Э(П)РОН-6 (СИ)

— Три… две… да-а-а-а-а-а-а…
Время привычно растянулось в одно дли-и-и-и-инное мгновение, по телу пробежала волна искривления… и всё кончилось.
— …а-а-а-а-а!.. С-сука-а-а-а-а…
Запечатлевшийся в мозгу скриншот «дополненной реальности», повторная волна искривления… и ещё раз.
— … а-а-а-а-а-а…
Как же корёжит! Хорошо, что додумались Машку в медкапсуле запереть, на ней эти «качели» отразились бы далеко не лучшим образом. Правда, есть ещё Борисыч, но этому к проблемам не привыкать, он в скафандре, да ещё и к лежаку в каюте пристёгнут.
— … а-а-а-а-а-а…
Все-таки выпустили ракеты, лузеры! Вот только поздно, мы этот участок проскочили, а корректировать курс бесполезно, мы уже внутри периметра.
— … а-а-а-а! М-мать!!! Ф-фух!
— Внимание экипажу! Экстренное торможение! Возможны перегрузки! Процесс активирован! До завершения 00:00:09… 00:00:08… 00:00:07…
На грудь внезапно навалилась огромная тяжесть — гравикомпенсаторы не справлялись с чудовищной нагрузкой, и это притом, что основные мощности были направлены на обитаемый сектор. Что сейчас творилось в складских отсеках, страшно представить. В принципе, я уже заранее смирился с потерей «москитов» и безвозвратным разрушением большей части вспомогательного оборудования, но… на практике оно оказалось даже жёстче, чем я представлял. По-видимому, со старичком «Набатом» придётся распроститься. Хорошо, если хотя бы на запчасти к одноклассникам удастся пустить то, что от него останется к моменту стыковки с Картахеной.
— 00:00:03… 00:00:02… 00:00:01… процесс завершён! Корректирую курс, до стыковки 00:00:30… 00:00:29…
Вроде выжили… по крайней мере, на грудь не давит, и каких-то ярко выраженных очагов боли нет. Болит равномерно по всему телу, но это, скорее всего, следствие множественных «нырков», а не перегрузки. Зато говорить теперь могу, пусть и с лёгкой одышкой:
— Эй, Антон!
— Ч-чего, м-мать твою?..
— Выдыхай, прибыли!
— Очень смешно…
— Не ной! Иди Машку проверь лучше.
— А не тряхнёт? — усомнился в разумности моего совета Антоха, но из кресла всё же выпростался.
— Если и тряхнёт, то не сильно, — отмахнулся я. — Кумо, на вызовы пока не отвечай, за исключением диспетчеров.
— Принято, капитан Заварзин.
— Антох? — перешёл я на закрытый канал.
— А?
— Они всё-таки выстрелили.
— Я заметил. Полноценный залп. Если бы мы сделали единичный прыжок, могли бы и накрыть.
— Кумо, расчёт попадания из стартовых условий! — велел я. — И выведи на экран.
— Процесс активирован, капитан Заварзин. Процесс завершён.
— Краси-и-иво… — протянул Антон. — И нас бы накрыли, и станцию лишь краем зацепили.
— Угу. Причальная штанга невеликая потеря, — согласился я. — Чёрт! Ведь до последнего не верил, что они решатся.
— Ну и дурак! — сплюнул Спиридонов. — Я же предупреждал! Дядя Гена уже всё просчитал, прикинул хрен к носу и решил, что я в этом уравнении лишний.
— Да я не о том. Откуда они узнали, что это именно мы?
— Твой «Набат» не опознать — это надо умудриться.
— Вот именно! С чего они решили, что здесь есть кто-то, кроме меня? И какой смысл меня гробить?! Корпорация же на меня завязана!
— Ты плохо слушал Хранителя?! — хмыкнул Антон. — Научная реконкиста, бро! Плюс ко всему зачем им ты, такой весь из себя строптивый и дофига гордый, если уже существует работающая технология? Всё уже готово, Алекс, и ты тоже лишний на этом празднике жизни.
— Уроды…
— Ещё какие! Но я бы ещё одним вопросом задался: кто «крот»? Мои старшие родичи наверняка в курсе, что ты меня искать подался.
— Да кто ж знает-то? Поспрашиваю Влада, но заранее представляю, что он ответит: выявлено и нейтрализовано столько-то злыдней, с остальными ведётся работа. Но каковы твари! Пощады пусть теперь не ждут.
— Грохнешь? — не поверил своим ушам Антон.
— Да с фига ли?! Но драть теперь буду с них втридорога. Из принципа. Ни единой уступки и ни единой скидки.
— Вот это правильно, — одобрил подельник. — Чуешь? Пристыковались, что ли?
— Похоже…
— Процесс завершён, капитан Заварзин. Доступ к станции обеспечен. Диспетчерская служба просит подождать несколько минут, пока прибудет группа сопровождения.
 
— Окей, так и сделаем, — не стал я спорить с местными. — Но, похоже, обстановку не назовёшь спокойной. Деррик на нервах.
— Это хреново, — озабоченно буркнул Антоха. — Машку куда денем?
— Сейчас всё организую, ты её, главное, из капсулы выковыряй, да заставь в скафандр влезть.
— Ладно.
Пути наши, как нетрудно догадаться, незадолго до того разошлись — Антон свернул в медбокс, а я так и шагал к шлюзу, куда ещё и Борисыч должен был вскоре подтянуться. Ну и пока суть да дело, вызвал Влада: надо же выполнять обещание? Отозвался тот почти мгновенно:
— На проводе, босс.
— Рад тебя слышать, Владик.
— Аналогично, босс. Я уж…
— … и не надеялся, да?
— Скорее опасался. Но всё хорошо, что хорошо кончается, — технично отмазался главный безопасник.
— Давай расклад вкратце, — велел я. — От Деррика подробностей не дождёшься, весь в заботах.
— Это да, — и не подумал спорить Пахомов. — Сам знаешь, у меня людей кот наплакал, основная нагрузка легла на станционных секьюрити и силовиков профсоюза. И всё равно заваруха за заварухой, весь Порт на ушах стоит. Это были самые тяжёлые сутки в моей жизни.
— Чего это? — удивился я. — Кто-то не успел смыться?
— Не успел?! Я тебя умоляю, босс! Не захотел! Дэвид под шумок самых одиозных пинком под зад вышиб, ну, тех, до которых дотянулся. Но часть залегла на дно и воду мутит. Плюс недобитки из спиридоновской агентуры.
— И что, много таких?
— Знаешь, неожиданно до фига, — пожаловался Влад. — Причём даже на верхах кое-кого за задницу взяли. Хотя и времени у нас на отлов было не так уж и много. Опять же, Антон знал далеко не всех. Но если бы не он, поверь, Алекс, дело было бы гораздо, гораздо хуже.
— А вот в этом я даже не сомневаюсь. Кстати, куда нам посоветуешь податься? Учти, у нас гражданские, причём… кхм… как бы поделикатнее?..
— Машка залетела, что ли?! Иди ты!
— Вот за что я тебя всегда ценил, Владик, так это за врождённую сообразительность вкупе с деликатностью! Но да, ты угадал.
— К воякам бесполезно, на них надежды никакой, — задумался Пахомов. — Короче, перемещайтесь в «Дроид». В технический сектор придурки из Порта если и прорвутся, то единицы, и мы их там прищучим. До отеля точно не доберутся. Ну и Савелий Степаныч там временно обосновался.
— А…
— … маршруты эвакуации отработаны, три штуки. В том числе через силовой шлюз.
— Ладно, уговорил. Тут, кстати, диспетчеры просили подождать группу поддержки…
— Уже практически на месте, — перебил меня Влад. — Давайте, добирайтесь. Жду.
— Понял, отбой.
— Лёх?
Ага, вот и Борисыч нарисовался! Почти в сборе, осталось молодожёнов дождаться. Пока же…
— Кумо, аудиополе и закрытый канал!
— Процесс активирован, сэр.
— Вызывай Деррика, — приказал я и отмахнулся от насупленного механика Мягкова: — Борисыч, не время! Молодых встречай.
— Хорошо, как скажешь, Лёх.
Но я, признаться, верного соратника уже не слушал — на связь вышел мистер Деррик.
— Сумел-таки! — вместо приветствия хмыкнул он.
Судя по картинке на заднем фоне, на сей раз он не перемещался по станции, а где-то устроился, так сказать, стационарно. Очень может быть, что в том самом «Сломанном дроиде», куда и нам сейчас предстояло отправиться. Самое логичное место, так-то.
— А вы в этом сомневались, Дэвид? — иронично заломил я бровь. — Мне казалось, что вы в меня верите.
— С чего бы это такая иллюзия? — отплатил Деррик той же монетой.
 
— Ну, как бы… извините, сэр, это я не подумавши ляпнул. Привык, знаете ли, к лести и идолопоклонству со стороны отдельных личностей, вот и проецирую на всех. А вы орешек покрепче, чем мой дядя Герман.