Антология советского детектива-43. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
«36 тигров пытались меня разорвать. 21 пуля настигла их...».
Тенор запел:
О, Баядера,Я пленен красотой.О, Баядера,Будь моею мечтой...Старшина продолжал записывать:
«Двадцать четыре раза я выстрелил в воздух. Шестьдесят один зверь бросился в джунгли».
«Ну и веселье! — усмехнулся Каримов. — А в награду десять поцелуев... Расщедрилась!»..
Тенор забрался на слишком высокие ноты, и джаз торопливо заглушил его.
— Что ты расскажешь мне еще, мой милый, мой хороший? — пропело меццо-сопрано.
— Я расскажу такую быль, — напыщенно ответил мужчина. — Но прежде ты реши сама: как, храбр я или нет?
А старшина всё записывал и записывал:
«За мною гнались тридцать две собаки, семнадцать из них были белые, пятьдесят две — серые, остальные тридцать три — черные. У каждой белой собаки во рту было двадцать зубов, у серой — двадцать пять, а у черной — шестьдесят четыре. Спрашивается: за какую ногу укусили меня собаки, за правую или за левую?»
— Ах, мой милый, ведь это из Чехова! — догадалось меццо-сопрано.
Мужской голос запротестовал:
— Но я критически осмысливаю задачи сумасшедшего математика.
— И что же получается?
— Сорок один раз пытался я доказать, что сорок восемь меньше сорока пяти. На шестьдесят восьмой улице меня за это чуть не зарезали.
— Как же ты спасся, мой храбрец?
— Я спросил убийцу: если теще восемьдесят один год, а жене двадцать семь, — который час?
И снова подхватил тенор:
Красотки, красотки,Красотки кабаре...Старшина выключил радио и несколько раз перечитал свои записи:
«Тридцать шесть тигров пытались разорвать меня. Двадцать одна пуля настигла их...».
36... 21... 24... 61... 10... 32... 17...
Не слишком ли много цифр?
И вдруг неясное еще подозрение шевельнулось в мозгу. Старшина попытался снова поймать неизвестную станцию, но передача уже закончилась.
Каримов позвонил начальнику заставы. Тот прибежал в ленинскую комнату. Вместе крутили радио, но концерт для русских эмигрантов больше не передавался.
Перед полковником Воронковым лежало донесение капитана Демина:
«...36 тигров пытались разорвать меня. 21 пуля настигла...».
А спустя несколько минут и майор Безуглый склонился над бланком, где были выписаны эти цифры:
36 21 24 61 10 32 17 52 33 20
25 64 41 48 45 68 81 27
Только что его вызвал к себе начальник отдела:
— Ваше мнение?
— Мне кажется, это может быть ответом радисту, — сказал Безуглый.
— Я тоже так думаю.
Безуглый пригладил волосы.
— Трудность заключается в том, — заметил он, — что старшина Каримов не слышал ни начала, ни конца передачи. В таком случае я боюсь утверждать, что двадцать семь — последний знак — точка.
— Но если предположить, что система шифровки прежняя, то у вас имеется немало других отправных пунктов, — вставил начальник отдела.
— Это верно, — согласился Безуглый. — Мы знаем, что день передачи должен соответствовать определенной главе «Финансиста». Это во-первых. А во-вторых, шифровальщик, надо полагать, не случайно всякий раз пропускал первую фразу в тексте.
Майор, в который уже раз за эти дни, открыл третий том сочинений Драйзера. Страница восемьдесят шестая. Глава четырнадцатая:
Это был Джордж Стинер, новый городской казначей, игрушка в руках других, который и сделался-то важной персоной именно по причине своего слабоволия...
Точка оказалась сто сорок шестым знаком. Майор нахмурился. Значит, конца кодограмы действительно нет. Стал заменять цифровые группы буквами:
ОРОКЖОТУД...
Бред. Несусветный бред.
Безуглый еще раз внимательно прочел донесение капитана Демина:
Четырнадцатого в 01.00 местного времени неизвестная радиостанция на коротких волнах передавала концерт для русских эмигрантов...
— В час ночи местного времени, — повторил Безуглый. — Запеленгованный передатчик работал на три часа раньше... Минуточку...
Он перечитал донесение начальника заставы:
«Старшина Каримов подключился к середине передачи. Обратил внимание на загромождение дикторского текста числами. Вот что он успел записать: «36 тигров пытались разорвать меня...» и так далее.
Безуглый позвонил полковнику Воронкову. Полковник Воронков немедленно вызвал заставу:
— Откуда старшине известно, что передача велась для русских эмигрантов?
— Так объявил диктор, — сообщил капитан Демин.
— Позовите старшину.
— Он здесь, — ответил капитан Демин. — Передаю трубку.
— Как вы набрели на неизвестную станцию?
— Случайно, товарищ полковник. Хотел послушать что-нибудь интересное, а тут вдруг это...
— А начало передачи вы не слышали?
— Почему же, слышал. Диктор объявил: начинаем концерт для русских эмигрантов... Это я хорошо помню.
— Ну, а что было дальше?
— Я стал искать наши станции. Потом снова попалась эта. Вот я кое-что и записал.
— А в самом начале больше ничего не говорил диктор? — продолжал допытываться Воронков.
— Он сказал: сегодня тринадцатое. Двадцать часов среднеевропейского времени, — ответил старшина после непродолжительной паузы...
...И опять майор Безуглый задумался.
Двадцать часов среднеевропейского времени — это двадцать два часа по-московски. Возможно, за границу передачи идут в двадцать два ноль-ноль по местному времени, а ответ поступает в двадцать два ноль-ноль по московскому... Диктор подчеркнул: сегодня тринадцатое. Значит, в тринадцатой главе нужно искать ключ
Безуглый перелистал несколько страниц назад. Выписал вторую фразу тринадцатой главы:
Стоял октябрь 1864 года.
Двадцать четвертый знак — точка.
Он посмотрел на бланк с цифрами.
36 21 24
Это значит: «БО».
Вполне допустимо, что какое-то слово оканчивается на «БО». Ведь старшина не слышал начала передачи. Но что же в таком случае означает:
61 10 32 17 52 33 20 и так далее.
Майор раскодировал.
Опять явная бессмыслица.
Но может быть, для ответа используется как раз пропущенная начальная фраза в тексте?
Безуглый решил проверить.
В то время как Каупервуд неуклонно продвигался вперед по пути жизненных успехов, великая война против восставшего Юга близилась к концу.
36 21 24
П Р Д
Шестьдесят первый — пробел.
Что же это за слово оканчивается на «ПРД»?
Майор напрасно ломал голову.
Но, может быть, вернуться к четырнадцатой главе, исследовать ее первую фразу?
Быстрое продвижение Каупервуда, главы фирмы «Каупервуд и К°», последовавшее за его блестящей операцией...
36 21 24 61 10
В К П Р
Тридцать второй знак — пробел.
И дальше:
17 52 33
Н — Г
Двадцатый — снова пробел.
— Опять несуразица! — майор отбросил строкомер и некоторое время сидел без движения.
Позвонил начальник отдела, — справился, как дела.
— Мне нужно с вами посоветоваться, — сказал Безуглый. — Разрешите зайти?
— Да, пожалуйста.
«И он еще не ложился!» — подумал майор, взглянув на часы.
Было начало пятого.
— Старшина показывает, что конферансье ссылался на Чехова, — сказал начальник отдела, едва Безуглый вошел.