Великан Севера (СИ)

— Бриньольф, смотрю ты нашёл себе новых друзей? — поинтересовался я у него, медленно подойдя к нему.
— Дядька Эрик? Слава Богам, ты тут. Я уже битый час объясняю этой орясине, что не могу отдать ему своего пленника без твоего позволения, а он кажется не понимает…
— Вижу, что не понимает. Но во всяком случае старается понять, иначе давно бы уже взялся за свою дубину. Так что давай я тоже попробую с ним поговорить.
Выйдя на передний план, я привлёк к себе внимание великана, и медленно, жестами, попробовал объяснить ему, что теперь разговаривать нужно со мной. Реакция моего собеседника была достаточно интересной: во-первых, он произнёс несколько протяжных и тягучих звуков, которые дублировал жестами, и как я понял признал во мне дальнего потомка своего вида, а во-вторых, после нескольких минут общения мне стало понятно, что, общаясь жестами мы ничего не добьёмся, так как банально не понимали и половины сказанное друг другом. Поэтому, я, подобрав ближайшую ветку, начал вырисовывать на небольшом пяточке земли рисунки, пытаясь хоть так наладить связь. И как не странно, дело пошло, севший на землю великан подобрал такую же палку начал вырисовывать свой ответ.
Как я понял из последовательности символов: великан, мамонт, костёр с чем-то жарящимся над ним — мамонтятина являет немаловажной частью рациона великанов. Следующие рисунки: великан, мамонт, человек; великан отдельно, человек, перечёркнутый мамонт; пустой костёр, перечёркнутый великан, дубина; и наконец: великан, человек, дубина и костёр с человеком на нём, говорили только о том, что из-за убыли мамонтов великаны начали голодать, и стали нападать на людей, в том числе ради пищи. Финальной последовательностью рисунков стали: человек, причём великан указал конкретно на захваченных нами пленников, дубина, перечёркнутый человек, а значит от меня хотели, чтобы я отдал захваченных пленников на растерзание великанам.
В принципе, такой расклад меня бы устроил, если бы не необходимость всё большего количества руды, добывать которую некому. Так что немного поразмыслив, я вновь начал чертить на земле палкой. Начал я с рисунка пещеры, затем нарисовал человека, указав на пленников, следом закрытую пещеру и наконец перечёркнутого человека. И не дожидаясь реакции великана продолжил рисовать: человек, костёр с едой, великан.
Мой собеседник, глядя на моё предложение, крепко задумался, и даже обменялся несколькими фразами со своими спутниками. В итоге, через несколько минут, великан твёрдо посмотрел мне в глаза и утвердительно кивнул, а значит согласен отказаться от мести, если мой клан поставит ему еду. Решив ковать железо пока горячо, я вновь поднял палку и начал вырисовывать нечто, что должно было значить предложение начать торговлю, мой клан даёт две меры еды на одну меру мамонтового сыра. Великан, уже собравшийся куда-то уходить, замер на месте и внимательно присмотрелся к моему предложению. А потом пошёл ещё более интенсивный обмен рисунками, так как великан, похоже, не мог понять, что именно от него требуется, предлагая мне за еду шкуры и прочую ненужную ерунду. В итоге пришлось отправить Бриньольфа к пастухам, и потребовать у них образец мамонтового сыра.
В конце концов, уже ближе к вечеру, нами было всё же достигнуто соглашение, по которому, на протяжении всего начала весны, лета и части осени, на этом самом месте, у пещеры Сломанный Клык, раз в две недели наши народы будут производить обмен, мы привозим еду, они сыр, мамонтовое молоко и бивни, взамен получая еду по курсу: один к одному за молоко, два к одному за сыр и пять к одному за бивни. Достигнув такого соглашения, попутно узнав даже несколько слов на великаньем (да, нет и еда), я полностью довольный собой спокойно ехал домой.
Прибыв в Зал Титанов только на следующий день, первое что было сделано — это оправлено письмо ярлу, что наша зона ответственности очищена от браконьеров, и наш клан ждёт дальнейших указаний. И только потом начался разбор трофеев и работа над пленниками, которых сначала полностью вылечили, а потом намертво заковали в кандалы. Браконьеры неудачники молили о пощаде, обещали деньги и вообще что угодно, только бы не отправляться в шахты до конца своих дней, но увы, приговор ярла неумолим, или плаха, или обращение в трэлла.
 
А дальше жизнь вновь потекла своим чередом, велись работы по возведению новых зданий в городе, товары или отправлялись на рынок Вайтрана, или продавались заезжим купцам, а я продолжал возводить свою циклопическую плавильную печь, всё так же покрывая каждый камень рунической вязью. Единственное, что внесло немного изменений в размеренную жизнь, так это первый обмен с великанами.
Полученные в ходе обмена шестьдесят килограмм сыра и две полные бочки молока тут же пошли в дело и были употреблены кланом и прочими горожанами, что привело к непредвиденному. Спустя пару часов что мужчины, что женщины почувствовали некие неудобства в паху. А ночью из каждого дома разносились сладострастные охи и вздохи, включая те, где жили глубокие старики и старухи.
Итогом ночи страсти стал запрет на употребление мамонтового сыра, во всяком случае в больших количествах, до полного исследования всех его свойств, так как если бы в этот момент случилось нападение, клану пришлось бы полностью капитулировать. Впрочем, были и хорошие новости, через пару месяцев было выяснено, что девяносто процентов женщин детородного возраста, поучаствовавших в дегустации беременны, а все кто имели супругов Титанорожденных, судя по размерам плода, родят детей с пробуждённой кровью великанов. Если наложить на это то, что недавно роды сами по себе стали намного быстрее и легче для женщин клана, то через двадцать лет клан получит примерно тридцать новых воинов с кровью великанов в жилах.
Такое положение вещей было воспринято на ура, а Изабелла, затащив остатки сыра и молока в свою лабораторию, начала проводить над ними эксперименты. И всё бы ничего, если бы не один неприятный побочный эффект, а именно, большая часть из нас мало что помнила из событий ночи, полностью поглощённые страстью мы, кажется мало что соображали. Как итог, беременны были и многие вдовы, но на этот факт все дружно решили закрыть глаза, дети есть дети, и если они будут частью клана, не так уж и важно, от кого конкретно они были зачаты.
Следующие несколько лет были посвящены в основном приятной рутине, было окончательно закончено строительство всех ранее заложенных районов, отчего из нашего города почти перестало поступать необработанное сырьё. Все воздвигнутые мастерские работали как часы, а заранее спланированное их расположение в дополнении к удачно поставленным складам, сделали работу ремесленников намного более удобной. Так что отныне каждое утро нашего города начиналось с перезвона молотков, скрипа переносимых туда-сюда ящиков и бочек, и многоголосого гомона из сотен голосов.
Перечень товаров, выпускаемых Залом Титанов, был воистину огромен и продолжал пополняться. Засадив некоторые поля льном и разведя достаточное количество овец, в городе начали производиться ткани. Пользуясь обрывками знаний из прошлой жизни, мне удалось наладить выпуск настоящей тушёнки, и пусть вместо металлической банки приходилось обходиться глиняным горшком, герметичность которого обеспечивало топлёный овечий жир, популярность этого продукта была просто заоблачной. Распробовав новинку и оценив её полезные свойства, торговцы выкупали всё что было на складах, что привело к забавному курьёзу, больше половины моего клана так и не попробовали по-новому приготовленное мясо в горшочках, так как оно исчезало быстрее, чем его успевали продегустировать. Освоив производство плугов и прочих сельскохозяйственных инструментов мой клан не только полностью оснастил ими собственные владения, но и продал их всем соседям. Были ещё тысяча и одна мелочь, которую мой клан производил и продавал, отчего с каждым годом становился всё богаче и влиятельней, а в наш город и деревни приходило всё больше людей, и как итог, к 186 г. 4Э население города Зал Титанов достигло двух с половиной тысяч, а в его окрестностях были возведены ещё несколько деревень.