Зерг по имени Маша (СИ)

«Хотя насчёт полиции я погорячилась» – подумала Маша измеряя взглядом Итальяшку.
– Ты, – указал он пальцем на Сашу, – можешь быть свободной. А ты, – палец переместился на Машу. – пойдёшь со мной.
– Я с незнакомыми мужчинами не хожу, – упёрлась Маша.
– Я применю к тебе силу.
– Попробуй. Я сейчас твои тентакли узлом завяжу.
Услышав такие разговоры, Саша даже попыталась встать в воинственную позу, но взяв себя за голову с оханьем села обратно.
«Похмелье - дело тонкое, Петруха», – хмыкнула Маша, она-то уже успела освежиться и ей было не так плохо, как Саше.
Однако мутант замялся. Он явно не привык к тому, что ему перечат.
«Ничего, пускай привыкает», – думала Маша, не собираясь мутанту упрощать жизнь, а попутно набивая себе цену. Нельзя позволять дёргать себя другим пешкам, словно ты сама пешка. И потом, ему больше надо, чтобы она с ним пошла. Вот пускай и думает, это вообще полезно, а то от этой мутанской жизни, рутинной, у него все извилины в мозге выпрямились и сгладились.
– Тебя хочет видеть Урум, – всё же пришёл к каким-то выводам в своей голове мутант.
– Вот это другое дело. И давай, мутантище пижонское, вспоминай этикет, я девушка приличная, вежливость люблю.
Итальяшка скрипнул зубами, а волосы у него зашевелились. Он явно вспоминал что-то не то, например, как обычно поступал с такими наглыми девицами ещё будучи человеком. Но воспоминания и желания шли в разрез с приказом начальства, и воля начальства всё же победили.
– Пожалуйста, уважаемая мать стаи, пойдёмте со мной … – говорил он, а взглядом давал понять что убивал бы долго и с удовольствием. – … мой господин желает видеть Вас.
– Так–то лучше, макаронник, - сказала Маша и осеклась. «Чёрт, да что со мной такое? Я же его специально провоцирую. Гормоны, что ли, расшалились?»
Но мутант, видимо, не понял, что его оскорбляют.
Придерживая Сашу за руку и цепляясь своей короной за её, Маша потащила её, куда вёл мутант. Надо признать, на глазах становилось лучше, всё же организм зерга это что-то с чем-то. Никогда не болеет, не стареет и регенерирует, если сразу не сдох, то потом не утопишь. Живут они, конечно, ярко, но не долго, особенно сейчас, когда централизованной власти нету и общество зергов напоминает дурдом, когда главврач вместо успокоительного выписал всем, даже санитарам, виагру. Через пять минут ходьбы и ползанья, на свежем воздухе, Саша перестала стонать, а ещё через пару минут пошла сама. Она, конечно, была бы не против вместо прогулки ещё поваляться под фонтанчиком воды в уютном вытрезвителе, но кто ж ей даст? Без Саши Маша совершенно не ориентировалась в этом муравейнике, где, словно тени, мелькали разные разумные и не очень зерги.
«А ведь вчера на уровне развлечений было так весело» – с улыбкой вспомнила Маша. У неё было своё мерило веселья, и как правило, оно было строго пропорционально стыду по утру. Да, развлечения у зергов, конечно, своеобразные, но так ведь и она сейчас не вполне человек.
Через какое-то время их путь завершился. Маша ожидала, что Итальяшка приведёт её куда-то вроде зерговского дворца. Но нет, они просто свернули в очередной поворот и оказались в просторной пещере.
– Мы пришли. – сообщил провожатый.
– А где все? Тут никого нет.
Итальяшка усмехнулся и показал одним из своих когтей в потолок. Там, в темноте, парили туши гигантских существ. Она даже не сразу опознала в них с десяток надзирателей и одного Владыку. Видимо, Урум и являлся Владыкой. Он не заставил себя ждать и начал снижаться. Машу немало смутило то, что в эту пещеру, по сути, сердце улья, не было никакой охраны, по сути, любой мог забрести сюда случайно.
– Послушай, а почему вход сюда никем не охранялся? – обратилась Маша к мутанту. – Твои хозяева не боятся покушений или...?
– Потому, что это место невозможно найти, если я этого не пожелаю, – ответил за мутанта сам Урум.
Этот гигантский жук плюхнулся в пяти метрах от Маши. Он был ненамного меньше надзирателей, но даже так одна его голова была размером с Машу.
– Я Урум.
 
– А я Маша.
– Великая, ты же говорила, что ты Восьмая, – довольно-таки громким шёпотом влезла в разговор Саша.
– Маша - это Восьмая, но на другом языке.
– На каком? – продолжала докапываться Саша.
– На еврейском. Не приставай, видишь, уважаемая персона ждёт. – отмахалась Маша от подруги и обратилась к Уруму. – Чем обязана вниманию столь высокопоставленной особы?
– Я Урум. И мы хотим предложить тебе сделку.
– Сделку? Это хорошо, сделки я люблю. – Обрадовалась Маша и с интонацией старого еврея-одессита спросила. – Ой вэй, а таки шо там по деньгам?
– Награда будет достойной.
– А можно подробнее о списке достоинств?
– Ты хочешь знать о награде ещё даже не услышав, о чём мы хотим тебя попросить.
– Ну таки всегда приятнее слушать о награде, а не о работе. Все любят считать деньги, но не все любят их зарабатывать. И потом, опыт мне подсказывает, что ви хотите втянуть меня в нечто невыполнимое и самоубийственное. А вдруг награда меня не устроит, тогда какой смысл обсуждать дело?
– Хм–м–м, – Урум задумался, наглость гостьи его поражала. – Хорошо. Если ты справишься с поручением, то получишь по десять тысяч норм веспена и биомассы, а ещё к твоим услугам будут лучшие геноры нашего улья.
– А если не справлюсь, то вам и платить некому будет.
– Что ты хочешь этим сказать?
– Я хочу сказать, чтобы завоевать моё внимание, вам нужно нечто менее абстрактное и более вещественное. Во временном промежутке, находящемся в районе «сейчас», а не «потом, когда сделаешь, мы тебе заплатим».
– Ты ещё ничего не сделала! – Урум начал злиться, в его голосе прорезалось железо.
– Ну так я и ничего не буду делать, пока мне не заплатят вперёд. – тоже повысив голос заявила Маша, торговаться надо до упора. – И для справки, это вы меня сюда позвали, а не я сама пришла.
– Хорошо. Ты хочешь часть оговорённой суммы или что–то конкретное? – сдался Урум.
– Вот это уже деловой разговор. – Маша обрадовалась тому, что «клиента удалось дожать» – Ресурсы мне не нужны. Кстати, такой богатый дядька мог бы заплатить и побольше.
– Сначала докажи, что стоишь так дорого. Я ведь могу обратиться за помощью и к твоей сестре Седьмой.
– Справедливо. А что не обратились?
– Платить двум матерям стаи слишком дорого.
– Ясно. – Кивнула Маша, мысленно прикидывая, что у Урума какое-то дело не к ней конкретно, а к их стае. – Тогда мне нужна ваша технология по созданию водяных источников из крипа и способность по созданию мимиков. Это ведь с помощью их вы прячете от посторонних этот зал?
– Ты просишь высокую плату.
– Как я уже сказала, мёртвым богатства не нужны, а возможность создавать своих двойников как ничто подходят для отступления.
– Хм–м–м, ладно. Ты получишь всё, что просишь.
– Вот это уже деловой разговор, вот теперь я готова вас выслушать.
– Ты, Восьмая из стаи Азры, с некоторых пор нам стало известно о готовящемся в вашей стаи заговоре против Азры . И нам надо, чтобы наш брат Фиор вернулся в улей, а не достался по наследству очередной матери стаи.
– Фиор. Помню, помню вечно спящий здоровяк. А почему вы сами не разберётесь, вас же тут много?
– Потому что, в отличие от вас, матерей стай, которые рвут друг друга - только дай повод, мы дорожим нашим братом. Если Азра почувствует приближение значительных войск из нашего улья, то попытается убежать, а если не получится, убьёт Фиора, чисто из злобы. Он заложник.
– Понятно. Значит вы хотите, чтобы я воспользовалась неразберихой во всей нашей внутренней грызне и дала возможность бежать Фиору. Но как? Он всё время спит.
– Твоя псионная способность, которой ты атаковала люгера, впечатлила нас, мы считаем, что если ты атакуешь ей Фиора, он пробудится.
– Вы и об этом в курсе?
– Мы в курсе обо всём, что происходит в улье, если конечно происходящее стоит внимания.
– Откуда информация о том, что заговорщики начнут действовать? Откуда пришла информация.