Куница. Том 2 (СИ)

— Рысь, едете вперёд, предупредите парней, чтобы были готовы перекинуть груз и драть когти, — приказала Олеся.
Покрутив эту идею, счёл её разумной, не став влезать со своими советами.
«Поняла,» — подтвердила девушка.
И через несколько секунд нас обогнала легковушка.
— Куница, — обратился ко мне Кабан.
— Чего?
— С нас бутылка, когда всё закончится.
Не объясняя, за что и почему, но я его понял.
— Пожалуйста.
Мы съехали с трассы на дорогу поуже и попроще.
— Маршрут отхода есть? А то наши друзья могут начать вообще все фуры останавливать.
— Да, — кивнула Олеся. — Уходить будем по просёлкам. Не беспокойся.
Ладно, будем считать, что у них всё продумано.
Грузовик свернул на какой-то натуральный просёлок, а затем и вовсе заехал на непонятного назначения асфальтированную площадку, где уже стоял развёрнутый кран и раскрытый длинномер. Кабан достаточно точно остановился под стрелой крана.
— Всё, в темпе! — крикнул он, выскакивая из кабины.
Я последовал его примеру, даже не спускаясь на асфальт, а сразу перепрыгивая на платформу. Успел запрыгнуть на контейнер и закрепить первый крюк паука, когда на контейнер запрыгнул Кабан. Закрепив все четыре крюка, спрыгнули. Кран, с натугой, но поднял контейнер и медленно перенёс его на длинномер, где встречали Як и неизвестный мне мужчина. Они завели контейнер в кузов, стоек которого едва хватало по ширине. Влез. Поставили, потратили минуту на закрепление контейнера, затем быстро закрыли борта и крышу. Всё, внешне — обычный закрытый кузов фуры.
— Олеся, предлагаю ехать в кузове, — предложил, прежде чем мы закрыли створки.
Девушка поджала губы.
— Нет, я лучше в кабине.
— Я поеду, — вызвался Кабан.
Распределились быстро. Двое неизвестных мне мужчин и Олеся в кабине фуры, мы с Кабаном в кузове, Як и Рысь в автомобиле, что прятался за краном.
Когда машина тронулась, я подошёл к створкам контейнера, прикидывая, можно ли их открыть внутри кузова. К счастью, да, одна открывалась без помех.
— Хочешь заглянуть? — спросил Кабан.
Киваю.
— Да, ради этого всё и затевалось. Советую отвернуться и не смотреть. За то, что внутри, уже погибло, демоны знают, сколько человек.
Кабан хмыкнул.
— Не рассказывай мне о секретности.
И демонстративно сел прямо на пол, спиной ко мне и контейнеру.
Я быстро проверил створки, но они были самыми обычными. Никакой магии. Однако я отчётливо ощущал контур блокировки. Осторожно открыл одну, заглянув внутрь. Темно. Повесил магический светильник.
Контур блокировки магии начинался через метр от входа. Судя по отсутствию свечения, даже в темноте, контур был пуст. Значит, внутри ничего не фонило магией. Сразу за контуром висела завеса, из полиэтилена, судя по виду. Осторожно шагнул за неё, постоянно прислушиваясь к ощущениям, в том числе к силе глаз, но ничего не обнаружил.
Содержимое контейнера напоминало... Не знаю. Куча всяких старых вещей, закреплённых, чтобы не двигались в движении. Картины, если судить по упаковке, какие-то вазы, кубки, сундуки, коробки, свёртки. Приходилось прислушиваться к каждому предмету, ища тот, к которому нужен был мой ключ.
Если нам подсунули пустышку, это будет очень смешно. Я даже сам искреннее над собой, идиотом, посмеюсь. А потом пойду искать и убивать шутников, потому что шутка стоила жизни хорошему, в целом, парню.
Тубус для крупных свитков дал отклик. Я повторил ключ и применил к предмету, получив подтверждение об открытии замка. Сняв светлячок со своего плеча и подвесив над парой стоящих рядом сундуков, аккуратно вскрыл тубус и очень осторожно вытащил содержимое. Большой, метровой ширины, свиток. Видом он напоминал древние китайские трактаты, которые видел я только на картинках.
Открыл свиток и хмыкнул. Китайский, кто бы мог подумать.
— Олеся, нам потребуется переводчик.
 Глава 40 
 Трасса
 Март 1983 года
Ещё раз проверил и осмотрел всё содержимое контейнера, удостоверившись, что свиток с китайскими письменами не обманка для дураков. Например, закрепили настоящий свиток на какой-нибудь картине и запаковали, а в тубус вложили рецепт супа. Но нет, я внимательно всё осмотрел, надписи присутствовали только на свитке в тубусе. Даже проверил ткани на проявление магией, и на скрытые чернила, к счастью, знал, как это сделать. Ничего.
 
Тубус со свитком я закрыл всей защитной магией, какую счёл уместной. После чего закрепил лямки и закинул себе за спину. Когда вышел обратно в кузов, закрыв контейнер, Кабан обернулся, удостовериться, что я цел. Естественно, тубус боец тоже заметил.
— Из-за этого весь сыр-бор? — спросил оперативник.
— Именно, — подтверждаю.
— Понял, — и мужчина потерял интерес к тубусу. — Так даже проще.
Мысль была правильная, поэтому я сразу потянулся к рации.
— Олеся. Груз у меня с собой. Контейнер больше не нужен. Его содержимое представляет только историческую ценность.
Услышав о переводчике, девушка даже не стала спрашивать, с какого языка, коротко бросив: «я подумаю». Сейчас ответ был развёрнутым:
«Хорошо, поменяем транспорт. Фура в одну сторону, мы в другую. Остановка через... — на пару секунд девушка отпустила кнопку передачи, — Через двадцать минут.»
— Понял, ждём.
Кабан поправил оружие, убирая его под одежду. Если мы остановимся на какой-нибудь заправке, не нужно привлекать внимание случайных свидетелей. Я потратил время на контролируемую регенерацию, убирая все следы ран с тела.
Минут через двадцать фура действительно замедлилась, а вскоре и вовсе остановилась.
«Приехали, пересаживаемся,» — скомандовала Олеся.
Я думал, что дальше поедем мы впятером, а неизвестные мне сотрудники поедут дальше с грузовиком, но нет. Когда мы с Кабаном оказались на улице, Олеся уже указывала Яку и Рыси на фуру. Обернулась, ткнула в меня пальцем и указала на легковушку.
— Вижу, дальше едем порознь, — понял Кабан. — Неплохо поработали, Куница. Может, ещё свидимся.
Мужчина протянул мне руку. Я ответил на рукопожатие.
— Надеюсь, в более мирных обстоятельствах, но, боюсь, это маловероятно.
Тот улыбнулся и кивнул.
Через несколько минут мы с Олесей покидали заправку. За рулём, естественно, сидела девушка, тубус лежал на заднем сидении.
— Нам нужен не просто переводчик, — заговорила оперативница, когда мы вышли на трассу и набрали скорость. — А востоковед. Там ведь наверняка какой-нибудь тибетский диалект.
Киваю.
— Да, потребуется специалист, который хоть что-то понимает в их методиках развития и культивации. И которому можно доверять. Есть кто-нибудь на примете?
Как ни странно, Олеся ответила практически сразу.
— Да, есть. С этим проблем не будет.
Удивился.
— Так уж?
Девушка улыбнулась.
— Это обитатель иного плана. Самурык, птица познания.
Я попытался найти в своей памяти что-то об этом создании, но не сумел.
— В первый раз слышу.
— Не удивлена, — улыбка Олеси стала шире. — Пантеон тайны не просто так получил своё имя. Самурык там не на самой вершине, конечно, но достаточно высоко. Специальный отдел четвёртую сотню лет работает с Самурык, идеальная хранительница секретов.
— Тогда зачем вопрос про востоковеда?
Девушка пожала плечами.
— Если бы справился обычный переводчик, я не стала бы обращаться к Тридцатиликой Птице.
Пожалуй, да. Даже если ты точно знаешь, что потустороннее существо не выкинет какой-нибудь пакости, всё равно предпочтёшь обойтись без него, имея такую возможность.
— А что касается тебя? — продолжила Олеся. — Доверия между нами уже достаточно, чтобы ты рассказал о себе?
Я закатил глаза, вздохнув.
— Мы здесь одни, никаких посторонних. И мы уже достаточно далеко зашли, как я думаю. Неужели твоя тайна опаснее того, что мы уже делаем?
— Я надеюсь, мы едем вдвоём не потому, что ты захотела остаться со мной наедине?