Охота на злодеев для плохо подготовленных (ЛП)

— Нам нужно понять, какой маг пахнет демоном, — я вздохнула. — И почему.
Заилас пожал плечами.
— Это imadnul. Не важно, драда. Демон силен. Лучше держаться подальше.
— Разве ты не хотел спуститься и понюхать магов?
— Мне хватило виш на ней. Я думал до этого, что демон из Третьего дома, но он из Второго.
— Второй дом хуже Третьего?
— Первый и Второй дом — союзники. Их Динен сильные, старые и умные, — его хвост раскачивался. — Они больше других Домов убивают демонов Валъир.
Холодок пробежал ко мне.
— Почему?
— Мы слабые. Они ненавидят нас. Зовут нас karkis.
— Что это значит?
— На твоем языке… тот, кто предает? — он помрачнел. — Они говорят, что мы — Дом, который не призывают, и это наша вина.
— Ваша вина, что других демонов призывают? Это глупо!
— Они решили это давно, а другие послушали. Они убивают нас всюду. Нас меньше, чем Домов, которых призывают сотнями.
Ужас охватил меня. Другие демоны стирали его Дом в наказание за то, что делали люди? Общество демонов обвиняло самых слабых в их страданиях?
— В моем Доме осталось мало демонов. Старых нет, чтобы учить младших. Они не узнают, как быть сильными.
— Потому тебе нужно домой? — прошептала я. — Чтобы ты мог их научить?
— Я? Они не хотят, чтобы я их учил. Они и меня ненавидят, — он выпрямился, оттолкнулся от стола, явно собираясь сменить тему. — Драда, я хочу знать.
— Да? — осторожно спросила я.
— Что, — он склонил голову, — за пресс?
Румянец вернулся на мои щеки. Я надеялась, что он забыл о словах Тори, вот только он ничего не забывал.
— Пресс — мышцы на животе…
Он посмотрел на свой твердый живот.
— Как мышцы могут быть идеальными?
— Просто игнорируй слова Тори.
— Но твое лицо поменяло цвет, когда она сказала это.
Я встала со стула — он был слишком близко к взгляду с вопросом и идеальным мышцам — и поспешила к стеллажу с книгами.
— Просто забудь, Заилас.
Конечно, он прошел за мной.
— Что она имела в виду?
— Ничего?
— Мои мышцы лучше, чем у hh’ainun?
— Не знаю.
— Ты хочешь меня одеть?
— Нет.
— Почему твое лицо снова меняет цвет?
Я схватила книгу про массивы Арканы с полки.
— Мне нужно сосредоточиться.
Долгая пауза. Напряжение покалывало мою спину, пока я ждала.
Теплое дыхание задело мое ухо, когда он склонился.
— Я идеальный, драда?
Я охнула. Отпрянув от него, я поспешила к столу. Я сосредоточилась, открыла содержание книги и отчаянно пыталась вспомнить, что искала.
Тихий хриплый смех Заиласа разнесся по комнате. С пылающим лицом, стиснув зубы, я проклинала Тори и ее язык.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
Яркий свет упал на мои веки, пробуждая меня. Я сонно открыла глаза и увидела, что солнце проникает между штор. На миг я захотела отругать Заиласа, не задвинувшего их толком после своих ночных прогулок, а потом поняла. Солнце. В январе.
Я отбросила одеяло и выбралась из кровати. Холодный воздух ударил по моим голым рукам и ногам, майка и шорты были слишком тонкими для тепла, но я игнорировала прохладу. Я раздвинула шторы. Голубое небо с пушистыми облаками было бодрым фоном за скучными зданиями района.
Зима в Ванкувере была мягкой, но из-за того, что мороза не было, жители получали долгие месяцы пасмурной погоды. Улыбаясь, я поспешила в гостиную, раздвинула шторы на дверях балкона.
Солнце озарило меня, и я подставила лицо золотому свету. Роскошно. Я не могла дождаться лета. Чтение на улице, шелест деревьев на ветру, запахи летних цветов и свежескошенной травы…
Моя довольная улыбка была на месте, когда я развернулась. В спешке я не заметила, что комната уже была занята.
Заилас лежал на диване с подушкой под головой. Наш подросший котенок, Сокс, лежал на спине между его боком и спинкой дивана, лапы были в воздухе, уши направлены в мою сторону.
Демон тоже смотрел на меня, выглядел расслабленно, словно еще дремал, но на его лице не было сонливости. Он пристально разглядывал мое лицо, будто что-то искал.
 
Что он искал?
Мою кожу покалывало, желудок нервно сжался. Я поспешила отпрянуть от окна, и моя нога опустилась на что-то маленькое и круглое.
Кошачья игрушка проехала по ковру, унося с собой мою ногу. Я рухнула на пол с глухим стуком, а мячик зазвенел. Сокс спрыгнула с дивана и устремилась за желтой игрушкой, высоко задрав черный хвост.
Подавив стон, я села, потирая локоть.
Заилас убрал руки за голову.
— Ты даже не пятилась в этот раз, ваянин.
Новое оскорбление. Отлично.
— Нужно убирать за своим котом.
— Моим котом?
Я хмуро посмотрела на кошку, отбившую лапой игрушку на кухню.
— Ты ей нравишься больше всего.
— Это делает ее моей? — его хвост дрогнул. — Как сильно я тебе нравлюсь, ваянин?
— Ха, хорошая попытка, — я поднялась с пола. — Что значит ваянин?
Он ухмыльнулся.
Я скрестила руки.
— Надеюсь, ты не зовешь меня неуклюжей.
Его ухмылка стала шире, и я прикусила щеку изнутри, чтобы не зарычать. Он точно звал меня неуклюжей на своем языке. Я надеялась, что эта кличка не задержится.
— Давно ты дома? — буркнула я.
— Несколько часов. Пришел перед рассветом, — он зевнул, сверкнув острыми зубами. — Hh’ainun спят слишком много.
— Демона стоит спать больше, — его дрема не считалась — он всегда следил за тем, что происходило вокруг. — И задвигай шторы плотнее, когда заходишь.
— Хм.
Я ушла в свою комнату и надела пушистые домашние штаны и большой свитер. Я не собиралась сегодня выходить, так что могла нарядиться уютно. После пары минут в ванной я отправилась на кухню.
Сокс загнала игрушку в брешь между холодильником и шкафами и сидела посреди кухни, глядя на меня с обвинением.
— Я туда игрушку не бросала, — сказала я ей, вытаскивая мячик. Я бросила его над стойкой для завтрака, и она улетела из кухни следом за игрушкой.
Солнце заполнило дом, яркое и теплое. Мое хорошее настроение вернулось, и я напевала, наливая сок из клубники с бананом, а потом взяла йогурт, яблоко и опустила на стойку банку арахисового масла.
Я села на стул и начала нарезать яблоко на дольки. Заилас встал с дивана. Он вытянул руки над головой, выгнулся назад, проявляя гибкость, какой вряд ли добились бы люди в отличной физической форме.
Когда он выпрямился, я поспешила перевести взгляд на завтрак.
Дверь Амалии открылась. Она выбралась из комнаты со спутанными волосами и с халатом, висящим поверх ее футболки и леггинсов. Она опустилась на стул рядом со мной.
— Ты чего так рано встала? — простонала она. — Это твой?
Не дожидаясь ответа, она взяла мой стакан сока и выпила половину.
— Сегодня солнечно, — бодро сказала я, обошла стойку и через миг вернулась на стул со вторым стаканом сока и яблоком, которое я опустила перед ней. Я открыла банку арахисового масла. — И у меня много работы. Лучше начать рано.
— Ты про перевод гримуара? — она застонала, это перешло в зевок. — Это не срочно.
— Нет, но я хочу найти, что добавила Миррина, — я зачерпнула арахисовое масло на дольку яблока. — Я переводила гримуар уже больше двух недель, но не нашла ничего о призыве или демонах. Нужно зайти дальше. И я могу начать с поиска записей Миррины.
Она потягивала сок.
— Наверное.
Я жевала дольку яблока с арахисовым маслом, а Заилас подошел к нам. Одной рукой он держал Сокс, ее лапы болтались, и она урчала ужасно громко для такого маленького создания.
— Нашла что-нибудь о призывателе на пенсии? — спросила я у Амалии.
— Папа сказал, что его зовут Наим Ашраф. Он сейчас в «Глазе Одина». Проводит для них консультации, — она прикрыла глаз. — Точно хочешь повести с собой Тори на встречу с ним? Может, придется давить на него.