Охота на злодеев для плохо подготовленных (ЛП)

Я рассказала ей прошлой ночью о столкновении с Тори.
— Мы с тобой можем встретиться с ним потом еще раз. Я хочу знать, что скрывает Тори, и почему ей так хочется узнать о демонических артефактах.
Заилас следил, как я доедала свой кусочек яблока. Я взяла следующий и добавила на него арахисовое масло.
— Может, она увидела амулет на Тахеше, — предположила Амалия. — Или амулет у нее. Она была там, когда он умер. Могла… фу. Так нужно делать?
Я протянула кусочек Заиласу. Он поднял Сокс на плечо и взял кусочек, с интересом понюхал его. Кошка стала тереться об его щеку головой и урчать еще громче.
— Ему не нужна еда, — возмутилась Амалия. — Так зачем…
— Тори была расстроена, — перебила я. — Вряд ли она так переживала бы из-за какого-то амулета с тела демона. Даже если он у нее, откуда ей знать, как он важен? Мы не знаем, а у нас есть гримуар.
— Точно, — буркнула она, с отвращением и потрясением глядя, как Заилас проглотил половину дольки, не жуя. — Это даже не демонический артефакт, если на то пошло. Массив на нем по большей части Аркана.
Я зачерпнула побольше масла на третий кусочек.
Амалия нахмурилась.
— Надеюсь, это не для него.
Ответив ей хмурой гримасой, я упрямо протянула кусочек своему демону.
— Почему нет? Тебе неприятно, что ему что-то нравится?
— Это не… это просто странно, ясно? — она стала сверлить Заиласа взглядом, он поднял кусочек яблока ко рту. — А ты? Тебе не странно, что она кормит тебя как младенца?
Он проглотил половину дольки.
— Я не знаю это слово.
— Ребенок. Она кормит тебя как ребенка.
— Я не такой юный.
— Но она возится с тобой так.
Он взглянул на меня.
— Еду так дают для маленьких hh’ainun?
— Нет, — я недовольно посмотрела на Амалию. — Я даю тебе еду, потому что она тебе нравится, а не в проявлении превосходства.
Сокс спрыгнула с его плеча на стол. Я согнала ее, разозлившись, что Амалия портила одно из немногих занятий, которыми я могла скрасить для Заиласа этот незнакомый мир.
— Хм, — он смотрел на яблоко, сунул вторую половину в рот. — Мне нравится, когда ты даешь мне еду.
— Хорошо. Это…
— У нас так не делают с младшими.
— О чем ты?
Странный блеск появился в его глазах, он смотрел на меня.
— В моем мире мужчины дают еду женщинам.
Я моргнула.
— Они поступают так, когда хотят сделать малышей с женщиной.
Мой рот раскрылся. Сделать… малышей?
Он слизнул с большого пальца арахисовое масло.
— Нам не нужна еда, если есть теплое солнце. Еда — еще одно наслаждение.
Я не могла реагировать. Мой мозг застыл.
— Женщинам дают редкую или особенную еду. Она съедает ее, думает, что мужчина хороший, — он задумчиво замолчал. — Или заманивает его ближе, чтобы убить. Но если она тоже хочет делать малышей, она…
— Стой! — дико выпалила я. — Нет! Нет, нет, нет. Я не поэтому даю тебе… я не… я н-не…
— Знаю, — он раздраженно сморщил нос. — Я не zh’ūltis. Я знаю, hh’ainun ведут себя иначе.
Облегчение остудило мое смущение, а потом он склонился ближе к моему лицу, его запах смешался с привкусом масла, которым мы завтракали.
— Но это забавно, на? — он сверкнул усмешкой, показывая острые клыки. — Корми меня дальше, ваянин.
Мой рот был еще раскрыт, когда он отошел от стола. Я смотрела без слов, как он ушел в мою спальню, мои глаза были огромными, а лицо пылало.
Снова.
* * *
Я медленно листала гримуар с неприятной болью, растущей во лбу. Я не знала, как выглядели дополнения Миррины и могла только искать среди выцветших букв ее имя.
Антея начинала как волшебница, хотя я еще не поняла ее специальность. Я не была знакома с той веткой Арканы, на которой она сосредоточилась, и все было на древнегреческом, от этого понять было еще сложнее.
А еще Антея рано начала эксперименты. После четверти гримуара она сосредоточилась на заклинании, а к середине работала над массивом — проверяла, меняла, снова проверяла. Я не знала, как долго она работала над ним, но там были десятки вариантов. Она потратила на это месяцы? Годы? Десятки лет?
 
Потом она начала новый массив, который предшествовал иллюстрации утерянного амулета. Я листала иллюстрации, подперев подбородок рукой, локоть был на стойке для завтрака. Еще двадцать страниц — эксперименты с заклинаниями, массивы с записями и исправлениями. На копирование всего этого у меня уйдут месяцы.
Я открыла следующую хрупкую страницу, появился рисунок демона Первого дома. Антея начала призывать их тогда? Эти эксперименты с заклинаниями вели к призыву демонов? Я запомнила, что нужно показать их Амалии, когда она вернется, чтобы понять, совпадали ли массивы с современными, которые использовали для призыва.
Я пролистала до описания Двенадцатого дома, а после него Антея начала изобретать новое заклинание. Я потирала ноющий висок, листая список компонентов с большими абзацами уточнений. Внизу страницы была часть, записанная мелким почерком, и я чуть не пропустила два крохотных слова в конце.
Μυρρίνη Ἀθάνας
Миррина Атанас
Наконец-то! Я схватила блокнот, вывела ноутбук из спящего режима, на экране уже был открыт словарь. Мой карандаш шуршал по странице, пока я переводила абзацы.
Минуты спустя я забыла о головной боли. Я отклонилась и перечитала завершенный перевод.
Можно ли, переписывая, добавлять свои мысли? Я послушно скопировала все слова на странице, но не могу сдержать перо.
Интересно, почему Антея запретила призывать Двенадцатый дом? Почему предупредила о мести их потомков, но не боится мести от других Домов? Почему Двенадцатый дом другой?
И может ли это быть предупреждение с целью обмана?
Может, я раскрою ответы, которые скрыл наш гениальный предок, когда завтра призову сына Двенадцатого дома сама. Если это предупреждение верно, это станет моим единственным вкладом в наследие Атанас, и, надеюсь, сестра, ты простишь мою глупую надежду.
Миррина Атанас
Я затаила дыхание, перечитала перевод. Миррина пыталась призвать Валъира! Она должна была выжить, раз в записях мамы говорилось, что Миррина оставила не меньше пяти записей в гримуаре. Она преуспела в призыве?
Я повернулась на стуле.
— Заилас!
Он сидел на полу, скрестив ноги, пытаясь разгадать паззл на пять тысяч кусочков, который я принесла ему вчера. Я спрятала коробку в своем шкафу, и, не зная конечной картинки, он медленно продвигался в ее сборе. Это заняло его надолго, и помогала Сокс, которая ходила по кусочкам и разбрасывала их.
Он встал с пола и подошел ко мне. Я почти смогла подавить румянец, когда он остановился рядом с моим стулом.
Я указала на свой перевод.
— Я нашла первую запись Миррины, и тут говорится, что она планировала вызвать демона Валъир.
— Нас никогда не призывали.
— Похоже, она пыталась. Это могло не сработать, — я смотрела на свои записи. — Миррина задалась вопросом, могло ли предупреждение о Двенадцатом доме быть обманом. Но если так… то зачем?
Его хвост ударил по полу.
— Найди ее следующую запись, чтобы мы узнали.
Я закатила глаза и закрыла свой блокнот.
— Сейчас не могу. Мне нужно встретиться с Тори в гильдии через несколько часов, и…
Он резко повернул голову к двери квартиры, красный свет окутал его. Его сила полилась в инфернус, висящий на моей шее.
В дверь постучали.
Мне стало не по себе. Я прошла к двери и посмотрела в глазок.
У порога ждала невысокая женщина с короткими светлыми волосами в кожаной куртке и с длинной сумкой на замке за спиной, где точно прятался огромный меч.
Я сглотнула. Я отперла дверь и открыла ее.
— Привет, Зора.
Она недоверчиво посмотрела на меня и прошла в квартиру. Я стиснула зубы и закрыла дверь. Скрестив руки, я смотрела, как она разглядывает дом — книги на столе и паззлы Заиласа на полу. Сокс с опаской выглянула из-под кофейного столика.