Как в сказке (СИ)
– Мальчик. Я чувствую.
Мама задумалась.
– Ну, по законам генетики, на Егора. Чёрные волосы и глаза обычно доминируют.
Я вновь вспомнила мужа и заскулила.
– Хватит слёзы лить. Ты малышу только вредишь. Давай, договорюсь с врачами, и поедем домой.
Домой! Вот только где мой дом?
Глава 30
Прошло шесть месяцев
– Вась, собирайся. Седьмой час.
Я кивнула, не отрываясь от компа.
– Сейчас, Валюша. Вот пара минут, и домой.
– Ладно, беременный партнёр. Тебя Анатолий отвезёт. А я на Женьке доберусь.
Месяц назад Валентина и Евгений Степанович узаконили-таки отношения. Свадьба пела я плясала, а я сидела в уголке и вспоминала свою. Боже, какой же дурой я была! Да чего теперь!
Приехав в Москву, я не переставала заниматься делами издательства. Вернуться во Францию пока не могла, слишком много воспоминаний, слишком много боли. Моё место у руля компании занял молодой, но подающий большие надежды специалист, естественно, из наших. Дело моего мужа не угасло, оно жило и развивалось. Месяц назад я получила книжку со стихами Анри. Надо бы пригласить парня в Россию, с друзьями, разумеется.
Рука сама поползла к телефону.
– Сестра Дара? Здравствуйте!
– Мадам Васили? Добрый вечер.
– Как ваши дела? Как мальчики?
– С Божьей помощью. Спасибо Вам, мадам. Вы так трогательно заботитесь о приюте даже после того…
Я тяжело вздохнула.
– Мадам, на всё воля Божья. Не стоит предаваться унынью. Вы могли бы приехать, поставить свечки.
– Нет. Я не буду ставить свечки за упокой. И Вы не ставьте. Понимаете, сестра, у меня иногда такое чувство возникает, будто Егор жив. Да и тело его не идентифицировали. Так, куски куртки.
– Молитесь, мадам. Господь обязательно пошлёт Вам успокоение.
– Но я не хочу успокаиваться. Как только родится малыш, вернусь в Париж. Я найду возможность добиться правды.
Дара замялась.
– Иногда ложь даруется нам во спасение.
– Ложь?
– Не берите в голову.
Тряхнув той самой головой, вспомнила, зачем звонила.
– Сестра, в России есть фонд «Подари детям радость». Могу ли я пригласить Ваших воспитанников в Москву? Думаю, ребятам будет интересно.
– О, это бы было великолепно, но вряд ли власти разрешат. Лучше прилетайте сами. Мальчики помнят добро.
– Хорошо. Я подумаю.
Анатолий стоял у входа, ожидая моё необъятное величество.
– Вас в кафе или в супермаркет?
– Чего это ты надумал?
Водитель пожал плечами.
– Питаться тебе, Вась, надо, и мальца питать. Вот чего за день съела?
Попыталась вспомнить.
– Яблоко и пару морковок.
Толик рассмеялся.
– И дома, небось, шаром покати. А нас, мужиков, кормить надо мясом, даже тогда, когда мы внутри мамки сидим. Ты ж, богатыря родить хочешь, а не хлюпика какого.
Логика в словах водителя была, вот только есть не хотелось. Ладно, через не хочу, через не могу…
– В супермаркет.
В кухне витали умопомрачительные запахи жареной курицы и свежеприготовленного пюре. Нарезав салат, решила засунуть в себя столько, сколько смогу. Расти, богатырь! Звонок в дверь. Поздние гости не способствовали пищеварению, особенно такие.
– Чего мнёшься? Заходи. С отцом что?
Иван разулся и сел на диван.
– В кухню ступай. Кормить тебя буду.
Отношения с родственником пришлось восстановить. Роды у Ванькиной жены были трудными, ребёнок не выжил. Семейная жизнь тоже не заладилась. И вот уже месяц бравый королевич ходил в холостяках. Андрей Григорьевич слёг. Приступы бронхиальной астмы, заработанной на зоне, участились. Старик задыхался без аппаратов и прописался в пульмонологии.
Достав тарелки, разложила ужин.
– Так что с отцом? Я только утром к нему заезжала.
– Всё так же. От гормонов отказывается. Поправиться боится.
– Чего? Вот это новости! Он что, девица на выданье?
– Ты бы беседу с ним провела. Он тебя слушает последнее время.
Я кивнула.
– Ладно, беседу, так беседу.
Иван отодвинул тарелку.
– Вась, я ведь о другом поговорить хотел. О нас с тобой.
– Даже не начинай. Иначе вылетишь отсюда, как пробка из бутылки.
Ванька приуныл.
– Егор ведь знал, что я люблю тебя. Он звонил где-то за неделю до смерти. Говорит: «Братишка, Ваську не оставь, если что. А, коль с моделью своей разведёшься, так женись на Василисе». Не веришь?
Я встала и подошла к окну.
– Верю. Егор чувствовал, что его выследили, и хотел устроить мою жизнь после себя. Вот только после него у меня нет никакой жизни. ― Широко распахнув окно, вдохнула полной грудью густой воздух летнего вечера. ― Я вот одного понять не могу, Иван, где были вы все, неужели слова брата не насторожили тебя? Где был всемогущий Андрей Григорьевич? Почему я, почувствовав неладное, кинулась к мужу, словно могла его защитить, а вы?
Ванька низко опустил голову.
– Отец приказал брату вернуться в Москву, но тот боялся привести за собой хвост. Решил улизнуть в одиночку.
– А тут я. Хороший козырь в руках бандитов. Если ты думаешь, что я не понимаю, что виновата, не корю себя, не вою в подушку каждую ночь…
– Шшшш…. ― Иван притянул меня к широкой груди. ― Никто не винит тебя, и ты себя не вини. Вот так получилось.
Я отошла от парня.
– Мне рожать через полтора месяца. А потом вернусь в Париж, с малышом.
– Хочешь, поеду с тобой?
– Нет. Мама поедет. А ты за отцом своим присмотри. Слабеет старик.
Иван кивнул.
– Я тогда пойду?
– Иди. Спасибо, что навестил.
Аппетит пропал. Хотела лечь спать, но мой внутренний богатырь пустил в ход пятки и кулаки. Пришлось сделать усилие и проглотить кусок курицы. В окне появились первые звёзды. Облокотившись о подоконник, я ждала, не упадёт ли одна из них, хоть самая крошечная и невзрачная. Звёзды падать не собирались, по крайней мере, в эту ночь. Зато мой телефон завибрировал на краешке стола и упал на пол. Я посмотрела на чехол, который украшало созвездие Близнецов, и улыбнулась. Вот те на!
– Анри? Привет, что случилось?
В трубке послышался треск и шум, а уже потом знакомый голос.
– Васили! Привет! Не занята?
– Нет. Ты получил свою первую книгу?
Мальчик хохотнул.
– И не только. Я и гонорар свой первый получил.
– Положи на счёт.
– Так и сделал. Спасибо тебе. Но я… даже не знаю, как сказать…
– Да говори уже.
– Не могу. В общем, прилетай в Париж, сама всё увидишь.
– В Париж? Это ты загнул. Я стала такой толстой, что, боюсь, самолёт меня не поднимет.
Голос мальчика стал серьёзным.
– Это важно.
Гудки. Связь прервалась, или деньги на телефоне закончились. Я несколько раз набрала номер. Бесполезно. Что же случилось? Вряд ли Анри стал беспокоить по пустякам. Нужно поспать. Утро вечера мудренее.
Ночью мне снился тёмный лес. Я брела по тропинке, пока не увидела избу. Приоткрыв двери, попыталась заглянуть внутрь. Темно. Очень темно и холодно.
– Егор! Ты здесь?
Липкий страх сковывал тело, но я сделала шаг в пустоту и полетела вниз в искрящемся водовороте.
Вскочив с дивана, попыталась отдышаться, хватаясь за горло. Это сон, всего лишь сон. С первыми лучам я поняла, что должна лететь в Париж.
Глава 31
Нет, жить в квартире с видом на Эйфелеву башню я не сбиралась. Слишком много воспоминаний, которые причиняли боль. Раиса согласилась приютить меня на несколько дней.
– Вась, почему ты не хочешь рожать во Франции?
– Хочу, чтобы Егорка родился на своей земле. Она ему силы даст.
– Егорка? Ты уверена? Как то трудно будет по имени-отчеству.
Я улыбнулась.
– Георгий Георгиевич. Разве не знала полное имя Егора по паспорту?
– Ты домой заезжала?
– Да. Забрала альбом с фотокарточками. Но там такая тоска… Я же везде мужа вижу.