Признание этого мужчины (ЛП)

Я бросаю взгляд налево.
— Приближаюсь к мосту Миллениум.
— Хорошо, — размышляет он. — А теперь сосредоточься на дороге.
— Ладно. Почему ты так спокоен?
Я не жалуюсь, потому что его спокойствие передается и мне. Атмосфера безмятежности, распространяясь по линии, успокаивает меня, что безумно, учитывая ее источник — суровый, вселяющего ужас гигант, одетый во все черное.
— Одного сумасшедшего ублюдка достаточно, тебе не кажется?
Мне удается слегка улыбнуться сквозь нарастающий страх.
— Да, — соглашаюсь я.
— А теперь расскажи, как ты провела день. — Он спрашивает это так, будто мы ведем совершенно нормальный разговор.
— Прекрасно. У меня все было в порядке.
Конечно, я не говорю правду, но что это за вопрос, когда за мной гонится машина? Что дальше? Сумасшедший с топором? Господи, с тех пор как я встретила этого мужчину, я прошла через многое, но это переходит в раздел голливудских блокбастеров. Кто, черт возьми, меня преследует?
— Ава, он будет невероятным папочкой.
Тихие слова Джона, льющиеся из динамика, будто повисают в замкнутом пространстве вокруг меня, немедленно возвращая к сегодняшнему утру.
— Я знаю. — Я не могу видеть Джона, но если бы могла, то непременно увидела бы блеск золотого зуба.
— Так вы прекратите е*ать друг другу мозги и разберетесь с этим дерьмом? — Он говорит как отец, и моя привязанность растет к этому здоровенному мужчине-зверю.
— Да, — соглашаюсь я. — Ай!
Внезапно меня бросает вперед, ремень безопасности натягивается, впиваясь в ключицу и обжигая кожу под тканью платья.
— Ава? — голос Джона далекий и приглушенный, и я не могу понять, почему. — Ава, девочка!
— Джон? — Ощупываю колени, но там ничего нет. — Джон!
Бах!
Меня снова бросает вперед, руки инстинктивно сжимают руль, посылая резкую вспышку боли в плечи.
— Черт!
Смотрю в зеркало заднего вида и замираю, когда вижу «Астон» прямо за собой, но довольно далеко.
— Джон? — кричу я. — Джон, ты меня слышишь?
Мой взгляд постоянно перемещается с дороги к зеркалу, туда-сюда, и каждый раз, когда они возвращаются к зеркалу, машина Джесси оказывается ближе. Пытаюсь нажать на педаль, но все части тела подводят меня, кроме глаз, которые с ужасом наблюдают, как «Астон» набирает скорость.
Бах!
— Нет! — кричу я, теряя управление, и изо всех сил пытаюсь выровнять Мини. У меня нет ни единого шанса. Мозг наводнен миллионом различных команд, но я не могу собрать ни одной разумной мысли, чтобы определить лучший маневр. Выравниваю машину только для того, чтобы тут же быть сбитой снова. Теперь я плачу. Эмоции берут верх, говоря мне, что я должна плакать, что должна быть напугана. Так и есть. Я в ужасе.
Бах!
На этот раз я полностью теряю управление. Я кричу, когда меня заносит, и внезапно еду боком. Затем вновь следует удар, и меня разворачивает вперед. Отчаянно вцепляюсь в руль, но у него собственный разум, и я в полной панике дергаю за ручной тормоз. Не уверена, что произойдет дальше, но меня снова бросает вперед и назад, голова идет кругом, в окнах проносятся размытые образы. Здания, люди и машины — все кружится вокруг меня, пока, в конце концов, не раздается громкий грохот, мое тело сильно дергается, а глаза закрываются. Не знаю, где я. Но все же. Я больше не двигаюсь.
Со стоном выпрямляю шею и открываю глаза, чтобы посмотреть в окно. Движение остановилось. Полностью. Люди выбираются из машин и направляются ко мне. Я шевелю ногами и руками, быстро отмечая, что чувствительность не потеряна, затем отстегиваю ремень безопасности и выхожу из машины. Люди идут ко мне, но я ухожу прочь. Я направляюсь к «Астону», который стоит в нескольких ярдах от меня со все еще урчащим двигателем. Мне следовало бы бежать в другую сторону, но я не бегу. Я устремляюсь к нему. Отчаянная потребность узнать, кто за этим стоит, внезапно развеяла страх. Наркотик в выпивке, угрозы, а теперь это? На какой планете живет этот человек? Количество инцидентов с силой ударяет по мне.
Нахожусь всего в нескольких ярдах, когда двигатель начинает набирать обороты, как какая-то жуткая гребаная угроза. Это меня не останавливает. Но тут слышится новый звук — звук мощной машины, становящийся все громче и громче. Я останавливаюсь как вкопанная, наблюдая, как «Астон» с визгом отъезжает, а затем мимо проносится «Рэнджровер» Джона, устремляясь в погоню. Это происходит не со мной. Мне хочется ущипнуть себя, дать себе пощечину или, по крайней мере, проснуться. Я медленно поворачиваюсь, когда в голове слышится звук, будто сюда мчится один из супербайков Джесси. Он резко останавливается и бросает мотоцикл, прежде чем броситься ко мне, никакой кожаной одежды, без шлема, только выцветшие джинсы и простая черная футболка, — одежда, которую он вытащил из гардеробной, прежде чем уйти от меня. Я не могу пошевелиться. Все, на что я способна, это ждать, пока он доберется до меня, что вскоре и происходит, его ладони быстро блуждают по моему ошеломленному лицу, а я лишь тупо смотрю в его зеленые глаза, утопающие в чистом ужасе.
 
— Ава? Господи, детка.
Я льну к его груди, одной рукой он держит меня за затылок, другой — за талию, крепче прижимая к себе. Хочу обнять его, мне нужно его обнять, но не могу. Слышу, как звонит телефон Джесси, и он отпускает мою голову, начиная рыться в своем кармане.
— Джон?
Уткнувшись в подбородок Джесси, слышу низкий гул раздраженного голоса Джона, и отчетливый вопрос: какого хрена Джесси нужна такая до глупости быстрая бл*дская тачка.
— Где ты? — спрашивает Джесси, целуя меня в голову между словами.
На этот раз я не слышу ответа. Все, что доносится до моих ушей, — это сирены, со всех сторон. Отстраняюсь от груди Джесси и обнаруживаю массу полицейских машин и две «скорые». Все из-за меня? Но потом замечаю смятую груду металла, и эта машины — не моя. Как и та, что обвилась вокруг фонарного столба неподалеку. Пробираясь сквозь хаос людей и брошенных машин, замечаю, что моя Мини прижата к перилам, отделяющим дорогу от тротуара. Я содрогаюсь.
— Джон, не останавливайся, пока не выяснишь, кто в моей гребаной машине. — Джесси отключается и засовывает телефон обратно в карман. Он тянет меня за подбородок. — Детка, посмотри на меня.
Я пристально смотрю на него. Не знаю, что сказать.
— Где твой шлем? — в конце концов, выдаю я.
Он делает глубокий вдох и обхватывает мои щеки ладонями.
— Гребаный ад. — Он крепко целует меня в губы. — Почему ты отказываешься играть по правилам? — Он покрывает поцелуями мои нос, губы, веки, щеки. — Ава, я послал за тобой Джона. Почему ты не позволила ему отвезти тебя на работу?
— Потому что хотела разорвать Мэтта на куски, — признаюсь я. — Но ты меня опередил.
— Я был так зол, Ава.
— Я бы никогда не довела это до конца. Я бы не убила нашего ребенка. — По крайней мере, я должна это сказать.
— Ш-ш-ш. — Он продолжает целовать мое лицо, и я, наконец, поднимаю руки, чтобы крепко его обнять. И никогда не отпускать.
— Прошу прощения, сэр, — привлекает наше внимание незнакомый голос с той стороны, где стоит полиция. — С юной леди все в порядке?
Джесси смотрит на меня и начинает проводить всестороннюю визуальную оценку.
— Не знаю. Ты в порядке?
— В порядке. — Я неловко улыбаюсь. — А как насчет других водителей?
Я смотрю на две разбитые машины.
— Всего несколько порезов и синяков, — сообщает полицейский. — Вам всем очень повезло. Может, мы вас осмотрим, прежде чем приступим к вопросам?
Он добродушно улыбается и подает сигнал машине скорой помощи.
Я чувствую себя героиней драмы и немного обеспокоена.
— Со мной все нормально, честно.
Джесси рычит и бросает на меня свирепый хмурый взгляд.
— Я отшлепаю тебя по заднице этим «нормально».
— Но я действительно чувствую себя нормально.
В отличие от моей машины. Она выглядит ужасно. Мамино наставление о том, чтобы мы никогда не расставались на дурном слове, никогда не было так актуально. Я оценила это и больше никогда не уйду от Джесси на плохой ноте. Никогда.