Сбежавшая невеста (СИ)

— Ань, но на реально нарисованную картину денег много нужно, а чаевые, которые дал твой босс, уже заканчиваются. Зарплату ты еще не получала.
— Да, проблема. А что если…
Анюта напряженно свела брови к переносице, обдумывая пришедшую только что в голову мысль. Катя в ожидании посмотрела на подругу, по опыту зная, что в этот момент лучше Анюте не мешать. Но девушка молчала.
— Ладно, не томи уже! — не выдержала Катя. — Что еще придумала?
— На рынке наверняка сидят доморощенные художники и рисуют карикатуры за копейки.
— Ну…
— Если я напрошусь в модели. Внешность у меня самое то, что надо.
— И что дальше? Нужна ты этому художнику! Ему бы здесь и сейчас деньжат срубить.
— А я предложу выставить его картину в галерее у Марины.
— Как? — покрутила у виска Катя. — Кто тебя слушать будет! И потом, эта девица сразу тебя узнает.
— Да, согласна. У меня нет связей, чтобы пристроить картину на модную выставку. А если…
— Нет! Я уже боюсь твоих «если» и неуемной фантазии.
— Не бойся. У меня в фирме есть друг, Пашка, он по компьютерам большой специалист. Эту картину можно сфотографировать, отфотошопить как для рекламного проспекта и предложить Марине в качестве образца.
— Я все равно не понимаю твою задумку. Для меня слишком все сложно. И потом, сама говорила, что это выставка авангардного искусства, так?
— Так!
— Ты хочешь, чтобы тебя изобразили одноглазой, или кривоносой. Ой! Нет. Лысой и беззубой! — Катя весело рассмеялась.
— Неправда. Я буду невероятно красивой.
— Но тогда тебя сразу узнают.
— Не думаю. Они видели меня в темноте, под дождем с мокрыми волосами и размазанным макияжем. Конечно, я, как героиня Пушкина, во всех образах и нарядах хороша, но! — Анюта улыбнулась и встала, так как пришло время выходить на нужной остановке. — Хочу, чтобы меня сделали сказочной принцессой, чтобы мой портрет висел в центре авангардной чуши и притягивал взгляды, как магнит.
— А в чем твоя месть будет заключаться тогда? — Катя спрыгнула на тротуар и засеменила за подружкой.
— Здесь можно пойти двумя дорогами. Во-первых, заявиться лично в качестве модели и утереть нос Марине, а во-вторых, очаровать Дениса через портрет, а потом ему открыться.
— Аня, тебе бы книги писать, идеи генерируешь на ходу, только вот осуществить их невозможно. Ладно, фантазерка, мы кажется, пришли.
Девушки остановились перед огромным зданием, на котором было написано: «Центральный рынок». Вокруг суетился народ: семенили старушки с кошелками, стояли кучкой у столовой с гордым названием «Едакофф» лица кавказской национальности, кричали торговки, сновали с тележками грузчики.
— Нам, кажется, сюда, — махнула рукой Анюта в сторону торговых рядов вещевого рынка.
— Прямо на улице наряды будешь примерять? — ужаснулась Катя.
— Нет, у знакомой Маши магазинчик. О, а вот и она! Маша, мы здесь!
— Что, красавицы, готовы к преображению? — весело поинтересовалась Мария, с любопытством оглядывая Катю. — А может, сначала в кафешку зайдем?
— Нет, давай делом займемся, — предложила Анюта. Не рассказывать же Маше, что у них с Катей денежные проблемы.
Маша повела девушек вдоль товарных рядов в самую глубину рынка. Наконец они остановились у небольшой стеклянной витрины, за стеклом которой увидели шуструю моложавую женщину средних лет, которая помогала покупательнице выбрать наряд.
— Девочки, знакомьтесь, — представила Маша подругу, — Диана Васильевна — королева вещевого рынка, прошу любить и жаловать.
— Ой, девочки, походите, Я сейчас.
Хозяйка завернула товар, проводила покупательницу, потом закрыла дверь изнутри на замок и занавесила витрину обычной шторкой. Девушки молча ждали, пока наконец Диана Васильевна займется ими. Анюта разглядывала платья и разочарованно вздыхала. Несмотря на заверения Маши, вся одежда, висевшая на плечиках, никакого отношения к нарядам от кутюр не имела. 
Женщина окинула критическим взглядом Катю, отодвинула ее в сторону и посмотрела на Анюту. Она приняла от девушки куртку и шапку, пристроила их у столика рядом с кассой, потом сделала несколько шагов назад.
 
— Ну, что скажешь? — не выдержала Маша.
— Сложно будет. Девчонка худенькая, но формы есть. Сорок второй размер? — спросила она уже у Анюты.
— Да.
— Хочешь выглядеть сногсшибательно? Кого планируешь поразить своей красотой? Кавалера?
— Нет, мечтаю отомстить одной светской зазнайке, которая меня все время унижает.
— О, это по-нашему, по-бабьи! — одобрительно всплеснула руками Диана Васильевна. — Таких надо ставить на место. Не одежда красит человека, а человек одежду!
— Ну, ты, Диана и загнула! Давай, не болтай, предлагай, что у тебя есть.
Наряды примеряли долго. То Анюта была недовольна качеством ткани, то размер не подходил, то платье сидело убого. Когда перемеряли все, что было в магазине у хозяйки, поняли, что ничего из их затеи не получится: нужной одежды нет.
Анюта расстроенно вздохнула.
— Да, ты не переживай. Я примерно теперь представляю, что можно тебе подобрать, — суетилась вокруг Диана Васильевна. А может, посмотришь каталоги?
— Давайте каталоги, — сказала расстроенная Анюта.
Черное бархатное платье с глубоким декольте, открывавшим плечи, она увидела сразу. На модели оно смотрелось великолепно, выглядело дорогим и стильным.
— Это.
— А губа у тебя не дура, — восхитилась Диана Васильевна. — Отличный выбор, вот только если я его закажу по каталогу, придется ждать не менее двух недель.
— Это долго, — покачала головой Анюта. — А если…
— Опять! — воскликнула Катя. — Я уже боюсь этих слов.
— Диана Васильевна, у вас есть знакомый художник? — пошла ва-банк Анюта.
— Да этих алкашей целый ряд сидит, выбирай любого.
— Мне нужен хороший художник, и чтобы он нарисовал мой портрет в этом платье.
— Хороший? — задумалась хозяйка. — Если только Савельич подойдет. Он тебе за час любую картинку намалюет. А тебе зачем?
— Я еще и сама пока не знаю, так, зреет идея в голове.
— А платье будешь заказывать или нет?
— Да, платье заказывайте. Оно мне как раз через две недели пригодится. Но к нему нужно стильное пальто или шубка.
— Шубку мы тебе найдем, не волнуйся.
— Да, можно я платье сфотографирую?
— Давай.
Аня щелкнула телефоном, девушки оделись и в сопровождении Дианы Васильевны вышли на улицу. Они завернули за угол рынка и вышли на небольшую аллею, где сидели, сжавшись, как воробьи на жердочке, художники с красными лицами и синими носами. Люди пробегали мимо, практически не останавливаясь, а в центре ряда двое здоровенных парней в черных куртках что-то требовали от щуплого мужичка.
— Да, ладно тебе, Борик! — ныл мужичок. — Видишь сам, нет клиентов. Как появятся, я сразу деньги отдам.
— О, опять крыша на Савельича нападает, — сказала Диана Васильевна. — Давайте, девки, в сторонке постоим, чтобы и нас случайно не зацепило.
Они отошли подальше и стали рассматривать картины, выставленные на продажу. Но Анюта настороженно поглядывала на парней. Что-то знакомое было в их манере держаться, развязно нападать на людей. А еще уши резало имя «Борик», которое художник повторил несколько раз.
Девушка с трудом подавила желание спрятаться в здании рынка, в груди все затряслось от напряжения. Анюта нервно натянула на глаза шапку и сжала руку подруги.
— Катя, нам надо уходить, — тихо сказала она.
— Передумала? — вскинулась довольная Катя. — Ну, и правильно.
— Нет. Здесь Борик и Вовчик.
— Кто? Где? — громко спросила Катя и стала озираться.
— О, а вот и наша Диана Васильевна, — раздался сзади знакомый голос. — Даже в магазин идти не пришлось.
 
Анюта похолодела и затаила дыхание.
  
Глава 17
 
Бросок Анны оказался болезненным не только для тела, но и для души. Денис от неожиданности растерялся и никак не отреагировал на ситуацию. Он только глупо хлопал глазами, но не мог выдавить ни слова.