Трагедии
Орест плачет и ручонками трогает лицо отца. Смотри, отец, тебя без слов он молит,
Уважь мольбу и сжалься: дай мне жить!
Мы, два птенца твои, лица касаясь
Отцовского, ласкаемся к тебе:
Один — совсем малютка, я — побольше.
Что ж я еще придумаю сказать?
1250 Для смертного отрадно видеть солнце,
А под землей так страшно... Если кто
Не хочет жить — он болен: бремя жизни,
Все муки лучше славы мертвеца.
Корифей Преступная Елена, сколько бедствий
Принес семье Атридовой твой брак!
Пауза.
Агамемнон
(твердо) Что стоит слез, что — нет, — я различаю,
Рожденных мной люблю... И ум мой цел.
Дерзать мне страшно, женщина, о, страшно!
Но не дерзнуть страшней... и... нож готов...
(К дочери.) Ты видишь там весь этот флот, и войско,
1260 И меди блеск на греческих царях:
Им нет пути к твердыням Илиона
И славных стен Приама нам не взять,
Коль я, презрев богиню и провидца,
Тебя в живых оставлю, — поняла?
Что, похотью палимые, ахейцы
Вблизи своих заснувших кораблей
В мечтах казнят фригийцев, чтоб не смели
Отныне жен у греков похищать...
Там, в Аргосе, твоих сестер, пожалуй,
Они убьют, меня убьют и вас...
Коль жертвы я не принесу богине,
Презрев ее священные права.
1270 Дитя мое... Не Менелая волю,
Как раб, творю... Эллада мне велит
Тебя убить... ей смерть твоя угодна,
Хочу ли я иль нет, ей все равно:
О, мы с тобой ничто перед Элладой;
Но если кровь, вся наша кровь, дитя,
Нужна ее свободе, чтобы варвар
В ней не царил и не бесчестил жен,
Атрид и дочь Атрида не откажут.
(Уходит, не глядя на женщин.)
ЯВЛЕНИЕ ВОСЕМНАДЦАТОЕ
Клитемнестра и Ифигения.
Клитемнестра О малютка, и вы, о чужие,
Жребий казни, и ты,
О отец, уступивший Аиду дитя...
. . . . . . . . . . . . . . . .
Ифигения О родная, и ты, песня муки
1280 Для обеих одна;
Этот луч в небесах — он уж больше не мой,
Это солнце погаснет...
О, увы мне, увы мне, увы!
Ты, о Иды венец снеговой,
Вы, о склоны, где плод свой нежный,
Сорвав с груди материнской,
Умирать царь Приам оставил,
Иль затем вы, о склоны, тогда
Сберегли Париса Идея,
1290 Чтоб он Иду прославил в Трое?
О, увы мне! Зачем возрос
И средь паствы пастырем стал он
В тех зеленых лугах, где нимфы
У ключей кристальных резвятся
И для кос золотых срывают
Гиацинты и розы?..
1300 Кто привел вас, бессмертных, туда,
Палладу с Кипридой лукавой
И Геру с послом Зевса?
О, зачем ты зажглась, вражда,
Меж Кипридой, царицею чар,
И Палладой, царицей копья,
И Герой, царя царицей?
Не красу там венчали, а смерть,
Смерть мою изрекали уста —
Слава эллинов, — имя одно
Знайте, гостьи... Богиня крови,
1310 Крови жаждет моей, и Трои
Без нее не видать ахейцам.
Муж же тот, что меня родил, —
О мать моя, мать, —
Нет его, изменил, покинул.
О, мой жребий, о, горечь мук,
О, сиянье красы проклятой!
И у горла преступный нож,
Нож отца, что забыл про бога...
О, зачем, Авлида, скажи,
1320 Кораблям медноклювым
Ты приют зачем открывала?
Ель кормы в заснувших водах
Им зачем, скажи, ты сковала?
Царь Зевес! Не все ли тебе
Покорны ветры, не ты ли
Смертным путь показал на восток,
На закат, и на юг, и на полночь?..
Не по воле ль твоей к нам идут
И нужда, и горе, и радость?
Не зовешь ли иного «вперед»?
1330 Не велишь ли другому «медли»?..
Царь, зачем же сковал ты Еврип нам?
Люди, род, отцветающий за день,
Как успеете вы пережить
Все тяжкое горе и муки,
Что несет Тиндарида?..