Гувернантка поневоле, или Зелье Судьбы (СИ)
Женщина махнула рукой, кусты развинули колючие ветви. Из проема, явно красуясь, вышла мантикора, махнула хвостом и снова скрылась.
Мужчины уважительно переглянулись – “Хозяйка!”, и двинулись следом.
***
К приходу спасателей Анна и Ванесса накрыли стол, достали нехитрую снедь, вскипятили воду для травяного взвара.
– Несси!!!! – услышали они, когда все было готово.
Ванесса вихрем вылетела во двор, Анна поспешила следом, но нога подвела ее, и она тяжело опустилась на стул.
В окно она могла наблюдать за воссоединением графского семейства – вот брат обнимает сестру, вот отец подхватывает дочь на руки, вот дядя обнимает их всех вместе. С одной стороны Анна радовалась, что все закончилось хорошо, с другой – именно сейчас она остро чувствовала свое одиночество. «Хочу домой! – думала она. – Там мама, там дети. Ну и пусть не мои. И свои будут, обязательно будут! Вернусь и сразу займусь собой, что я правда, как заяц под кустом сижу и дрожу? Вот и мазь мне дали, наверняка волшебную, и с ногой я все смогу, даже здесь мне сказали, что с ней все хорошо, а проблемы только в голове! Домой!» Анна смахнула слезинку, нежданно появившуюся в уголке глаза, и решительно поднялась.
Иридана, что вошла в избу, оставив счастливое семейство во дворе, снова покачала головой, но не сказала ни слова. “О, женщины! И имя вам – упрямство…” выражал ее вид, и Анна вздернула нос, подтверждая это.
Глава 16. Столица
Оставшийся путь действительно не занял много времени. На постоялом дворе они оставили шамарусов и пересели в повозки, запряженные маленькими не то осликами, не то лошадками. Граф всю дорогу бережно придерживал Анну, был внимателен и предупредителен.
В повозке Анна расслабилась и больше дремала, чем интересовалась окружающим.
– Прости меня, я обязательно найду виноватых, больше никто не посмеет вам навредить, – слышала она сквозь дрему.
Анну беспокоила это внезапная близость и забота графа. “Какой-то он непоследовательный. То обнимает, то отстраняется, может что недоброе задумал? Или ему что-то от меня надо? Хотя что возьмешь с бедной гувернантки, еще и из другого мира?” Наконец, она не выдержала:
– Ваша светлость, что ждет меня в столице?
– В столице у меня дом, там вы отдохнете с дороги. Потом отправимся к Светлейшей, она хотела увидеть вас, у нее возьмем артефакт переноса, если он готов, конечно. Если нет, то придется немного подождать. Потом вы примите печать неразглашения, и Нирт с Джоном переместят вас обратно. Место я пока вам сказать не могу, это надо со Светлейшей настройки обсудить, но скорее всего в то же место, откуда забрали. Времени там немного прошло, может несколько дней всего, так что все будет в порядке. – Мужчина отвечал последовательно и спокойно, и вроде все звучало гладко и должно быть так, как она и хотела.
Но что-то во всем этом Анне не нравилось. Все внутри протестовало и кричало, что нет, так нельзя, это неправильно. Но Анна отмахнулась от сомнений – скоро она будет дома и все наладится.
В столичный особняк графа прибыли к ночи. Анне выделили покои рядом с детскими апартаментами и велели отдыхать. Анна, уставшая с дороги, даже не обратила внимания, кто и как разобрал ее багаж, она что-то вяло проглотила, ополоснулась в приготовленной ванне и провалилась в сон.
Снилась ей Иридана. Она предстала в образе старухи-гадалки, стучала узловатым пальцем себе по лбу и повторяла:
– Зачем вернулась? Думай, девка, быстрей думай.
И чудесная розовая мантикора смотрела на Анну желтыми глазами и вторила хозяйке, качая хвостом: «Думай, девка, думай!»
***
– Сегодня приедут мои родители, я хочу представить тебя им, – сказал граф Даниель Анне за завтраком.
– Зачем? – Анна растерялась, она не планировала никаких знакомств, ночной сон не давал ей покоя, тревожа что-то внутри, и очень хотелось просто побыть в одиночестве.
– Ты воспитываешь их внуков, этого достаточно.
Граф был невозмутимо спокоен. Анна хотела отказаться, сказав, что ей недолго осталось воспитывать графских детей, но потом махнула рукой – какая, в сущности, теперь разница?
– Хорошо. От меня что-то требуется?
– Будьте дома после обеда.
Анна кивнула, принимая требование.
– Ты не очень строг с Анной? – перехватил брата после завтрака Джон. – Она много пережила и все еще очень слаба после травмы.
– Так надо, Джон. Не хочу объяснять.
– Нет, уж потрудись. Мы с Ниртом в ответе за нее, это мы перенесли ее сюда и на нашей совести то, что с ней происходит и то, что она чувствует. Ты забыл, что она не может покинуть нас по своему желанию, это чужой для нее мир, где у нее нет даже ни единой личной вещи!
– Мы обо всем договорились, она вернется к себе сразу после встречи со Светлейшей. И вещи ей все предоставлены! – Даниель начал злиться. Он сам не мог определиться, что ему делать и как вести себя с девушкой, а тут еще защитник выискался. Это раздражало.
– Да ты что? Ты правда думаешь, что нормальной девушке хватит двух платьев и трех пар чулок?
– Что? – вот теперь граф Даниель Саккирел был, мягко говоря, удивлен.
– Ты даже не знаешь, что она попросила купить? – наседал на него Джон.
– Нет…
– Слов нет. Хорошо, что вещи заказывал я и составил свой список. Более черствого и эгоистичного типа чем ты, я еще не встречал. Ты глупец, Даниель, а мы идем с Анной по лавкам!
Джон хлопнул дверью. Он был возмущен: этому чудовищу – его родному брату – можно сказать, под нос привели замечательную, добрую, нежную, отзывчивую девушку, которая так по-матерински отнеслась к его детям, с такой искренней заботой и вниманием, а этот чурбан даже не озаботился, чтобы она ни в чем не нуждалась! Вот и как ее после этого убедить остаться в этом мире? Ничего, он обязательно что-нибудь придумает, а пока – все девушки любят покупки, ведь так?
– Анна! – Джон нашел гувернантку в детских покоях. – Собирайся! Мы идем за покупками!
– Джон, у меня все есть, мне правда ничего не нужно, я же скоро буду дома. – Девушка с Ванессой перебирали какие-то лоскутки и подавали их Тео, а тот сосредоточенно раскладывал их на большом куске простой серой ткани. – К тому же, видишь, мы создаем, – Анна чуть запнулась, как будто слово не сразу вспомнилось, – ...коллаж. Картину из кусочков ткани, – пояснила она. – Хочешь с нами?
– Я все понимаю, А-неч-ка, – братьям очень нравилось звать ее на земной манер, – но ты будешь представлена ко двору и если ты будешь в таком виде, то плохо подумают о всей нашей семье. К тому же Ванессе тоже нужно подобрать платье по последней моде, это же столица. – Джон заговорщицки подмигнул племяннице.
– Да! – Ванесса сразу включилась в игру, – одежда это важно, ты же сама говорила, что встречать будут по платью! Пойдем, да?
– Уговорили, искусители. Но можно не пешком? И не на этих ваших змеях!
– Конечно, по столице принято передвигаться в самоходных экипажах. Собирайтесь! Жду вас внизу.
– Тео, ты с нами? – спросила Анна виконта, и по ужасу в его глазах поняла, что нет.
Собрались они с Ванессой довольно быстро, но поход по лавкам пришлось отложить. Когда Анна, одетая в длинную юбку и жакет, в шляпке и перчатках спустилась вниз, ко входу подъехал экипаж. Оттуда с поистине королевской грацией величаво выплыла Леди. Слегка полноватая, с идеально прямой спиной, в строгом дорожном костюме и маленьким саквояжем в руках.
Подал ей руку седой статный мужчина с военной выправкой. Под ручку они двинулись в дом.
– Бабушка! Де… – Ванесса бросилась навстречу, потом остановилась, чинно расправила платьице, изящно присела и, склонив головку, пропела тонким голоском:
– Доброе утро, лорд и леди Саккирел.
Строгая дама улыбнулась, и маска надменности тут же пропала с ее лица, она вручила свой саквояж спутнику, раскинул объятия и присела, готовясь ловить егозу. Егоза не подвела и в мгновенье оказалась на руках у бабушки. Мужчина лишь улыбнулся краешками губ, но глаза его наполнились теплом, а морщинки разбежались из уголков глаз, словно лучики солнца.