Легенда о мальчике, что учился дышать (СИ)

Еще пару минут попсиховав, посокрушаясь над разбитой Ямахой и чайным сервизом, Том побрел по ночной улице по направлению к отелю, дабы собрать вещи и свалить обратно в Сиэтл. Но пока он брел, в его наркоманскую голову пришла идея. А на кой ему возвращаться домой, если он тут еще не до конца оторвался. Нет, конечно, Майами ему не нравилось. А если точнее — Харди считал этот город дном ебаным. Слишком жарко и липко здесь было. Но, несмотря на минусы, сержант все же решил еще немного потусоваться в солнечной Флориде, а уж затем обратно — в штат Вашингтон.
 
========== Глава 108: Дно ==========
 
Так прошло почти пару недель. Все это время днями напролет Том продолжал плавать в пальто, загорать в цилиндре, а вечерами отправлялся в разгул по барам или ночным клубам, где выпивал и поебывал местных ебанаток, к слову — за бесплатно.
И вот, в один из вечеров, Харди вновь планово заглянул на огонек в один из ночных клубов, где проходила вечеринка в знак поддержки рэпера Эминема, который, между прочим, вот уже как около полугода был объявлен вне закона на территории Штатов. Но это уже совсем другая история…
Том устроился за столиком в затемненном углу зала и наблюдал за обдолбанной публикой, выискивая в толпе конченую ебанатку, дабы выебать ее и удовлетворить себя любимого.
— Нет, сука-бля, эта шмара слишком даже для меня! Нахуя она так пляшет? Фу, сука-бля, что за стыд?! — затянулся он трубкой, наблюдая за худощавой девушкой, танцующей робо-танец.
— Кейт, как тебе удается так четко танцевать? — удивленно воскликнула рыжеволосая девушка, обращаясь к первой.
— Годы тренировок! — прокричала та.
— Сука-бля! Годы тренировок! — прокомментировал Том. — Да я издалека вижу, что худая сука в усмерть обдолбана какой-то ебалой! Какие-то психотропы или типа того… — присмотрелся он через подзорную трубу к зрачкам танцующей танец робота девушки.
Рыжеволосая что-то буркнула в ответ и заметалась по залу.
— Что творит эта сука? — переключился на нее сержант Харди, продолжая бдить в подзорную трубу. — Одним словом — ебанатка! Она, кончено бы, тебе подошла, но ебать ее ты не станешь, Том. Слишком рыжая!
Да вы только посмотрите, какие мы избирательные! Эта ему не так, и та не эдак! Ты себя вообще давно видел в зеркало, дружище? Этот трухлявый шмот, этот старинный внешний вид… Что за петушиная нестриженная борода, что за растрепанные волосы на голове… А еще сидит, выбирает!
И тут Харди приметил то, что заставило отвлечься от своих конченых планов по поиску ебанатки. Сквозь трубу он увидел, как рыжая подбежала к парню в солнцезащитных очках, который был никем иным, как…
— Джейки? — протянул Том и поудобнее устроился на диванчике, предвкушая слежку за братом.
Вот рыженькая что-то сказала Джилленхолу и кинула на стол несколько купюр. Барыга из шара поковырялся в шортах и протянул ей какой-то пакетик, что-то томно пизданув под кожаный нос. Но, кажется, девушка сейчас хотела вовсе не флирта никакого! Скорее всего, она грезила обсадиться наркотиками и попробовать перебить в танце ту, худощавую, танцующую кривой робо-танец. Она выхватила пакетик, раскрыла его, закинула в рот пару колес, нагло взяла со столика Джилленхола коктейль, запила таблетки и вновь побежала на танцпол.
— Пойду, сука-бля, побазарю за педерастию, — самодовольно прокряхтел Том, поднимаясь с места, и направился в сторону брата.
Джейк Джилленхол только поднялся из-за столика, поправив воротничок футболки-поло с принтом карты Майами, как кто-то пихнул его в плечо, вновь усадив на диван. Парень из шара поднял превосходный синий взгляд на обидчика и увидел перед собой… Тома Харди?! Что?! Он-то тут откуда?! Как? Какими судьбами? Томми в Майами? До сих пор? Серьезно? Уууф… Вот поворот так поворот!
— Ну здравствуй, Джейки, сука-бля, Джилленхол, — с подъебом похлопал его по плечу Харди. — Что ж ты, совсем опидорел? Или как, сука-бля? Сержант видал, как ты ту рыжую даже и не попытался склеить. Все, окончательно перешел в другую команду? Даже уже и на публику не пытаешься сыграть, что ты как бы нормальный, сука-бля?
 
— Вообще-то, я прямо сейчас хотел подойти к ней! Но тут подошел ты… — начал незнамо зачем и перед кем оправдываться флирт из шара.
— Ой, сука-бля, не заливай, пиздюк! — перебил Харди, отмахнувшись. — Перед старшим-то братом пиздить не надо! Ну пидор, да пидор. Что уж брехать? Давай хоть перед самим собой и мной будешь честен! Мм? Кожаный нос, — щелкнул он брата по носу.
— Слушай, это не лезет ни в одни ворота! Я повторяю в тысячный раз — я не гей! И я хотел склеить ту девчонку, но не успел! Ты помешал мне! Ты всегда влезаешь и все портишь! А между прочим…
— А между прочим, — покривил ебалом Том. — Ебало завали! Сука! Джейки, ну ведь не укладывается в голове! Ты можешь хотя бы мне сказать… Кааак? Как ты докатился до всего этого? С какого момента жизни? Ну, или ты, сука-бля, всегда таким был? Бля, блядь Мэрил бы пизданулась, узнай такое про своего дражайшего жиденка!
— Да как же ты надоел! — психанул Джилленхол, яростно затопав вьетнамками по полу. — Я не гей! Понимаешь! Хотя, блять, перед кем я вообще стою и пытаюсь оправдаться? Мне поебать на твое мнение, Томми, все ясно? Считай меня кем хочешь! Мне похуй! Все! Иди на хуй! — оттолкнул он брата и направился в сторону туалета, ведь уже давно хотел ссать.
— Эй, пидераст! Лови! — спародировал Том мамку, обращаясь к уходящему Джилленхолу, и кинул ему в спину ленточку с двумя презервативами. — Благодарить не надо! Только не забывай пользоваться, а то сам знаешь, эти геи… Через одного у каждого, сука-бля, СПИД!
Джейк остановился, яростно сжал кулаки, глубоко вдохнул через рот, выдохнул через нос и, не оборачиваясь и не реагируя на братские бредни, отправился дальше по своим собачьим делам, ведь клубный туалет сам себя не пометит.
— Ну и ступай на хуй, говномес! — показал два «фака» Харди вдогонку Джилленхолу.
— Эй, мескалиноеб, какие планы на вечер? Нашел детчку? Понимаешь, о чем я? Ну же! Ну же! — вдруг послышался голос за спиной, и Том обернулся.
Перед ним предстал моложавый парень в костюме кожаного ковбоя. Незнакомец явно не хотел палить щщи, ведь половину его лица закрывала черная бандана в белый узор из турецкого огурца.
— Ты что еще за кожа? — приподнял шрамированную бровь сержант Том, недовольно, но довольно интригующе уперев руки в бока дряхлого пальто. — И что за тряпочка такая интересная на лице? — потянул он руку к бандане загадочного ковбоя, дабы сорвать ее к хуям
— Не хочешь немного поразвлечься? — проигнорировал его бредни тот, ударив по ладони одним револьвером, вторым же почесав себе жопу. — Есть у меня тут девочка одна. Как раз классно скрасит тебе этот вечерок, а может и не один. Мм? Не желаешь познакомиться? Как сказал мне старик-отец, все должно получиться бомбично!
— Сержант нихуя не понял, что за бред ты сейчас ему пронес, сударь, — достал Том из кармана фляжку-термос и отхлебнул немного бодрящего мескалина. — Ты сутенер что ли? Шлюху предлагаешь?
— Ну да, типа того, но не совсем, цилиндроеб. Если нужна девочка — плати, и я отведу тебя куда надо!
— Слушай, а почему бы, собственно говоря, и нет? — развел ладони в стороны сержант, состроив фирменный еблет. — Столько хватит? — протянул он ковбою три мятые сотни.
— Отлично, пасхалоеб, следуй за мной, — поправил платочек-бандану на лице ковбой и зашагал в сторону VIP-чиллаутов.
 
Спустя несколько минут.
— Ну так что, как? — пихнул Тома в бок револьвером ковбой.
— Сука-бля, а что с ней? Бухая или что? — спросил сержант, рассматривая девушку, лежащую перед ним на диване.
Это была молодая худенькая блондинка, облаченная в скинни-джинсы и белую футболку с каким-то замысловатым рисунком. Создавалось ощущение, что она спала. Ого! Класс! Прямо, как Том давно и мечтал — выебать спящую! Супер! Но нужно выяснить, вдруг она не спит и это развод какой-то…
— Да нет, она трезвая, бля буду! — заверил ковбой. — Просто она это… Ну, в коме!