Подвалы твоего сердца (СИ)

— Как несмешно, Малфой. Стареешь, — нахмурив брови, попыталась отбиться от нападок слизеринца Гермиона. У неё не было настроения пререкаться и играть в его глупые игры, которые уже давно перестали иметь смысл.
— Может быть, — внезапно для обоих согласился Драко. — Но готов поклясться, Грейнджер, внутри тебе тоже чертова тысяча лет.
И они вдруг остановились в спешном течении времени. Роли поменялись, перемешались, а потом и вовсе исчезли. Двое стояли друг напротив друга — такие, какими были наедине с миром. Со своими чувствами, переживаниями и скрытыми от всех страданиями души.
«Чертова тысяча лет».
Казалось, лучше выразиться было нельзя. Тут же пропала необходимость что-то говорить. Навалилось навязчивое желание сесть и закурить, хотя оба они не вполне понимали, что это значит. Просто тяжесть внутри желала хоть какого-то облегчения, и все, что когда-либо приходило на ум, вдруг возрождалось в неожиданных желаниях.
— Покажешь? — тихо спросила она, делая бесстрашный шаг навстречу тому, с кем не хотела дышать одним воздухом. Когда-то.
— А ты хочешь позлорадствовать? — искривленным болью голосом протянул Драко, привычно скрывая свои чувства за мерзкой ухмылкой.
Гермиона смотрела на руку, не отрываясь. Она не считала нужным отвечать на фальшивые слова. Малфой выделывался, как всегда, и к этому уже выработался иммунитет. Еще немного постояв, Драко задрал рукав и схватился за бинт, одним резким и быстрым движением распуская узел. Повязка ослабла, повисая на предплечье.
Волшебница неуверенно поглядывала на вытянутую к ней навстречу руку, словно боясь сделать неосторожное движение. Драко был на удивление уступчив и спокоен. Может, ему дали какое-нибудь зелье против бешенства? Осторожно, чтобы не повредить раны, Гермиона принялась разматывать бинт. Вскоре он безвольно повис на слегка дрожащих пальцах девушки.
— Ты такой идиот… — шепот был наполнен возмущением и ужасом. На предплечье кровавыми бороздами был высечен знакомый рисунок, а бледная кожа вокруг окрашивалась уродливым багрянцем. В разрезах, словно в речных каналах, блестела свежая кровь. Раны и не думали затягиваться. Пальцы Гермионы замерли в сантиметре от пораженной плоти и, сместившись влево, прикоснулись к багровой коже.
— Не трогай, — сквозь зубы прошипел Драко. — Больно.
Фраза пылала многозначностью. Они снова встретились глазами, но теперь уже совершенно по-иному. Гермиона словно поднялась на пантеон и теперь величественно взирала на него своей жалостью. Драко поморщился и отдернул руку. Момент был упущен, но он не разглядел самого главного:
В её глазах бесновалось бессильное отчаяние.
— Даже хорошо, если Слизерин победит, — поспешно выдохнула Гермиона, отодвигаясь и слегка встряхивая головой. Какое-то непонятное наваждение заставило её приблизиться к чертову Малфою! — По крайней мере, тогда у меня будет веская причина не идти на вечеринку.
— Если расскажу другим, меня отправят в психушку, Грейнджер, — заметил Драко, нервно улыбаясь. Отняв бинт у девушки, он принялся снова туго обматывать руку. — Может, мне удастся добиться того, чтобы с Гриффиндора сняли очки за отсутствие командного духа?
— Тебе никто не поверит, — неловко улыбнувшись, продолжила Гермиона. Драко хотел было рассмеяться ей в ответ, но тут же приказал себе заткнуться. Юноша выходил из себя, когда позволял Грейнджер находиться в его обществе безнаказанно. Что-то в душе было против призывающих к жестокой отстраненности убеждений, но внутренняя стена, хоть и в значительной степени поврежденная, все-таки оставалась на месте.
— Что ж, твое нежелание посещать вечеринку мне абсолютно понятно, — Малфой привычно оскалился. — Это вряд ли похоже на собрание книжных червей. Хорошо, что понимаешь, где твое место.
— И где же мое место? — окончательно отогнав мутную пелену с рассудка, Гермиона сложила руки на груди.
— Явно не среди ошеломительных красоток, — развел руками юноша. — С твоими-то данными…
— О, Малфой! Просто заткнись! — прорычала Гермиона. — Мне не до таких глупостей!
 
— Ну конечно, — он, безразлично пожав плечами, прошел мимо, намеренно задев девушку. — Как жаль, Грейнджер, что нельзя нарядиться в собственную занудность. Может, хоть тогда ты бы выглядела интересней. Можно было бы показывать тебя как забавную зверушку детям в зоопарке, — накрутив на палец одну из непослушных прядей волшебницы, Драко резко дернул её на себя, заставляя Гермиону покачнуться и болезненно зашипеть. — Я спасу всю школу от созерцания на вечеринке твоего жалкого вида, поймав снитч? Что ж, это дополнительная мотивация.
— Малфой! — махнув рукой в надежде заехать слизеринцу куда-нибудь в глаз, Гермиона дернулась и высвободила волосы из цепкой хватки. Но Драко, не желая выслушивать возмущения и дальше, быстро направился к двери. Подальше от Грейнджер. Подальше от опасности снова оказаться обезоруженным этим подозрительно проницательным взглядом.
— Чтоб ты провалился! — Гермиона топнула ногой, обиженно закусывая губы. В голове смешались все замечания Джинни, смешки Лаванды, а теперь и идиотские слова Малфоя. Она что, действительно выглядела настолько скучно и безвкусно? Может, от этого Рон с удовольствием бросился в объятия пышногрудой Браун? Но ведь, в конце концов, важно то, что внутри? Гермиона зачем-то посмотрела на свои руки, и, сжав их в кулаки, рванула к выходу. В голове рождались навязчивые мысли.
Вбежав в собственную комнату и с радостью обнаружив Джинни на месте, девушка отдышалась и с готовностью выпалила:
— Мне нужен самый ошеломительный наряд. Что-нибудь покороче и пооткровеннее. У меня же нормальные ноги? — покрутившись перед зеркалом, на ходу спросила Гермиона, вводя подругу в ступор.
— Что с тобой? — Джинни подозрительно поглядывала на искрящуюся энтузиазмом Грейнджер. — Конечно, у тебя превосходные ноги.
— Отлично, — мстительно выдохнула гриффиндорка и с решительным видом повернулась к подруге. — Запомни: я должна сразить всех наповал. Даже себя. Справишься?
— Ты меня недооцениваешь! — в глазах Джинни загорелся слишком яркий огонек.
Еще раз повернувшись к зеркалу, Гермиона, отбросив мысли о том, что она, возможно, пожалеет о своем решении, ободряюще улыбнулась.
Комментарий к 9. Обломки внутренних барьеров
Искренне извиняюсь за задержку главы! Сейчас идет напряженное время, именуемое сессией, + я наконец-то вырвалась погулять в реальную жизнь, разрывая пределы своего творческого затворничества. Вечером в понедельник пришла с насыщенной прогулки абсолютно без сил и тут же рухнула спать. Но вы думаете, я действительно уснула?
“Сегодня понедельник. Ты должна была дописать проду. Тебе не стыдно?”
Вот такие мысли роились в голове, и в двенадцать ночи я, стиснув зубы, поднялась. Нужно было отредачить написанное и дописать еще пару страниц. Просидела до 2х ночи, но все-таки доделала)))
В общем, это все только моя вина. Прошу прощения. Не знаю, как будут обстоять дела со следующими главами, но я постараюсь, невзирая на подготовку к экзам, выкладывать проду по установившемуся расписанию.
Эта глава какая-то промежуточная, она не блещет сюжетными изысками. Однако она все равно очень содержательная. Первая её часть даже нравится мне. Следующая глава будет очень знаковой. Собираюсь реализовать в ней очень много крутых моментов. В общем, постараюсь успеть)
И еще: советую периодически заглядывать в мою группу. Там я буду оставлять объяления насчет всего, что связано с фф и выкладывать главы ( а всвязи с часто вылетающим фикбуком это весьма полезно).
 
Ссылка: https://vk.com/hazyforestffiction
Спасибо за терпение и поддержку!
Искренне ваша,
hazy forest.
♥
========== 10. Не твое дело ==========
твои слезы - моря глубокие,
моё сердце - геенный жар.
направляет огни широкие
твое море на мой пожар
Вратарь Гриффиндора пропускал уже шестой мяч, и трибуны разрывались от негодующих криков. Кто-то был уверен, что Слизерин поколдовал над концентрацией Рональда Уизли, однако все было куда проще. Виновницей всему была Браун, слегка утомившая игрока вчера ночью. Из-за того, что вечерний обход выпал на дежурство Драко, он невольно стал свидетелем совокупления парочки в заброшенном женском туалете. Малфой подумал, что нехорошо одному ему мучиться от потаенных и весьма сильных желаний, а потому с удовольствием сопроводил неудовлетворенного гриффиндорца до башни, где они с Браун уже не смогли бы уединиться. Посчитав свой долг выполненным, Драко вернулся на обход, а потом с легкой душой отправился спать. Грейнджер до конца дня так и не попадалась на глаза.