Женитьба порочного герцога

Харриет надела прочные башмаки.
– Я думаю, первым делом нужно спросить в театре.
– Нет! – воскликнула леди Паулис. – Я боюсь оставаться одна. Вы не можете уйти, Харриет. А если меня тоже похитят? Чтобы попросить вдвое больше денег за выкуп. Ведь если они наблюдают за домом, то им не составит труда похитить меня, когда я останусь одна.
Харриет колебалась. На кончике языка так и вертелась реплика по поводу того, что если кто и попытается утащить леди Паулис помимо ее воли, то каждый полисмен с Боу-стрит, каждый солдат конной королевской гвардии, каждый добропорядочный гражданин столицы будет в курсе происходящего. Но страх – мощное оружие, и Харриет не желала нести ответственность за то, что могло случиться с Примроуз в ее отсутствие.
– Мне нужно переговорить с сэром Дэниелом. Это крайне важно. Он должен знать, с чего начать поиски. Мы пошлем Трентона к лорду Хиту, Раскина к сэру Дэниелу и на всякий случай кучера к лорду Дрейку.
– Но ведь тогда мы будем совсем беззащитными, разве нет? – спросила леди Паулис с сомнением в голосе.
– Мадам, у вас есть я. Для обороны дома этого хватит, уверяю вас. Кроме того, дворецкий останется с нами.
– Ох, дорогуша…
Для Харриет было не самое подходящее время, чтобы рассказывать о своем бурном прошлом, поэтому она удержалась и сказала следующее:
– Давайте рассуждать спокойно. Какие шансы у преступника проникнуть в этот дом до того, как вернется герцог?
Судя по выражению лица леди Паулис, слова Харриет все еще не убедили ее.
– Я буду чувствовать себя спокойнее, если мы принесем в гостиную пару пистолетов Гриффина, пока ждем его.
– Отлично, мадам. Если так вам будет удобнее.
– Ах да, еще один пистолет лежит у меня в сумочке. Принесите мне его, дорогуша, и захватите мою кашемировую шаль.
– Да, мадам.
Леди Паулис положила сухую ладонь на руку Харриет:
– Пусть это не лучший момент для счастливого праздника, о котором я так долго мечтала, все же примите мои искренние поздравления. Для меня было очевидным, что вы и Гриффин полюбили друг друга.
Харриет ответила не сразу.
– Мне кажется, или вы действительно слегка поспособствовали такому развитию событий?
– Разумеется, я приложила к этому руку. Я же говорила вам, что сделаю все, что в моих силах, чтобы Гриффин не сделал неверный выбор.
Это вовсе не означало, что Харриет является тем самым верным выбором, на который намекала Примроуз. Впрочем, Харриет ее ответ вполне удовлетворил. И если им улыбнется удача, то уже в ближайшее время они поднимут бокальчик-другой хереса за грядущее торжество.
  
Глава 34
 
 Настал наш день, и мы с тобой бежим…   [12]  
  Перси Биши Шелли. «Эпипсихидион»  
Удивительно, какие силы придает человеку любовь. Гриффин день и ночь держался на одних нервах. Как только он чувствовал, что начинает слабеть, то достаточно было одной мысли о Харриет, прильнувшей к нему в постели, и силы возвращались. Он хотел найти Эдлин, чего бы это ему ни стоило, чтобы они могли стать полноценной семьей. Так было заведено в славном роду Боскаслов.
К счастью, лакей, которого послала Харриет к сэру Дэниелу, помог напасть на след. Кроме того, двое полицейских вспомнили имя, написанное Эдлин в дневнике. Они рассказали, что актриса Рози Портер всегда славилась своим скандальным нравом. В театре она регулярно одевалась в вызывающие наряды на сцене, ругалась с руководителем труппы, и не исключено, что сбежала с женатым мужчиной.
Это была ниточка, какой был рад любой сыщик. Беда в том, что никто не видел миссис Портер уже много лет.
Гриффин сидел в полицейском участке и пил кофе с сэром Дэниелом, который опрашивал бывших и нынешних сотрудников «Королевского театра», где когда-то выступала Розалия Портер.
Имя Харриет также всплывало несколько раз, и всегда о ней отзывались с такой теплотой, что Гриффин чувствовал уколы ревности. Он с каменным лицом слушал, как какой-нибудь актер или гример интересовались, куда подевалась рыжеволосая, смешливая красавица.
 
В итоге после нескольких утомительных часов расспросов на столе выросла кипа исписанной убористым почерком бумаги, что не привело ни к чему. Никто не мог назвать хоть сколько-нибудь достоверное местонахождение миссис Портер.
Ближе к вечеру у дверей полицейского участка появилась толпа охотников за наградой в надежде разузнать свежие подробности дела.
– Идите домой, – сказал сэр Дэниел Гриффину, надевая плащ. – А я выйду с черного хода. Как правило, от охотников за наградой больше вреда, чем пользы.
– Пошлете за мной, если что-нибудь случится?
Сэр Дэниел кивнул:
– Возможно, в ближайшее время я зайду к вам домой. У миссис Портер будет право на последнюю просьбу…
– Едва ли, – сказал Гриффин, понимая, что женщина, которая спланировала и совершила такое дерзкое преступление, способна на вещи, о которых Гриффин даже думать не хотел.
Почему Эдлин не верила ему?
Он знал ответ. Правда никогда не изменится. Эдлин винила его в смерти отца. Она никогда не обвиняла его в открытую, ему вообще было удивительно, что во время их обычных ссор она ни разу не бросила ему в лицо свои подозрения.
Он шел домой, сначала на север по Друри-лейн, мимо академии, затем по Оксфорд-стрит, а уж оттуда по Беркли-сквер. Кузены научили его ориентироваться в Лондоне. Он прошел бордель на Брутон-стрит, где мужчины клана Боскаслов были почетными гостями и завсегдатаями. Гриффин усмехнулся. Харриет поджарит его на вертеле, если он заикнется в ее присутствии о своем гареме.
Когда Гриффин подходил к Бедфорд-сквер, он убавил шаг. Только сейчас он задумался, зачем сэру Дэниелу заходить к ним домой. Неужели он считает, что леди Паулис и ее компаньонке угрожает какая-то опасность? Гриффин как-то не задумывался, что похитители Эдлин могут отважиться на что-то большее.
Подчиняясь импульсу, он обошел площадь по кругу и повернул к своему дому с заднего входа. Осевшая калитка, ведущая в сад, была закрыта. Или это ему только показалось? Гриффин даже не помнил, проверял он ее или нет. Но он определенно велел слугам держать все двери и ворота запертыми в любое время дня и ночи, однако кто-то явно ковырялся в замке ножом, потому как из личинки торчало сломанное лезвие. Сердце екнуло. Была половина шестого вечера.
Гриффин распахнул калитку и услышал позади на мостовой торопливые шаги. Один из людей сэра Дэниела прогуливался мимо с тростью в руке. Он тоже заметил нож?
– Прогуливаетесь после ужина? – бросил он человеку в длинном котелке.
Человек замер. Он знал Гриффина и знал, что они не должны узнавать друг друга на людях.
– Может ли так случиться, что это был ваш нож? – спросил Гриффин с некоторой надеждой в голосе.
Человек снял шляпу. Гриффин заметил еще три знакомых лица среди прохожих, один из которых прогуливался по мостовой с собакой.
– Ваша светлость, – сказал полицейский тихим голосом. – Это признак преступного проникновения. Я рекомендую вам оставаться здесь, пока мы не проверим в доме.
Гриффин медленно покачал головой:
– Это мой дом, и я войду в него через вход для прислуги. Если я встречусь с преступником, то сам разберусь с ним, как умею.
– Ваша светлость, позвольте хотя бы мне пойти с вами.
– Хорошо. Только лучше вам зайти с парадного входа. Моя тетушка и ее компаньонка не такие уж цветочки, как может показаться со стороны. Более того, должен сразу предупредить вас, что, скорее всего они вооружены.
  
Глава 35
 
 В этот момент ничто не могло доставить мне большего удовольствия, нежели приезд моего отца. 
  Мэри Шелли. «Франкенштейн»  
Харриет вскинула пистолет в сторону сухощавой фигуры, появившейся в дверном проеме, словно призрак. Боже правый! Она могла принять его за непрошеного гостя и пристрелить. Он перевязал шнурком на затылке нечесаные, светлые волосы. Ей было непонятно, как кто-то с близкого расстояния мог находить его привлекательным.