Опера вызывали?! (СИ)

Слава фыркнула и ушла недовольная, а я снова сосредоточился на отчетах.
Ненадолго.
В кабинет вошел Образцов:
— Слышал уже?
— Что? — заинтересовался я.
— Жалобы поступили, что в парке возле универа извращенец завелся.
— Помянем извращенца, — кивнул я. — ППС предупредили?
— Да, усилили патрулирование. Граждане жалуются, что вылетает из кустов и «корнишоном» своих дамочек пугает — средь бела дня, придурок.
— Что сразу придурок, может, он жаворонок? Ночью спит, днем людям «корнишоном» хвастается.
Образцов хмыкнул, прокашлялся и поинтересовался:
— Что там по тройному убийству?
— Нормально все, передал дело дальше. Чистосердечное парни написали.
— Хорошо. Давай мне отчет, и свободен на сегодня.
— Вот это по-нашему, — обрадовался я.
Образцов ушел, а я с удвоенным усердием принялся за отчет.
Мобильный завибрировал, а я забыл допечатать слово.
Мне звонила Цветочек! Сама!
— Да, — радостно ответил я.
— Гений, чисто теоретически, — задумчиво начала пельмешка, а я знатно так после вчерашнего напрягся.
— Что? — смог выдавить из себя.
Лиля всхлипнула от смеха и с трудом выдавила:
— Приезжай, Жень, помоги товарищу. А то этот маньяк в плаще ему уже руку грызет, голодный, наверное.
— Какому товарищу? — не понял я.
— Максу. Он пытался героически задержать эксгибициониста.
— Не получилось? — прыснув от смеха, уточнил я.
— Почему? Получилось. Извращенец задержан, но не сломлен. Героически сражается. Мы тут с Полиной ставки делаем, кто кого. Если извращенец дотянется и доплюнет до Макса, то, считай, по баллам победил.
— Сама в драку только не лезь, — попросил я, — еду.
Быстро набрал дежурному и потребовал выслать наряд ППС в помощь Максимке. Ну, герой, боец, тигр!
Выскочил из кабинета и, с трудом сдерживая смех, постучал к Образцову:
— Сергей Ильич, извращенца надо?
— Уже нашел? — обалдел начальник. — Ты как все успеваешь, Громов?
— Талант, — улыбнулся я, — щас парни привезут. Я уехал.
— Давай!
  
Глава 34
 
Лиля 
Мы с Полиной во все глаза смотрели на эпичную драку эксгибициониста в плаще на голое тело с представителем закона.
И, откровенно говоря, Макс бы победил, но товарищ маньяк оказался на редкость прытким, прыгучим, скользким, плевучим и кусачим.
Двое стояли друг напротив друга, водя невидимый хоровод. И пока Макс соображал, как ему ловчее маньяка скрутить, чтобы тот снова не вспомнил приемы кунг-фу в стиле «верблюд», оппонент, сверкая определенными частями тела, пытался, собственно, эти части и прикрыть.
— Зачем он прикрывается? — не поняла Полина. — Если сам же нам пять минут назад так настойчиво себя демонстрировал?
— Макса стесняется? — предположила я.
— Как вариант, — согласилась Поля и потянула меня на пару шагов назад, потому что товарищ следователь снова пошел в атаку.
Маньяк подвоха ожидал, ловко выбрался из захвата следователя, просто укусив его за запястье. Макс взвыл, выдал матерную тираду и снова отошел на два шага назад.
— Урою гада! — предупредил он. — В одиночке сгною!
— А вот это как-то не по-следовательски, — во мне вдруг проснулась жажда справедливости.
Полина согласно кивнула и посетовала, что мы забыли купить попкорн у входа, потому что такое шоу можно увидеть только раз в жизни.
Но в тот миг набежали трое инспекторов ППС, маньяка скрутили и быстренько увели, оставив нас в компании злющего, покусанного и немного помятого Макса, который шипел и ругался как сантехник с глубокого бодуна.
Пришествие Макса было неожиданным — даже больше, чем появление из кустов голого мужика в плаще.
После занятий мы с Полиной решили прогуляться в парке и поболтать. Наш строгий профессор уголовного права под кодовым именем Бубузяблик планомерно расшатывал нервную систему моей подруги, и ей настоятельно требовалось выговориться.
Меня тоже шатало и штормило, но в сторону оперуполномоченного Громова, который оказался близким другом «уголовника», но об этом мы узнали только вчера, в травмпункте, куда привезли двух драчливых кошек и по совместительству почитательниц Руслана Евгеньевича.
 
Полина взахлеб рассказывала об «уголовнике», я делилась своими душевными терзаниями в отношении опера Громова, когда из кустов совершенно неожиданно выпрыгнул маньяк.
Мы с Полиной даже не испугались. Первые секунд тридцать мы продолжали делиться новостями, не обращая внимания на то, что нам, собственно, демонстрировали.
Нам на криминалистике и пострашнее вещи показывали…
— Мужчина, застегните плащ, замерзнете, все самое стратегическое отвалится, — посоветовала я, когда, наконец, сообразила, кто перед нами.
Полина была зла, поэтому просто припечатала:
— Никто даже не заметит. Гордиться-то нечем.
Кажется, мужик немного обиделся. Запахнул полы плаща, развернулся и тут же угодил в заботливые объятия непонятно из каких кустов выпрыгнувшего Макса.
И мы думали, что следователь мгновенно скрутит маньяка-эксгибициониста, но что вышло, то вышло…
— Макс, ты герой! — патетично начала я, — так сражался…
Макс зло покосился на меня, а я прикусила язык. Я думала, что товарищ следователь навсегда оставил меня в покое после мною же организованного свидания его и Гения. Он не звонил, не писал и никак мне не досаждал. Настолько, что я совсем о нем забыла. А вот он, к сожалению, меня помнил и, кажется, злился.
— Здесь стойте обе! — рявкнул Макс, отряхнул куртку и пошел куда-то в сторону молодых парней с мобильными телефонами в руках.
Не иначе как избавлять себя от возможности стать звездой социальных сетей.
— Какой грозный, — буркнула Полина.
— Его только что почти голый мужик покусал, прояви немного понимания, — хмыкнула я.
А потом гулко сглотнула, когда заметила приближающегося к нам Громова.
Гений расслабленно шагал по аллее, не сводя с меня взгляда ни на секунду.
— Пельмешка, — радостно пропел Чингачгук, — я все пропустил, да?
— Да, — прошептала я, потому что голос вдруг решил, что осипнуть — самое подходящее время.
— Полинка, привет, — радостно отсалютовал подруге опер. — Как дела у Бубузяблика?
— Сам спроси, — пробурчала подруга, мгновенно становясь мрачнее грозовой тучи.
Гений оценил обстановку и предложил:
— Пойдемте, девчонки, я вас мороженым угощу. Полинке две порции, а то лицо такое, словно ей вместо нормально обеда лимон дали.
Мы все дружно забыли о Максе, но следователь снова неожиданно возник на аллее, преграждая нам путь.
— О, Макс, и ты тут, — Гений сделал вид, что оказался в нашей компании совершенно случайно, а не приехал поглазеть, как позорится его коллега.
— Лиля! — рявкнул Макс так, что мы с Полиной подпрыгнули, а Гений нахмурился, мужественно закрывая нас своим телом.
— Я, — недовольно протянула я, — ты как здесь оказался? Снова сбегал из очередного храма удовольствий?
Макс нахмурился, Гений пытался удержать лицо, чтобы не засмеяться, а мы с Полиной переглянулись.
Макс, недолго думая, достал из кармана телефон и включил запись. Ту, на которой задумчивая и решительная я вершила несправедливость. То бишь пихала визитку следователя под дворники битого внедорожника.
Упс!
У меня сердце пустилось в галоп, руки задрожали, а Полина на всякий случай достала мобильный, дабы срочно вызывать к нам адвоката Логинова.
— Это что? — рявкнул Макс, не обращая внимание на то, что Гений ну очень нехорошо на него посматривал.
— Видео, — пожала я плечами.
Ни в коем случае не признаваться! Отрицать до последнего! В конце концов, он мою маленькую шалость ни под одну уголовную статью подвести не сможет.
— Доказательство того, что ты меня подставила! — обвинительно ткнул в меня пальцем Макс.
— Не было такого, — открестилась я, — и при чем тут ты? Может, мне водитель понравился, и я ему записку со своим номером оставила. Записка где?