Гувернантка поневоле, или Зелье Судьбы (СИ)
Братья были в растерянности. Откровенно говоря, гувернантка-оборотень не совсем то, что им нужно. Но, с другой стороны, раз селянка их видит, значит так угодно судьбе. Они согласились проводить котят и зайчат к орлятам, хоть и не совсем уловили, в чем суть. Но то, что речь шла о детях, внушало братьям надежду, что они на верном пути.
Селянка внимательно оглядела добровольцев и, заявив, что в таком виде их в приличный дом не пустят, потащила их в лавку и выбрала там одежду. Пока братья раздумывали, сколько монет отсыпать за балахонистые одеяния непонятного серо-зеленого цвета, селянка заявила, что вот они сейчас быстренько Заиньку спасут и будут в расчете. Братья поменяли свои широкие суконные штаны и зачарованные куртки на новый «прикид» и отправились к какому-то медведю, которого селянка почему-то ласково звала Мишенькой. Она самолично указала куда им идти, сказала, что не промахнуться и даже помахала вслед.
Оборотня они не встретили, но суровый плечистый мужчина, действительно похожий на медведя, произнес имя «Анечка», говоря о детях. Братья подсунули ему зачарованные бумаги, активировали артефакт внушения доверия, и в итоге оказались здесь в поисках той, к кому вела их сама судьба. Но женщин звали Наина-Наечка и Анна-Нюта-джан. Поэтому мужчины внимательно следили за обеими, выбирая ту, что отправится с ними в мир Дарогорр.
– Может, обеих заберем? – спросил Джон. – Смотри, какое у них взаимопонимание, не хуже, чем у нас с тобой.
– Думаешь? Будет паника, если обе женщины вдруг исчезнут.
Нирт жевал травинку, делая вид, что он расслабленно лежит на земле и любуется облаками. На самом деле он зорким ястребиным взглядом следил за плавными движениями женщин. Движения Наины были мягкими, округлыми, очень женственными, ей можно было бесконечно любоваться. Анна двигалась более резко, и не выпускала из рук трость, но Нирт заметил, что она не всегда ей нужна. Иногда женщина действительно двигалась с трудом, а иногда как будто забывала, что она хромает. Нирт просканировал ее ногу, увидел, что было стороннее вмешательство в структуру тканей, но сейчас все было хорошо. Он наблюдал за Анной и гадал – притворяется женщина или нет.
– Зато они прекрасно ладят с детьми и симпатичные. Правда, одна хромает, наверное, лучше вторую, вдруг все же наш дорогой родственник надумает жениться, – прервал его размышления Джон.
– Зелье привело нас сюда, все указывало на этот поход. Я склонен думать, что оно сработало. Поэтому важно не ошибиться, понимаешь? Одна из этих женщин вполне может оказаться чьей-то судьбой.
– Чьей-то, не Даниеля?
– Ну, портал-то я открывал, и зелье пил, может, и моей. А может, и твоей. Ты тоже его пил.
– А, понял. – Джон немного помолчал, а потом настороженно спросил брата, – тебе кто-то приглянулся?
– Джон, мы здесь по делу и должны сделать правильный выбор. – Нирт потянулся и поднялся на ноги, разминаясь.
– И как нам быть? – Джон собирал вещи в заплечный мешок, искоса следя за женщинами.
– Думаю ждать, судьба сама даст нам знак. – Нирт подхватил свой мешок, проверил маскирующие амулеты и закинул его за плечи.
Они продолжили путь. Не спеша, с остановками и привалами, чтобы хромой женщине было легче идти. Парни видели, что ей непросто, но она упорно двигалась наравне со всеми, опираясь на трость, мочала, ни разу не пожаловалась, не попросила остановиться и подождать. Они невольно прониклись уважением и поэтому сами старались останавливаться почаще. На условленном месте встретили провиант и молодую девушку-вожатую, которая, как оказалось, уходила сопровождать потерпевших. С ней было еще три довольно взрослых подростка, которые с недоверием взирали на братьев, ожидая от них очередных проблем.
Еще один суточный переход и все благополучно прибыли. Джону с Ниртом даже понравился этот небольшой вояж. На привалах они играли в те же игры, что и дети, пели песни, вечером слушали странные нелепые истории, которые дети называли «страшилки». Братья, слушая их, старались не ржать. Ну, нелепость же – путешествующая сама по себе черная рука! Всем известно, что отдельные части нежити не перемещаются сами по себе, а только в поисках своего тела или по воле некроманта. Но у них некроманты есть только на Запретном континенте, и их магия запрещена. Неужели здесь есть некроманты? Или гроб на колесиках? Не, ну кто будет ставить его на колесики, если его гораздо проще перемещать левитацией? Хотя это могут только сильные маги, а остальным, действительно, – проще приделать гробу колесики. Но зачем катать покойника в гробу? Смешные сказки, в общем. Но детям нравились. «Наверное, и Ванессе понравились бы», – думал Нирт, присматриваясь к женщинам.
Так они и прибыли к «Орленку». И опять это оказался не оборотень, а всего лишь оздоровительный пансион. Котяток и зайчаток в нем тоже не оказалось, но братья к этому времени уже поняли, что у людей такая странная особенность – звать друг друга непонятно как – то животными, то переделывать имена! Нирт заглядывал в бумаги, которые они отдали начальнику поста. Бумаги были заговоренные и должны были при и переходе подстроится под реалии мира и ожидания того, кто их будет читать. Так вот, Джон оказался по документам Евгением, он же получил имя Никандро. Как это вообще понять?
– Танечка! – Анна Валерьевна обнимала какую-то девушку. Не сказать, что красивую, но ярко-голубые глаза и улыбка у нее были добрые и безумно теплые. Нирту сразу захотелось кого-то такого в свой дом – близкого, родного. Просто чтобы было.
«Что за бред? Так мне всех дам отсюда забирать. Танечка или Анечка? Может, не так расслышали в первый раз или сейчас?» Нирт сменил объект наблюдения и, не отрываясь, следил за Татьяной Васильевной. Последняя об этом не догадывалась и расточала улыбки всем окружающим. Нирта это почему-то злило.
Но дело прежде всего. Спросив разрешения передохнуть немного в санатории, братья принялись прислушиваться, кого как зовут.
– Анечка, иди, заплету тебя!
Растрепанная девочка подхватилась и убежала. Братья внимательно проводили ее взглядами. Через четверть часа девчушка снова появилась на улице с красивой косичкой, уложенной в круг.
– Красивая прическа, – заметил Джон, улыбаясь девочке.
– Меня Наина Артуровна заплела! – гордо ответила та.
– А как зовут такую красивую девочку? – Спросил Нирт.
– Нюрочка! – заявила малявка и убежала к друзьям.
– Я думаю так, – сказал Джон брату. – Если нас привела сюда судьба, то предлагаю довериться ей и дальше.
– Каким образом?
– Ждем до заката. Кто первой попадет нам на пути, ту и забираем.
– Просто забираем и все? А если девушка не согласится? – Предложение брата Нирту не нравилось.
– Нирт, очнись! Ни одна из них не согласится. Им всем тут нравится, они отсюда не пойдут куда-то в сомнительный неизвестный мир. Так что, похищение, брат. Здесь, конечно, здорово, но там ждут племянники.
– Ты, прав брат. На закате готовим портал, и забираем первую встречную. Думаю, лучше это сделать в горах. Видел я там один симпатичный утес…
Мысль о племянниках, которым, на взгляд Нирта, все же нужна новая мачеха, убедила его согласиться с предложением.
Братья разошлись. Нирт, чтобы не тревожить себе душу сине-голубыми, глубокими как океан, глазами встреченной воспитательницы, пошел в горы готовить порт-шлюз к перемещению. А Джон отправился прощаться с той, что острой иглой оцарапала его сердце.
***
– Ань, а как твоя нога? Нормально все, пробовала настойку?
– Танечка, спасибо тебе за заботу! – Анна Валерьевна улыбалась с благодарностью. – Но ты знаешь, как-то даже не беспокоила особо. Ребята такие внимательные, часто останавливались, идти с ними очень легко оказалось. И хорошо, что напомнила, вроде отдохнула, а нога ноет. Пойду-ка, правда, выпью. Сколько там надо?
– Лучше все сразу, там немного совсем и не хранится она долго. Зато и пройдет быстро. – Татьяна Васильевна через силу улыбалась подруге, на сердце у нее было неспокойно. «Проследить, как все пройдет, что ли?» – думала она.