Наследница огненных льдов (СИ)

– Девушка красивые глаза, девушка загорелое кожа, иди за мной.
– Мы никуда с вами не пойдём, – категорически отвергла я его предложение.
– Не ругайся, – сказал он и угрожающе положил руку на кобуру. – Иди вниз, там дом тёплое, кровать тёплое. И ты, красивые глаза, иди. Нас пять, мы давно тут, мы хотим любовь.
После такого откровения мне хотелось заорать во весь голос, чтобы Вистинг с Эспином уже поскорее спасли нас, но тут из траншеи вылез грузный тип неприятной наружности. Оба браконьера без всяких слов двинулись на нас, и когда один из них протянул руки к Тейми, снег под его ногами взорвался брызгами, а позади нас раздалось эхо выстрела.
Собаки обеспокоенно залаяли и хотели рвануть вперёд, но я успела вцепиться в ручку нарты и притормозить упряжку. Тэйми тем временем не удержалась и снова подняла лук, целясь в говорливого браконьера:
– Вор, верни мои шкуры.
Но тот её не слышал, а просто выхватил револьвер, не зная, на кого его направить: на Тэйми или затаившихся вдалеке Вистинга с Эспином.
Что случилось дальше, я так и не успела понять. Собаки, услышав звук выстрела, видимо решили, что настала пора охоты, и готовы были кинуться за неведомой для них дичью, но я не желала лишаться нашей единственной упряжки. Борясь с упрямством Тумана, краем глаза я увидела, как из снежного окопа вылезают ещё трое браконьеров. У двоих ружья, и все очень неприязненно смотрят на меня, на Тэйми, на своего подельника.
– Тэйми, уезжайте немедленно! – услышала я вдалеке голос Эспина.
– Но, муж мой…
– Увози Шелу, сейчас же.
После такого приказа она не посмела сопротивляться. Мне пришлось запрыгивать прямо на мешок с рыбой и свёртки оленьих шкур, а Тэйми вскочила на полозья и крикнула собакам бежать со всей мочи.
Мы неслись сломя голову. Тэйми не стояла спокойно на полозьях, а всё время бежала рядом, вцепившись одной рукой в спинку нарты. Конечно, надо облегчить бедным собакам ношу, иначе мы далеко не убежим.
Стоило мне подумать об этом, как позади послышалась череда выстрелов. Только не это… Если Вистинга убьют… А если Эспина… А ведь с ними ещё Зоркий и Брум.
– Тэйми, – вне себя от страха крикнула я, повернувшись к ней, – Что нам делать? Надо же как-то помочь.
– Мой муж наказал мне спасать тебя, – бесстрастным голосом ответила Тэйми, но в уголках её глаз предательски блеснули слезинки, что тут же прилипали льдинками к ресницам.
Всё верно, она не ослушается Эспина, а лук и стрелы бесполезны против современного огнестрельного оружия. Но ведь наших мужчин всего двое, а браконьеров пятеро. Что же теперь будет? Нет, нельзя, чтобы так всё и закончилось! Не для того они вывели нас из-под удара, чтобы погибнуть самим.
Только я подумала об этом, как нарта подпрыгнула в воздухе, завалилась на бок, и я вместе с ней. Тэйми в отчаянии закричала на собак, а те больше и не думали никуда бежать.
– Глупые, ленивые, нет с вами сладу! – в сердцах отругала она свою пятёрку и подбежала ко мне, чтобы стащить с меня шкуры и лёгкие мешки.
А потом мы попытались поставить нарту на наст, но ей что-то мешало стоять прямо. Я пригляделась и увидела запутавшийся в полозьях олений рог. Так вот из-за чего мы упали. Теперь понятно, почему Тэйми ругает своих собак – если бы они приноровились друг к другу, то без труда оббежали бы опасное препятствие. Опытные ездовые собаки должны поступать именно так.
Тейми вынула рога и поставила нарту на снег, но собирать вещи и ехать дальше не спешила. Она даже остановила меня, когда я хотела погрузить мешок с рыбой обратно.
– Нет, – обеспокоенно остановила она меня, – оставим всё здесь и едем к горам за помощью.
– Что? – не поняла я. – Но ведь поселение на севере. И ехать туда полдня, мы не успеем привести помощь.
– Вот я и говорю, едем к горам на восток. Этот рог остался здесь от оленьего стада. Кочевники проходили здесь недавно, раз рог снегом и ветром полностью не замело. Рядом они. А от их помощи больше толку будет.
Пришлось собрать все вещи в кучу в виде тёмной пирамидки на белом фоне и запрыгивать в пустую жёсткую нарту. Хоть бы Тэйми оказалась права, и кочевники вправду бы пасли своих оленей неподалёку.
 
Череда поворотов из стороны в сторону и виляний наугад, но я первой заметила серые пятна на белом снегу вдали, о чём и сказала Тэйми. Она ничего не видела, но поверила мне безоговорочно, и каждый раз переспрашивала, правильно ли она направляет упряжку.
Вскоре собаки домчали нас до оленьего стада, но пришлось ехать дальше, чтобы обнаружить и людей.
– Чьи вы пастухи? – притормозив упряжку, спросила их Тэйми.
– Карикиявы, – ответили ей молодые парни. – А ты откуда такая запыхавшаяся?
– На берегу полыньи злые пришельцы из-за моря ограбили нас, а теперь хотят убить моего мужа и жениха его сестры. Мы сбежали, чтобы позвать подмогу. Не откажите.
И пастухи не отказали. Пришлось мне остаться с одним из них возле стада, а другой заскочил в нарту, и Тэйми повезла его дальше в сторону гор. Хотя, может быть, эти горы вижу только я одна.
Пастух по имени Интукыв расспрашивал меня про хаконайцев, их вооружение и диспозицию наших мужчин, а я старалась рассказать всё, что знаю, но с каждым словом понимание, чем закончится этот бой, всё чётче вырисовывалось в голове. У браконьеров есть окопы, где они могут спокойно прятаться и подниматься, чтоб сделать очередной выстрел, а вот у Вистинга и Эспина укрытия нет. Ну как же так, зачем они вообще открыли стрельбу? Может, следовало решить всё мирно? А получилось бы? Да что же за невезение преследует нас всё время?!
Я уже успела впасть в уныние и подумать, что кочевники со своими стрелами ничем нам не помогут, а может, даже откажутся идти к побережью на верную смерть от свинцовых пуль. Но вдруг из стада выбежала пятёрка оленей и понеслась в нашу сторону. Да нет же, это не простые олени, они запряжены веером в широкие нарты, а в нартах сидят и стоят люди.
Как только первые наездники проехали мимо нас, я успела разглядеть на мужчинах странные доспехи в виде чешуйчатого панциря. В руках воины держали некое подобие алебард с костяными наконечниками.
Вторая упряжка умчала к берегу кочевников с огромными деревянными щитами на спинах, что закрывали даже голову. Одно движение руки, и приделанные к такому щиту створки по бокам захлопывались, словно двери на петлях, и воин полностью оказывался внутри деревянного футляра. Вот это экипировка… Но поможет ли она против вооружённых браконьеров?
После пятой оленьей упряжки показались собаки Тэйми. Она скомандовала мне забираться в нарту, и мы помчались вслед за нашими заступниками.
У побережья гремела канонада, но кочевники и не думали поворачивать, чтобы бежать прочь. Я видела, как пара оленей из ведущей упряжки беззвучно упала на снег, а их пока ещё живые собраться остановились. Неожиданно в руках мужчин в деревянных доспехах появились арканы. Встав за боками напуганных оленей, двое пастухов взмахнули арканами в воздухе и кинули петли над их спинами в сторону траншеи. Вот и звуки выстрелов почти прекратились, а из окопа послышались гневные крики, почти болезненные.
По дороге Тэйми нашла наши вещи и подобрала свой лук со стрелами, но в них больше не было надобности. Пастухи вытягивали на своих арканах из траншеи связанных поперёк стана браконьеров. Те упирались, явно ругались, пытались высвободить прижатые к бокам руки, но не тут-то было. Один, второй, третий разбойник уже лежали на снегу рядом с мёртвыми оленями, а двое хаконайцев всё же выбрались из окопа и попытались бежать, куда глаза глядят.
Двое смельчаков в доспехах отпрягли убитых оленей из своих упряжек и пустились с выжившими в погоню. Стоя на нартах, они размахивали арканами, а потом поочерёдно кинули петли на беглецов, и те упали на снег связанными. Только оленные пастухи так ловко и с первого раза могут кого-нибудь заарканить!
Всё, наши враги обезврежены и злобно скрежещут зубами, но распалённые охотой воины не пожелали останавливаться на достигнутом и уже двинулись в сторону, откуда мы и пришли к этому злосчастному побережью. Так, стоп, они что, и Вистинга с Эспином собираются связать?