Последний долг (ЛП)

У меня перехватило дыхание, когда девушка склонилась у моих ног, поставив чашу на землю. Развернув мои ладони, она поцеловала каждый палец, бормоча заклинание, от которого у меня по спине побежали мурашки.
Я попыталась вырваться, но Кат держал меня крепко.
- Подожди…
Девушка сверкнула клинком.
Я стиснула зубы.
- Нет…
Прежде чем я успела остановить ее, она порезала мою ладонь и разместила кровоточащий порез над чашей.
Ой!
Жгучая боль мгновенно пронзила рану. Хлынула кровь, густо капая в чашу девушки.
- Зачем ты это сделала? - Мой голос граничил с гневом и любопытством. Моя рука умоляла сжать рану и защитить ее.
Девушка ничего не ответила: она просто подождала, пока в чаше не образовалась маленькая алая лужица, прежде чем отпустить меня.
Музыка превратилась в лихорадку, мужчины стучали в барабаны, женщины стучали каблуками. Маленькая девочка вернулась со своей кровавой добычей, танцуя и завывая на Луну, когда голоса поднялись в Древнем благозвучии.
Все мое тело было в огне.
Моя кровь быстро текла.
Моя кожа ярко вспыхивала.
Мой страх превратился в опьянение.
Я хотела присоединиться к ним. Стать такой же дикой.
Я забыла о своей ране. Я игнорировала своё затруднительное положение и будущую опасность.
В тот момент, когда девушка взяла мою кровь, я стала не просто изгоем в этой чужой стране, я стала одним из них.
Кат втянул в себя воздух, что-то странное и не совсем нежеланное пульсировало между нами. Он оторвал от меня взгляд, когда девушка закончила свой пируэт и с визгом уронила чашу в огонь, разбившуюся о горячие угли, шипя от горящей крови. Сильный запах наполнил воздух, когда танец превратился в безумный, поставленный шаманами, бросающими вызов гравитации.
Быть где-то, где жизнь не сводится к телевизору или работе - стрессу или обыденной нормальности - видеть, как люди веселятся, опьяняло меня больше, чем любой опыт.
Ночь ожила от пения и топота ног, и распутывающаяся сила внутри забурлила быстрее. Мне захотелось встать. Мне хотелось танцевать. Я хотела забыть, кто я такая, и отпустить всё.
Это был опыт всей моей жизни, и моя жизнь почти закончилась. Здесь была моя мать. Здесь была моя бабушка. Каждый предок каким-то образом оживал и существовал в пламени зачарованного огня.
Мы все шли одним путем...и потерпели неудачу. Предполагалось, что я буду последней из Уивер, но время больше не влияло на мои планы. Оно рвалось вперед, таща меня с трудом, подталкивая к концу, который я не знала, как остановить.
Передо мной появилась женщина. Кокосовые бусы и крокодильи зубы украшали ее шею, свисая между обнаженных грудей.
- Ты. Пить. - Сунув мне под подбородок грубо сколоченную миску, она поднесла молочную субстанцию к моим губам.
Я попятилась назад, качая головой.
- Нет, спасибо.
Кат потянул за веревку, его лицо светилось силой.
- Пей.
Я поджала губы.
- Ты должна. - Женщина попыталась еще раз.
Я отвернулась. Жидкость пахла вонью и гнилью.
- Ты выпьешь, Нила. - Набросившись, Кат сжал в кулаке мои волосы, удерживая голову на месте, пока женщина снова подносила миску к моему рту.
Я протестующе сморщила лицо. Илистая жидкость брызнула мне на губы.
Я не знала, что это было, но оно было сильным - потусторонний запах предупредил меня, что я не буду прежней, если проглочу его. Мне не понравятся результаты, если я сдамся.
Стойте! Пожалуйста, остановитесь.
Женщина попыталась еще раз, ударив меня по губам краем миски. Раздавленные листья и корни лежали на дне. Женщина выругалась на суахили, глядя на Ката, ища помощи.
- Она этого не сделает.
- Сделает. - Все еще держа меня за волосы, он протянул свободную руку и схватил мою кровоточащую ладонь. – Открой рот. - Со свирепостью он вонзил ноготь в свежую рану. Я изо всех сил старалась не пить, но его хватка была мучительной.
Жар и боль заставили меня открыть рот, и в горло хлынул глоток отвратительной жидкости.
Мои глаза наполнились слезами.
Меня затошнило.
Женщина удовлетворенно кивнула.
- Хорошо. - Она встала и скользнула обратно к своим товарищам по танцу.
 
Оставшись наедине, Кат обнял меня и поцеловал в щеку.
- Хорошая девочка. – Он высунул язык, слизывая капельку с моей нижней губы, как любовник делает со своей невестой. - Позволь ему преобразить тебя. Позволь ему завладеть тобой.
Я вздрогнула, борясь с его объятиями.
- Отпусти меня.
Кат усмехнулся и поцеловал меня в уголок рта.
- Не сопротивляйся этому. Ты не можешь с этим бороться.
- Я буду бороться, что бы ты со мной ни сделал. - Наши глаза встретились. Мое сердце ревело от ненависти.
Но потом…
Что-то смягчилось.
Что-то закипело.
Пробираясь на цыпочках сквозь мою кровь, крадя рациональность, здравомыслие и связность.
- Что...что ты дал м…мне? - Моя способность говорить на правильном диалекте пошатнулась, когда напиток быстрее сливался с моими мыслями.
Кат широко улыбнулся: его лицо искажалось, пока мое зрение то прояснялось, то искажалось.
- Подожди еще минутку. Ты увидишь, как бесполезно сражаться. - Его губы снова ласкали мои. Мягко, дразня, уговаривая меня отреагировать.
И на этот раз ... я не могла ненавидеть его.
Мое отвращение сменилось симпатией. Моя ненависть – мучительным приветствием.
Мое сердцебиение покинуло эпицентр моей груди, пронзая каждую конечность. Мои пальцы почувствовали это. Мои уши почувствовали это. Даже пряди моих волос стучали в такт.
Мне было жарко.
Мне было холодно.
Я была больна.
Я исцелилась.
Что происходит?
Порыв ветра, буря, муссон пронзили мое тело. Что бы ни дала мне эта женщина, оно разрушило мои отрицания и отвращение, превратив их во внезапное непреодолимое желание поцеловать его в ответ.
Боже, поцелуй. Такой деликатес. Язык, такой дар.
Поцелуй его.
Я вырвалась и сплюнула на льняную циновку.
- Нет!
Кат превратился в рябь пламени и звездного света.
- Я тебе не верю. - Его пальцы прошлись по моей коже. Мой рот говорил "нет", но мое тело говорило "Да".
Нет...этого не может быть…
Я застонала, борясь с веревками, погружаясь все глубже и глубже в то заклинание, которым он меня накормил.
Я не знала, что было в моём рту.
Я не знала, что пробиралось огненным потоком в мой живот.
Но я знала, что это было агрессивно, собственнически и убедительно.
Порочно.
Намного, намного сильнее, чем все, что у меня было раньше.
Я не могу с этим бороться.
Мой язык онемел, а за ним - горло и кожа. Моя киска пульсировала в ожидании освобождения. Мой разум жаждал связи. Я никогда не была так разочарована в себе и так раздражена тем, что не позволяла такой восхитительной потребности вырваться наружу.
Я разделилась на две части.
Я стала тем, кем не была.
Я стала существом без морали и человечности, просто животным, которое хочет трахаться.
Дрожь охватила меня, когда я боролась с ошеломляющим ощущением, чтобы отпустить. Чтобы поддаться магии. Быть унесенной рекой греха.
- Сделай это, Нила. Позволь ему забрать тебя. - Пальцы Ката были крошечными птичками на моем позвоночнике, перьями в моих волосах.
Я застонала, дрожа и желая.
- Пусть он победит, и сегодня не будет изнасилования. Сегодня вечером будет лучший, бл*ть, секс в твоей жизни.
Нет.
Да.
- Нет!
О, Боже мой.
Его слова были приглашением к моей гибели, маня ближе с каждым словом.
Мое сердцебиение стало сильнее, подавая наркотик в каждую часть меня.
- Вот так. Отпусти. Забудь о прошлом и будущем. Подумай о том, как хорошо будет чувствовать себя мой член. Как было бы восхитительно, если бы я трахнул тебя прямо здесь.
 
Бл*ть.
Секс.
Мой
Бог…
Я зажмурилась.
Его пальцы скользнули по моим волосам, пылая страстью и ужасом.