчишник моего друга. Я попрошу, чтобы они вели себя тише.
Она слегка улыбнулась и покачала головой.
— Вежливый, да? Мне это нравится.
— Ага. — Это все, что я мог сказать. У меня никогда не было проблем с полицией, поэтому я не был уверен, что мне следует сказать или сделать.
— Но ты был непослушным, поэтому пришло время наказать тебя и остальных мальчиков. — Она ворвалась внутрь, захлопнув за собой дверь.
Мои глаза расширились, и все произошло слишком быстро, чтобы я смог среагировать. Позади меня по телевизору донесся какой-то звук, и я услышал, как кто-то выкрикнул что-то о стриптизерше, когда псевдо офицер полиции вытащила iPod из кармана своих коротких шорт и включила его, чтобы из динамиков донеслась тема «Копов». Она бросила телефон позади меня, и я услышал, как кто-то ловит его. Затем она положила одну руку мне на плечо, а другой расстегнула свою рубашку, обнажая очень большую грудь с проколотыми сосками, с которых свисали крошечные кисточки. Я старался не смотреть, но такое увидишь не каждый день.
— Давай, Чапмен! — закричал кто-то.
Обнаженная до пояса девушка оттолкнула меня назад, и я упал на стул позади себя. Как только я сел, она бросила свою рубашку кому-то позади нее, а затем скинула шорты. Она стояла прямо передо мной только с кисточками на сосках и в белых трусиках, на которых было напечатано «#МАЛЬЧИШНИК».
— Чапмен? Это твое имя? — промурлыкала она, покачивая бедрами взад-вперед. — Мне нравятся парни с хорошими сильными именами. Надеюсь, твое тело такое же сильное.
 
Она скользнула ко мне на колени. Я не уверен, куда делись ее ноги, но все, на чем я мог сосредоточиться — то, как ее тело двигалось у меня на коленях. Я пытался не смотреть, но кисточки болтались у меня перед лицом, и она крутилась и поворачивалась так гибко, что я не знал, что она собирается делать.