Наследница огненных льдов (СИ)

– Как думаешь, – спросила я Эспина, – Тэйминэут с Вистингом скоро вернутся?
– Успела соскучиться?
– По ком?
– Ну не по Тэйминэут же. Учти, Шела, хоть я тебе теперь не жених, но за тебя всё равно отвечаю. Все мои предупреждения касательно Вистинга в силе. Не связывайся с ним.
– Я не собираюсь с ним связываться, – немного раздражённо ответила я.
– Вот и не делай ему шагов навстречу. Он очень опасный тип.
– Он не тронет меня, – настойчиво, в который раз уверяла я теперь уже и Эспина.
– Может и не тронет, но мозги запудрит знатно. Это у них семейное.
Семейное… Так, что-то мне уже доводилось слышать про семью Вистинга. Помимо покойной жены, речь когда-то заходила о его отце. Так-так-так, пограничник в Сульмаре говорил, что у отца есть некие заслуги и он уважаемый человек. Эспин в чумовище намекал, что отец Вистинга большой человек.
– А ну-ка, расскажи мне про это их семейное. Кто там ещё умеет пудрить мозги?
– Главным образом Рольф Вистинг, глава их семейного клана, а по совместительству тайный советник императора. Вернее, бывший тайный советник.
– А у императора есть тайные советники? Если они тайные, тебе про них откуда известно?
– Известно, – Эспин не стал вдаваться в подробности и лишний раз напоминать, в каких родственных связях Кроги состоят с правящей династией, а продолжить делиться откровениями. – Отец Вистинга был советником при двух императорах лет тридцать, не меньше, и вдруг этой весной впал в немилость. Допуска во дворец лишился, право въезжать в столицу ему ограничили, поэтому он не выбирается из загородного поместья и ждёт, то ли прощения, то ли кары.
– За что? Что он такого натворил?
– Без понятия, о таких вещах открыто не распространяются. Говорят, все тридцать лет он выполнял очень специфические поручения деликатного характера, главным образом, за пределами империи.
– Шпионаж? – догадалась я.
– Скорее авантюры с далеко идущими последствиями. Никакого отношения к разведчикам Рольф Вистинг не имеет, но, по сути, он выполнял параллельную им работу. Видимо, разведке император мог довериться не всегда, а вот Рольфу Вистингу – пожалуйста. Говорят, Вистинг-старший за три десятка лет умудрился сплести целую сеть из одному ему известных агентов. Ходят слухи, что всех своих детей он тоже втянул в свою сеть и раздавал им разного рода поручения…
– Так, подожди, – прервала я Эспина, – и сколько у него этих детей?
– Старший сын и три дочери. Самая младшая примерно твоих лет.
Быть того не может… А Мортен Вистинг так правдоподобно пел мне о своём одиночестве, что дома никто его не ждёт, и его смерть никого не расстроит. А тут – отец, три сестры. Да я бы всё отдала, чтобы у меня было столько живых и здоровых родственников. Надо же, Вистинг так умело выдавливал из меня жалость, а я ему даже поверила…
– Значит, – заключила я, – у него большая семья.
– И она с каждым годом всё больше расширяется. Рольф Вистинг выдаёт своих дочерей исключительно за нужных ему людей, роднится исключительно с полезными ему семьями. А потом его зятья тоже начинают участвовать в семейном предприятии и выполнять задания Вистинга-старшего, которые ему поручает сам император. Про единственного сыночка я уже не говорю, он-то наверняка всегда и во всём слушается папеньку. А папенька теперь в немилости. Говорят, провалил ответственное задание то ли в Сарпале, то ли в Хаконайском королевстве. Но мне так думается, за один лишь провал так сурово, не наказывают. Вистинг-старший чуть ли не под домашним арестом, Вистинг-младший уволен из армии, оба зятя лишились занимаемых должностей. Это ведь не банальные совпадения, за ними явно стоит что-то серьёзное. Да ещё невестка Рольфа Вистинга так своевременно  пропала без вести.
Ну конечно, жена Мортена Вистинга. Жива ли она? Или слухи о её убийстве правдивы?
– Думаешь, её и вправду больше нет? Думаешь, Мортен Вистинг её застрелил?
– Понятие не имею, что там у них случилось, но сдаётся мне, что его жена что-то такое узнала про эту семейку, что оказалось несовместимым с жизнью. Скорее всего, клан Вистингов просто перекупила иностранная разведка, и этот факт вскрылся. Рольф Вистинг заподозрил в утечке информации невестку, поручил сыну разобраться с ней. Но правду не утаишь. Сведения о предательстве дошли до императора, и теперь Вистинги стали настоящими изгоями. Вот поэтому я и говорю тебе, не связывайся с ними.
 
Сколько информации… А ведь я тоже кое-что знаю. Я уже почти решилась рассказать Эспину обо всём, что слышала на охотничьей базе в Сульмаре, как нас отвлёк собачий лай: упряжка Тэйминэут возвращалась к нашей стоянке.
В нарте лежала разделанная баранья туша, шкуры не было, зато отдельно покоились рога.
Мортен Вистинг подоспел через четверть часа. У него было странное выражение лица: задумчивое, даже тревожное. Зато Тэйми безмолвно ликовала. Оказалось, толсторога подстрелила она, на это я и списала её приподнятое настроение. И только вечером, когда в потёмках мы разбили лагерь, а мужчины отправились то ли спать, то ли дремать в ожидании варящегося ужина, Тэйминэут мне призналась:
– Этой ночью можешь спать спокойно. Охотник Мортен не обидит тебя, он обещал.
В общем-то, я и не сомневалось в его порядочности такого рода, но слова об обещании меня насторожили.
– Ты о чём-то говорила с ним в горах? – спросила я Тэйминэут.
– Да, – горделиво призналась она, – я натянула лук, направила на него стрелу и сказала, чтоб не смел обижать тебя. Ты сестра моего мужа, а я вошла в ваш род. Теперь и я должна беречь и защищать честь нашего рода. Поэтому я сказала охотнику Мортену, отработай за Шелу или даже не смотри в её сторону.
Я была в шоке. Оказывается, направить на человека стрелу – это излюбленный способ Тэйми решать проблемы. Сначала Эспин, теперь Вистинг.
– Зачем ты это сделала? – разволновалась я, – у него же есть ружьё. А если бы он сам тебя пристрелил? Он же не только охотник, он ещё и военный. Сработала бы защитная реакция, и ты бы отправилась в Верхний мир к своим родственникам.
– Я не боюсь смерти, – величаво ответила она. – А настоящему воину стыдно убивать женщину. А охотник Мортен показал себя правильным воином. Он сказал, что сначала вернётся домой, а там по всем заведённым на вашем большом далёком острове правилам женится на тебе.
Что-то мне совсем стало грустно от таких откровений.
– Да конечно, – буркнула я. – Под угрозой выпущенной стрелы и не такое скажешь.
– Он был честен со мной, – настаивала Тэйми, – я видела это в его глазах.
– Значит, ты просто не так его поняла. У него нет ни одной причины брать меня в жёны.
В одном котле варилась баранина, в другом рыбный суп для собак. Тэйми поглядывала за одним варевом, Брум за другим, а я сидела без дела и с каждой минутой становилась мрачнее тучи.
Ну, зачем Тэйми мне всё это рассказала? А Вистинг зачем дурил её? Ведь и так понятно, он намеревается бежать в Хаконайское королевство, и никогда домой уже не вернётся, раз вся его семья подозревается в шпионаже. Эспин прав, не надо связываться с таким человеком. Предатель, лжец, да ещё и смутьян. Ведь не смогу я сегодня спокойно заснуть после обещаний Вистинга, пусть он и высказал их не мне. Умом понимаю, что его слова не стоят и выеденного яйца, а сердце… сердце предательски ёкает – ему приятно обмануться хотя бы на миг. И мне приятно обманываться, что я хоть кому-то могу быть нужна.
Глава 69 
На следующее утро возле лагеря снова обнаружились следы узких нарт. Эспин сказал, что во время дежурства отчётливо слышал щебет, но не певучий птичий, а будто осмысленный, с почти человеческими интонациями.
– Нерпоглазые щебечут, – уверенно заявил Брум. – Речь у них такая.
– И ты её понимаешь? – спросил Эспин.
– А оно мне надо? Я вашу-то не сразу выучил, а тут ещё всякие щебетуны.
– Жаль. Как-то жутко было слышать тихие голоса в темноте, но не видеть, кто их издаёт. Почему эти карлики не хотят показать себя?