Легенда о мальчике, что учился дышать (СИ)

— Да-да, о ней самой, родная! Ты знаешь, что твой парень — влюблен? — потрепал дочь за щеки под тряпочкой мистер Врбада.
— Оу… — прищелкнула клыками Милина и перевела змеиный взгляд на сержанта.
— Так с хуя ли я парень, сука-бля? — приподнял ворот дубленки Харди. — Это с каких пор у меня такой статус, я нихуя не пойму.
— Так, я, пожалуй, вас оставлю. Расскажите, Том, ей о своей любви. И не забудьте, что мы с вами еще хотели обсудить наши дела. Ну там бизнес и покраску, — нарочито наступил на берц сержанта некрасивым железным сапогом Томаш, как бы намекая незнамо на что. — Ну а я пойду. Малина, знаете ли, сама себя не соберет и не покушает, — добавил он, расплылся в обдолбанной улыбке седого градоначальника и скрылся в толпе гостей.
— Не обращай внимания, он у меня чудак, — хохотнула Милина. — Так что там на счет любви? — игриво сузила она вертикальные зрачки.
— Сука-любовь… — протянул Том и потер давно зажившее место укуса на руке, некогда оставленного Ниной.
Тут телефон Харди издал сигнал, извещающий о новом сообщении.
«Томми, ты же на приеме мэра? Все по плану? Как дела с Милиной?» — прочитал про себя смс-ку голосом из шара Том.
— Ох, Томми… Я правда не ожидала, что все у нас с тобой так быстро закрутится, — молола оказией непонятный бред Милина. — Всегда думала, что невозможно найти кого-то хорошего и серьезно настроенного на подобных сайтах…
— Я тоже, сука-бля, я тоже… — бестолково закивал Харди.
«Послушай, Том, что там жидяра плел ей, что она решила, что ты теперь ее ебарь? Разве этого ты просил от него? Надо выяснить, чтобы быть в курсе, а то поймает тебя на пиздеже, и все — пиши пропало на твоих делах с мэром…» — мысленно бредил сержант.
Он уставился в телефон и стал писать ответное сообщение: «Тут, сука-бля. Ты мне лучше расскажи, пиздюк, с хуя ли эта пизда думает, что я ее парень?»
— Я уже потеряла всякую надежду, что с моими проблемами смогу себе кого-нибудь найти… — продолжала буробить дочь мэра, поглаживая Тома по вороту дубленки.
Тот же ее совершенно не слушал, а читал очередное сообщение: «Не думаю, что это так важно! Да и какая разница, если у меня есть бомбичные новости. Мы скоро тоже подскочим на тусовку мэра. Я, Лиса, Нина и их кореш. Помнишь, ковбой такой. Впрочем, неважно».
— Сука-бля… — охуевше протянул Харди, похлопав глазами.
Милина продолжила бредово щелкать клыками да подмигивать змеиными глазами, но Том ее совершенно не слушал, ведь придумывал в своей не на шутку малиновой нынче голове план, как отмазаться от брата. Ведь встреча с ним, а точнее с Ниной — это совсем не то, что ему сейчас было нужно, хоть и страсть как хотелось ее увидеть. Но гоже ли это? После всего, что между ними было, встретиться вновь при таких обстоятельствах, когда он находится в компании какой-то оказии, считающей его своим парнем. Так, стоп, Томас! Это что же между тобой и Ниной такое было, не расскажешь? Она пригласили тебя на вальс — ты отказал. Она хотела тебя поцеловать — ты ее вырубил, да еще и отжарить хотел! Так и что было между вами? Уверен, что она вообще хочет тебя видеть? Хотя она и впрямь сказала, что ты милый… Или это не она говорила? Впрочем, неважно. В любом случае все ваши встречи были довольно неоднозначными, и совсем непонятно считает ли она тебя все же милыми, или же ебанатом каким-то. Лучше все же сейчас действительно слиться каким-то образом. Но Джейк так просто не отвяжется, ведь если он решил приехать сюда и притащить с собой эту дурацкую девку, то его не остановить. Значит, нужно уходить отсюда самому. Но ты же так и не договорил с Томашом о кафетерии в здании мэрии. И если этого разговора не свершится, то все решат, что ты приехал в Чарлстон не ради этого, а лишь потому, что здесь находится Нина.
«Я уже уезжаю отсюда, так что не пересечемся», — настрочил сообщение Харди.
«Как уезжаешь? Почему? А как же твои дела с мэром?» — пришел ответ от абонента из шара.
«Нихуя не вышло. Я возвращаюсь в Сиэтл. Так что нет тебе смысла сюда ехать. Пока доедешь меня уже не будет», — подкатив глаза, написал Том.
 
«Томми, ну какого хуя? Я столько времени убил, окучивая дочь мэра. Как ты все проебал?» — вновь пиликнул телефон.
«Да причем тут это? Просто мэр какой-то шмаровоз, даже и слушать меня не хочет», — цокнул сержант.
«Так давай же я приеду и окучу и его. Все одно — что девчонку, что мэра. Принцип один. Так что жди и никуда не уезжай, мы скоро будем».
«Нет, я ухожу», — забился в агонии отмазов Харди.
«Ну блииин… Это прям точно? Может все же вернешься? Просто мы все так настроились уже, так хотелось потусоваться с мэром. А знаешь, кто больше всех хочет приехать? Нина! И вовсе не из-за мэра, между прочим…»
«Все, я уезжаю. Это точно. Так что вам тут совершенно нечего делать, да и вечеринка — полная хуйня. Так что посидите лучше дома, оторвитесь. Все веселее будет. А я поеду в аэропорт. Передавай привет жене», — настрочил Том.
— Мне все говорили: не верь ты ему! Все что он пишет о любви к тебе — всего лишь пустые слова! Но это не так, я знала это! И теперь я вижу, что все и правда по-настоящему… — молола хуйню своим дебильным ртом Милина, совершенно не замечая, что Харди ее не слушает.
«Ну и сестре ее передавай привет. А то как-то неудобно выйдет, если ты своей передашь, а этой нет. Скажут еще, что сержант невоспитанный. Так что передай ей привет от меня. Ну в смысле обеим им. Ну ты понял», — смс-но бредил и Том.
«Ну-ну, Томми, ну-ну», — пришло еще одно сообщение с прищуренным смайлом в конце.
«Это значит, что не приедете?»
«Не приедем».
— Фууух… — выдохнул сержант и спрятал телефон в карман. — Так что ты там говорила, пизда? — поднял он взгляд на Милину, которая все тараторила и тараторила.
— Я уверена, что все у нас получится с тобой, ведь мы так похожи… — воодушевленно продолжила та.
— Так, а где, сука-бля, твой батя? Я с ним так и не договорил, — стал оглядываться Том, перебив Милину.
— Кажется, он ушел в свой сад, не думаю, что теперь он скоро оттуда вернется, — пожала плечами она. — Пойдем, я лучше пока познакомлю тебя с гостями.
 
Так Милина таскала Харди по залу, то и дело представляя его кому своим дражайшим парнем, кому женихом, а кому и вовсе будущим мужем и отцом их будущих троих, а то и пятерых детей. Не был бы Том сейчас там обхуярен малиной мэра — непременно устроил бы рамс. Сейчас же ему было абсолютно похуй на подобные выходки неугомонной девки, и он ходил среди гостей беспечно щелкая ебалом, да отшучивая направо и налево никому непонятные и нахуй ненужные шутки.
Так продолжалось около часа, в течение которого сержант не забывал попивать малиновый пунш и закусывать малиновым тартом. Тут он вдруг вспомнил, что хотел узнать для мэра про цвет волос Нины. Ведь надо же ему как-то втереться в доверие, чтобы продвинуть свою чепуху с кафетерием. Он достал телефон и уставился в экран.
«Послушай, Том, спросить у пиздюка, чтобы он выяснил у шкуры этот вопрос. Или же попросить у него ее номер и написать самому? Но не подумает ли никто, что ты имеешь на нее виды… Наверно лучше все же через пиздюка узнать просто…» — думал он, когда от хуиных мыслей его отвлек сигнал сообщения, пришедшего, прежде чем он сам успел что-то написать.
«Слушай, Томми. Мы все же едем! Надеюсь, ты еще там. Приедем буквально минут через десять, так что дождись нас. Нина даже приедет раньше…» — прочитал Харди и ебанулся.
— Сука-бля! Слушай, пизда, пойдем-ка отсюда, м? — схватил Милину под локоть Харди и потащил сквозь толпу гостей, придумывая на ходу абы что. — Надоела вся эту суета. Как насчет того, что я заночую тут? — сочинял он, решив скрыться с самого приема, но не желая покидать при этом дом мэра. Ведь кафетерий в мэрии сам себя не откроет. И потому Том решил остаться тут до утра, а уж за завтраком, продолжая строить из себя парня Милины, откровенно поговорить с Томашем да и порешать уже все дела.
— Ох, конечно! Ты мог и не спрашивать! — заверещала девушка, обогнав Харди и теперь уже потащив за собой, увлекая на второй этаж.