Песнь банши (СИ)

Что — то мне начало этого ритуала совершенно не нравилось.
Высокая женщина с красными, как кровь волосами приблизилась ко мне. В ее руках я заметила кинжал с волнообразным лезвием, что блеснуло в солнечном свете. Рукоять орудия была украшена сапфирами и рубинами, что окрасили стены разноцветными узорами.
Я сглотнула.
— Приди в наш мир великая сила! — громко воскликнула Старшая, и мое тело пронзила судорога. Я закатила глаза и начала трястись, словно в конвульсиях. Мои глаза чуть прикрылись, и я увидела тени.
Темная и белая. Обе голодные и зовущие.
Меня колотило все сильнее. Сила пыталась вырваться на свободу, и я поняла, что не контролирую ни свое тело, ни свою магию. Позади слышался чей — то знакомый голос, крик и угрозы. Но меня это не волновало. Я ощутила силу, что вела к себе и нападение двух теней. Они жаждали разорвать, но не меня. Мою часть. Самую могущественную и сытную.
Они хотели отобрать мою магию. А кинжал был частью этого ритуала. Я не могла сопротивляться. Не могла пошевелиться, видя перед собой лишь две тени, что медленно обретали очертания и их голоса, такие знакомые и пугающие звали меня в туманную чащу.
Лезвие кинжала прикоснулось к моей шее и разрезало кожу, легко, будто нож масло. Но боли не было, был лишь страх и две тени. Темная и светлая.
А еще мой непрекращающийся, раздирающий крик, от которого начали трещать стекла и банши рухнули на пол, закрывая свои уши.
Ведь я была не просто одной из них. Я была сильнее и имела мощную магию. И сожрать себя каким — то древним душам я не позволю.
Сразимся в туманной чаще, дорогие души?
  
24 глава
 
— Вот так встреча, душонки, — хмыкнула я, сложив руки на груди и внимательно смотря то на одного мужчину, то на другого. Внутри меня полыхал раздирающий страх, сковывающий и опаляющий. Он заставил меня огрызаться, язвить и трястись, будто осиновый лист на ветру. Хотелось бежать, но врожденное любопытство не позволило мне это сделать. К тому же я не знала, как вернуться в свое тело и покинуть чащу.
Влипла. Гадство! Редкостное гадство, которое снова и снова заставляло меня влипать в истории.
Дракон был прекрасен, как зимний день. Его длинные шелковистые волосы могли соперничать с белизной снежного покрова, бледная, молочная кожа светилась здоровьем, а яркие раскосые голубые глаза напоминали мне небо. На скулах у мужчины были переливающиеся серебром чешуйки, что дернулись в моем направлении.
Рядом с Ошнаром стоял угрюмый, недовольный и пугающий жаждой в сапфировых глазах, что отливали кровавой магией. Йои был выше меня на полторы головы, излишне худым и мертвенно — бледным.
В склеп и то краше клали.
— Йои, тебе бы на солнце побыть, а то труп и то лучше выглядит. Или ты действительно труп? Да? Ну, прости, не знала, — затараторила я, нервно кусая нижнюю губу и осматриваясь.
Отголоски памяти позволили мне немного вспомнить туманную чащу. Здесь было мрачно, холодно и мне совершенно не нравилось быть здесь. Правда, если выбирать храм или чаща, то я выбираю чащу. Здесь и компания поинтереснее.
— Знаете, мне тут пора уже… Встретимся… никогда, — и я уже собиралась смотаться от этой компании молчаливых и внимательных собеседников.
Но стоило мне сделать несколько шагов, как меня подняли над землей. Я почувствовала отсутствие земли под своими ногами. Первой мыслью было закричать. За ней пришел страх. А после я уже смирилась с тем, что меня отпускать явно не собирались. Поэтому я перестала комично и слишком глупо болтать ногами в воздухе и призвала часть защитной магии, чтобы быть готовой к атаке.
— Болтливая, — услышала я глубокий голос и дернулась в его сторону. Говорил Йои. Его брови насупились, а узкие губы недовольно поджались.
И вот что — то мне подсказывало, что злить этого дяденьку не стоило. Он был здесь главным злодеем, не считая моей сестрицы и одержимой кузину, которую растили, как палача и наемницу.
Правда, странно, что Арана меня еще в детстве не задушила или не запытала до безумства. Странно, что мне дали расти нормальной и Мийя не пыталась сломать меня, как надоевшую и старую куклу.
 
— Нервная, — подал голос Ошнар, и я скривилась. Никогда не думала, что у дракона может быть голос такой пугающий, что даже мороз по коже прошелся.
Я передернула плечами и скривилась.
«И чего я собственно тут болтаюсь?»
— А вы такие многословные, что я не знаю, куда слово вставить. Ребят, а вы меня кушать сейчас будете?
— Будем. Только решим, как приготовить, — оскалился на меня Йод, и я сглотнула, чувствуя, как страх овладел моим и без того деревянным телом.
— А я не вкусная. У вас несварение будет и изжога. Оно вам надо? У меня есть сестра Старшая, вот она вкусная. Хотите, приведу? — с надеждой посмотрела я сначала на Ошнара, а потом и на Йои.
— От твоей болтливости у меня голова болит, — скривился Ошнар и зарылся пальцами в свои роскошные волосы. Он растрепал свою шевелюру и подошел ко мне. — Йои отпусти ее, надо поболтать.
— Не приказывай мне, ящер.
— Это ты мне, тень? — решил уточнить дракон, и я поняла, что эта парочка несколько странно себя ведет для сумасшедшего и заложника. Даже слишком, учитывая нынешние обстоятельства.
И почему — то я задалась вопросом, а действительно ли эти двое так страшны, какими их считают и является ли Йои сумасшедшим, душой, что дала силу и соединилась с драконом? Как — то мне в это сейчас слабо верилось. Они скорее были похожи на заложников ситуации, не имея возможности скрыться и освободиться.
— А ты тут кого — то другого видишь? Мы с тобой уже пятьсот лет здесь кукуем вдвоем, ящер, — фыркнул Йои, и я чуть улыбнулась. Сейчас эта парочка не была похожа на маньяков, не умеющих контролировать свои силы и угрожающие Лакмэ.
— А потом еще девиц неадекватных в слезах в лучший мир переправляем. Достало уже, если честно, — Йои явно был расстроен и сейчас сел на холодную землю, окутанную таинственным, пугающим туманом. — У меня столько дел не было, даже когда я был живым и имел собственное тело.
Йои — тень был явно недоволен своим положением. Он махнул рукой и сила, держащая меня в воздухе, исчезла. Я рухнула на землю, будто мешок с картошкой. Только я при этом визжала и ругалась.
— Ай! Ой! А поаккуратнее никак? — свирепо уставилась я на тень, насупив брови и недовольно поджав губы. — Погоди… — только сейчас дошло до меня. — Кого вы в лучший мир переправили? Вы же кормитесь голосами банши, становясь сильнее. А кормит вас Старшая Каха. Или я чего — то не понимаю?
— Ха! — нервно воскликнул Йои и лег на землю, закинув руки на голову. На его лице было столько недовольства и обреченности, что мне даже стало немного не по себе. Хотя, учитывая ситуацию, мне тут вообще плохо было. — Нужны нам были эти голоса… ага, прямо жить без них не могли. Только криков куча, а толку никакого.
— Я ничего не поняла. Вы же кормитесь голосами. Но если это не так, то зачем тогда моя сестра отправляет к вам силу волшебных банши? Столько столетий моя семья кормила вас… Просто так, что ли? Вы мне тут не врите!
— А то что? Закричишь, как и все остальные? Удивительно, как мы с ящером еще не оглохли за эти пять столетий. Страшно представить.
Я уже запуталась — кто хороший, кто плохой и какого дьявола в туманной чаще вообще происходило?!
Если души не кормились голосами, то на черта их сюда отправляли как жертвы, зачем моя семья пять веков истязалась над волшебными сестрами, если эти два заложника и не нуждались в этом?
— Кричать? — оскорбленно спросила я. — Это не мой стиль, — громко фыркнула в ответ и демонстративно сложила руки на груди. — Слишком предсказуемо. Ребята, а может вы мне, как недалекой все нормально объясните. Что вообще произошло между вами и моей семьей?
— Почему мы должны тебе что — то рассказать? Кто ты?
— Младшая Каха, Гайя Бернар. Приятно познакомиться. Итак, приступите к уроку истории?
— Младшая? — удивленно уставился на меня Ошнар, не веря в происходящее. Казалось, что мое пребывание в туманной чаще стало для него событием столетия. Или пяти столетий. — Но почему? Ты же член семьи…