Мой сталкер (СИ)
Глаза накрывает пелена, не стою на ногах, опираюсь о стену.
– Так вы не?..
– Боже, да конечно нет! А ты из-за этого?.. – Он снова берет мою руку в свою.
– Это уже неважно.
– Почему ты не написала мне? Какого черта ты сразу поверила этой недоразвитой, а не спросила у меня?
Смотреть в его извергающие молнии глаза невыносимо. Тем более после того, как я всех поставила на уши.
– Глупенькая моя. Натворила дел?
– Натворила, – жалостливо отвечаю я.
Андрей опускает голову так, что его лоб соприкасается с моим. Огрубелыми пальцами проводит по моим новоиспеченным царапинам.
– Можно мне твой телефон?
– Проверять будешь?
– Нет…
– Сейчас.
Достает из кармана телефон, что-то делает в нем и передает мне.
– А что ты сделал? – напряженно спрашиваю я.
– Так, ничего. Смотри, что хочешь.
– Я ничего не хочу смотреть.
Но не могу не подсмотреть.
Куча, целая куча сообщений от нее. Подумать не могла, что смогу увидеть столько оскорблений в свою сторону – еще и в пределах одной переписки. Листаю вверх, пока одно сообщение Андрея не попадается на глаза.
Слышишь ты, существо, если
только посмеешь влезть в наши с ней
отношения, то пожалеешь, что твоя
мать выносила тебя
После этого ее понесло.
Я блокирую Луну с его телефона, а на экран незаметно падает слезинка.
– Мне так стыдно, – хнычу.
– Все-все, не плачь, малыш. Я понимаю, ты была на эмоциях. Все же нормально. Просто давай обсуждать проблемы, а не решать все таким радикальным способом, ладно?
Опять он смотрит на мою руку.
– Все ненормально, я столько всего наговорила о тебе папе! Теперь он не разрешит с тобой встречаться.
– Разрешит, куда он денется?
В тот же миг папа напоминает о себе достаточно громкими шагами.
– Убегай срочно, – шепчу я, выталкивая Андрея из квартиры.
Он останавливается на середине лестницы сверху, словно испытывая мои нервы, но потом все же поднимается выше.
– Почему дверь открыта? Здесь кто-то был? – спрашивает папа, подходя с небольшим пакетом с покупками.
– Нет, просто жду тебя.
– Моя ты хорошая. Так что, смотрим фильм?
– Знаешь, пап, я не спала почти всю ночь, давай в другой раз? Очень в сон клонит.
– Конечно, рыбка моя. Правильно, поспи, а то такие синяки под глазами, что жуть. – Интересно, эти слова должны были подбодрить меня? – А потом уже, когда проснешься, и фильм посмотрим, и поменяешь сим-карту на телефоне, помнишь? Чтобы этот ублюдок тебе не писал.
Господи…
– Я же тебя просила, папа.
– Молчу.
Лучше бы ты снова что-то сказал про Кирилла.
* * *
В какую же глупую ситуацию мы попали, когда я увидела, что телефон Андрея остался у меня, в то время как мой мобильный сейчас ютится в его ладонях.
Слава богу, пароля он не знает, а то за эту ночь у нас появилась бы сто и одна причина для ссоры. Ни позвонить, ни написать в «Телеграм» на свой номер не могу – заблокировала же. Но могу скачать «Вайбер» у Андрея, чтобы написать в нем. Этим приложением, конечно, уже никто не пользуется, кроме моего папы, поэтому я тоже вынуждена.
Пока качается, решаю посмотреть, кто еще ему пишет. В диалоги с парнями не залезаю. Хотя в один захожу случайно, и меня тут же начинает немного трясти. Особенно от осознания того, что это было буквально недели две назад.
Андрюх
Давно не зависали
От пацанов поступило предложение
пойти по бабам
В субботу
Ответь до четверга
я минус
Хорошо, что минус, а не плюс. Больше от этого человека сообщений нет. Его бы тоже хорошо заблокировать.
Девушки тоже пишут. Одна просит кинуть денег в долг, он коротко и сухо отвечает: «Есть».
И он еще смеет ревновать меня к каждому столбу, когда ему самому предлагают «пойти по бабам».
«Вайбер» скачан. Нахожу свой контакт. «Лизуша Моя Малышка». Блин, я даже никогда не задумывалась о том, как подписана у него.
я не смогу бесшумно выйти из дома,
надо сигнализацию отключать, давай завтра
поменяемся?
Думаю, есть идея.
Включаю ноутбук и захожу в браузере в «Телеграм». В экспресс-режиме вычищаю все – а если быть точной, то, как мы с Владиком договариваемся насчет зачеток, и еще пару моментов. А больше и нечего. Старый диалог с Кириллом, Луна, пару каналов со смешными животными и университетский чат.
Как можно вообще ревновать такую домоседку, как я?
Я: 1409 пароль
Я: зайдешь и можешь разблокировать себя)
Андрей: солнышко, а че мы в моей телеге делали минуту назад?
Я: ничего…
Я: я случайно зашла
Андрей: не оправдывайся
Андрей: можешь смотреть, я же сказал
Андрей: папе много рассказала?
Я: не много
Андрей: ааа, это еще не много
Я: прости меня, пожалуйста
Я: мне правда очень стыдно
Андрей: ничего, малышка, ты не виновата, глупышка моя
Андрей: поедешь домой?
Я: да, приеду завтра
Андрей: не боишься, что я буду в твоем телефоне копаться?
Андрей: а я буду
Я: копайся
Я подготовилась, поэтому не такая уж и глупенькая.
Что бы еще тут посмотреть?
Фотографии. Господи, всего триста штук. Большинство каких-то переводов на карту и полно фотографий меня – недавних и тех, что я присылала когда-то Луне. Пересматриваю каждую, нахожу одно фото с Луной еще с прошлого года. Удаляю.
Пусть тебя больше не будет в этом телефоне. И в его жизни.
Недавно удаленные. Здесь только эта фотография и какое-то видео на целых девятнадцать минут. Но самое странное – что до окончательного удаления этого видео остается двадцать девять дней, то есть его удалили сегодня.
У меня перехватывает дыхание, когда я начинаю смотреть.
Какое-то темное место, похожее на подвал. Андрей сидит на стуле и курит. А напротив него на коленях стоят трое парней.
И всех этих парней я точно знаю.
Глава 17
Ужасающий перформанс
Сразу же я останавливаю видео, боясь даже представить, что на нем – учитывая, что эти трое стоят перед Андреем на коленях посреди темного помещения, с завязанными сзади руками и опущенными вниз головами. Глеб – человек, который возглавлял шайку, что издевалась надо мной, немного впереди остальных.
Камера не закреплена. Должно быть, там есть еще человек, который снимает все происходящее.
Кажется, я поняла, почему Андрей не сразу дал мне телефон. Он удалял не какие-то компрометирующие сообщения Луны, а это видео.
Израненная рука невольно сжимается в кулак – мне нечем дышать. Стараюсь сделать полноценный вдох, но получается лишь какой-то зевок. Легкие будто беспрерывно вдыхают угарный газ.
Стоит сделать вид, что я не знаю о существовании видео? Ведь неспроста же он удалил его в такой ответственный момент нашего разговора.
Держусь, закрываю галерею.
Чего я боюсь?
Точно не того, что Андрей избил их. Я не выдержу, если он сделал с ними что-то такое, за что придется ответить по закону.
Господи, я могла потерять его из-за собственной глупости и непонимания и чуть не потеряла из-за лживых сообщений Луны, но я не выдержу, если случится нечто похуже.
Пожалуйста, Господи, если ты все же есть, помоги мне, что тебе стоит? Убереги его. Просто убереги, от чего бы то ни было.
Я не могу проигнорировать то, что уже увидела.
Боже, в одном недолгом видео находится кульминация всей моей жизни.
Рискнуть? Посмотреть? А я и не могу по-другому.
Лица и силуэты освещает тускловатый свет лампочки, но видно все равно отчетливо – как эти подонки переглядываются между собой, но не говорят, не перешептываются, словно немые. Раньше вы были посмелее.
По полу возле Андрея разбросаны одноразовые стаканчики и бутылки. Полно мусора. Может, там выпивали? Оператор всего этого кошмара постоянно меняет ракурс съемки.